Цитаты из книг
Псину, опять же, завёл. Кстати, Мухтар спрашивал, что это ты в гости не заходишь.
— Так уж и спрашивал, — рассмеялся я.
— Ага, — кивнул Шульгин. — У него по взгляду всё видно. Взгляд умный. Умнее, чем у некоторых наших коллег.
Мы рассмеялись в голос.
Матёрый опер из 90-х неожиданно оказывается в нашем времени — в теле молодого и субтильного штабного лейтенанта. В отделе Полиции его никто не воспринимает всерьёз. Но он-то знает, как работать по старой школе: жёстко, с улицы, с притона. Теперь он снова на службе — среди оперков с айфонами, забывших, как колоть жуликов без компьютеров и баз данных, как брать опасного преступника с одним только блокнотом и стальным взглядом. А он помнит. И он вернулся. Чтобы снова стать опером и... достать...
«Мёртвая поэзия»… — хмыкнул я. — Очень символично. Теперь уж точно мёртвая. Мертвее не бывает, ага… Самоубийцы, что ли? Слушайте, а может, они сами заслонку прикрыли? Ну, типа, красиво уйти из постылой жизни со стихами, общим строем. А?
Матёрый опер из 90-х неожиданно оказывается в нашем времени — в теле молодого и субтильного штабного лейтенанта. В отделе Полиции его никто не воспринимает всерьёз. Но он-то знает, как работать по старой школе: жёстко, с улицы, с притона. Теперь он снова на службе — среди оперков с айфонами, забывших, как колоть жуликов без компьютеров и баз данных, как брать опасного преступника с одним только блокнотом и стальным взглядом. А он помнит. И он вернулся. Чтобы снова стать опером и... достать...
На крыльце стоял Коля Шульгин и, что поразительно, нервно курил.
— О, Макс, привет! — обрадовался он. — Геннадьевна трубку не взяла, меня от руководства вместо неё сюда направили.
— Коля, ёшкин-матрёшкин! — воскликнул я. — Так ты же не куришь!
Матёрый опер из 90-х неожиданно оказывается в нашем времени — в теле молодого и субтильного штабного лейтенанта. В отделе Полиции его никто не воспринимает всерьёз. Но он-то знает, как работать по старой школе: жёстко, с улицы, с притона. Теперь он снова на службе — среди оперков с айфонами, забывших, как колоть жуликов без компьютеров и баз данных, как брать опасного преступника с одним только блокнотом и стальным взглядом. А он помнит. И он вернулся. Чтобы снова стать опером и... достать...
...хейтеры — это не люди. Не подписчики. Это отдельная каста — сборище неудачников, у которых ни рожи, ни жизни, ни смысла. Они же чего написывают — лезут в чужие ленты, потому что в свои смотреть страшно. Им неважно, что ты делаешь — им нужно вылить на кого-то своё дерьмо, чтоб стало самим полегче.
Матёрый опер из 90-х неожиданно оказывается в нашем времени — в теле молодого и субтильного штабного лейтенанта. В отделе Полиции его никто не воспринимает всерьёз. Но он-то знает, как работать по старой школе: жёстко, с улицы, с притона. Теперь он снова на службе — среди оперков с айфонами, забывших, как колоть жуликов без компьютеров и баз данных, как брать опасного преступника с одним только блокнотом и стальным взглядом. А он помнит. И он вернулся. Чтобы снова стать опером и... достать...
— <...> Ох, Саныч! Как же мне хорошо в Зарыбинске было… Вот я старый дурак, пошел за должностью и званием.
При этих словах, однако, Петр Петрович посмотрел на свой погон и просиял. Все же подполковничьи звезды добавили ему настроения.
— Ничего, — улыбнулся я. — Обвыкнетесь. Говорят, на новом месте первые десять лет тяжело, а потом привыкаешь.
Наш современник-попаданец уверенно идет по карьерной лестнице в милиции в 1978-м году. Сан Саныч теперь начальник угро, личным сыском нашел и обезвредил нацистского палача, десятки лет скрывавшегося под чужой личиной.
Время насладится заслуженной победой, но случилась беда. Его служебного пса Мухтара забрали из Зарыбинского ГОВД...
— Однажды ко мне в дом воры залезли.
— Обворовали?
— Вынесли все — побои, страх, боль и унижение, — от души ухмыльнулся тот.
Наш современник-попаданец уверенно идет по карьерной лестнице в милиции в 1978-м году. Сан Саныч теперь начальник угро, личным сыском нашел и обезвредил нацистского палача, десятки лет скрывавшегося под чужой личиной.
Время насладится заслуженной победой, но случилась беда. Его служебного пса Мухтара забрали из Зарыбинского ГОВД...
Проходя мимо молодежи, я услышал, как Зина спросила Тулуша:
— А правда, что у вас в Сибири медведи по дорогам ходят?
— Врут все, — отмахнулся Салчак. — Нет у нас дорог.
Попаданец Александр Морозов становится руководителем уголовного розыска ОВД Зарыбинского горисполкома. Получает звание старшего лейтенанта и наградной нож с гравировкой за поимку особо опасного преступника.
В город приезжает его одноклассница - красавица и следователь прокуратуры. Морозов думает, что ее "сослали" из области на новое место работы в Зарыбинск. Но оказалось, что не все так просто...
Какая рыбалка без водки - это все равно, что праздник без гармошки, свадьба без невесты.
Попаданец Андрей Петров после вручения ордена "Красной Звезды" из рук самого Щелокова продвинулся по карьерной лестнице. На дворе переломный 1982 год. Спецгруппе Горохова поручено новое задание. Никто не знал, что банальное убийство актера Большего театра в Москве повлечёт череду загадочных преступлений и интриг. На кону не только репутация группы, но и судьба страны...
Бывает, дичь убивает охотника, особенно если дичь оказалась хищником.
Попаданец Андрей Петров в начале 80-х в СССР!
теги: альтернативная история, дамиров и компания, ковры на стенах, когда мы были молодыми, попаданец в ссср, попаданцы во времени, приключения, прожить жизнь заново, юмор
...если вдруг стало грустно, то подумайте про осьминога. У него и ноги от ушей, и руки из жопы, и жопa с ушами, и голова на жопе, и ничего, не жалуется.
СССР в начале восьмидесятых. Андрей Петров идет по карьерной лестнице, работая в межведомственной спецгруппе Горохова. Но к тому, что ждет впереди, он оказался не готов...
теги: альтернативная история, дамиров и компания, ковры на стенах, когда мы были молодыми, попаданец в ссср, попаданцы во времени, приключения, прожить жизнь заново, юмор
Как говорится, лучшая рыба – это колбаса, а лучшая колбаса – это чулок с деньгами.
Продолжение приключений Андрея Петрова по прозвищу Курсант в далеком 1978-м году. Живая атмосфера СССР эпохи застоя. Погоны и красивые девушки...
Умение слушать — лучше любых вопросов добывает интересующую информацию.
Продолжение приключений Андрея Петрова по прозвищу Курсант в далеком 1978-м году. Живая атмосфера СССР эпохи застоя. Погоны и красивые девушки...
Без мужчин женщина не может раскрыться. Как цветок без воды. Другое дело, что мужчины — как вода. А цветам иногда нужно менять воду.
Продолжение приключений Андрея Петрова по прозвищу Курсант в далеком 1978-м году. Живая атмосфера СССР эпохи застоя. Погоны и красивые девушки...
Недавно только узнал, что слово “хирург” пишется иногда через “е”, наверно, это всё-таки зависит от квалификации врача.
Продолжение приключений Андрея Петрова по прозвищу Курсант в далеком 1978-м году. Живая атмосфера СССР эпохи застоя. Все только начинается…
теги: авоська и граненый стакан, альтернативная история, дамиров и компания, когда мы были молодыми, попаданец в ссср, попаданцы во времени, приключения, прожить жизнь заново, юмор
Эпохи разные, а люди одинаковые. Мужики ревнуют, когда любят. Бабы ревнуют, когда всегда.
Бывалый опер слишком честен и циничен. Он не заискивал перед начальством и не продвинулся по карьерной лестнице. За десятки лет службы нажил лишь язву и хрущовку на окраине города. Жена ушла, не выдержав конкуренции с работой. В схватке с преступником Андрей погибает, но судьба дает ему второй шанс. Сознание майора переносится в далекий 1978 год в тело обычного советского старшеклассника, собирающегося поступать в мединститут. Все дороги открыты. Жизнь можно прожить по другому. Но Андрей...
Тараканы и другие насекомые в голове у каждого разумного существа должны быть. Главное, не выпускать их на волю, а держать под стеклом и поменьше кормить бессмысленными терзаниями.
Бывалый опер слишком честен и циничен. Он не заискивал перед начальством и не продвинулся по карьерной лестнице. За десятки лет службы нажил лишь язву и хрущовку на окраине города. Жена ушла, не выдержав конкуренции с работой. В схватке с преступником Андрей погибает, но судьба дает ему второй шанс. Сознание майора переносится в далекий 1978 год в тело обычного советского старшеклассника, собирающегося поступать в мединститут. Все дороги открыты. Жизнь можно прожить по другому. Но Андрей...
Выговор - не триппер, носить можно.
Александр Морозов, немолодой и много повидавший заключенный исправительной колонии, погибает, а его сознание переносится в прошлое, в далекий 1978-й год. СССР в самом расцвете, а Морозов оказывается в теле субтильного кинолога. Теперь он советский милиционер, зеленый лейтенант. Коллеги смотрят на него с насмешкой, начальник готов сжить со свету, а служебный пес не признает. Но Морозов прекрасно знает всю милицейскую «кухню», ведь он всю жизнь был по другую сторону баррикад. Используя навыки...
Как известно, у женщины две основные функции пред мужчиной: успокоить, когда он нервный, и нервировать, когда он спокоен.
Александр Морозов, немолодой и много повидавший заключенный исправительной колонии, погибает, а его сознание переносится в прошлое, в далекий 1978-й год. СССР в самом расцвете, а Морозов оказывается в теле субтильного кинолога. Теперь он советский милиционер, зеленый лейтенант. Коллеги смотрят на него с насмешкой, начальник готов сжить со свету, а служебный пес не признает. Но Морозов прекрасно знает всю милицейскую «кухню», ведь он всю жизнь был по другую сторону баррикад. Используя навыки...
Мария Антиповна обработала Мухтару лапу и наложила повязку. Но пес тут же содрал бинты зубами, стал зализывать рану, мол, не кисейная барышня, до свадьбы заживет и вообще, на мне заживает, как на собаке. Наш человек.
Александр Морозов, немолодой и много повидавший заключенный исправительной колонии, погибает, а его сознание переносится в прошлое, в далекий 1978-й год. СССР в самом расцвете, а Морозов оказывается в теле субтильного кинолога. Теперь он советский милиционер, зеленый лейтенант. Коллеги смотрят на него с насмешкой, начальник готов сжить со свету, а служебный пес не признает. Но Морозов прекрасно знает всю милицейскую «кухню», ведь он всю жизнь был по другую сторону баррикад. Используя навыки...
Люблю, когда всякие гаденькие мысли в голову лезут. Настроение сразу поднимается.
Александр Морозов, немолодой и много повидавший заключенный исправительной колонии, погибает, а его сознание переносится в прошлое, в далекий 1978-й год. СССР в самом расцвете, а Морозов оказывается в теле субтильного кинолога. Теперь он советский милиционер, зеленый лейтенант. Коллеги смотрят на него с насмешкой, начальник готов сжить со свету, а служебный пес не признает. Но Морозов прекрасно знает всю милицейскую «кухню», ведь он всю жизнь был по другую сторону баррикад. Используя навыки...
Водка — лекарство нехорошее, вот только вылечишь душу, сразу начинает болеть печень.
Александр Морозов, немолодой и много повидавший заключенный исправительной колонии, погибает, а его сознание переносится в прошлое, в далекий 1978-й год. СССР в самом расцвете, а Морозов оказывается в теле субтильного кинолога. Теперь он советский милиционер, зеленый лейтенант. Коллеги смотрят на него с насмешкой, начальник готов сжить со свету, а служебный пес не признает. Но Морозов прекрасно знает всю милицейскую «кухню», ведь он всю жизнь был по другую сторону баррикад. Используя навыки...
Все же объятия — штука мощная, успокаивают и поднимают настроение.
Александр Морозов, немолодой и много повидавший заключенный исправительной колонии, погибает, а его сознание переносится в прошлое, в далекий 1978-й год. СССР в самом расцвете, а Морозов оказывается в теле субтильного кинолога. Теперь он советский милиционер, зеленый лейтенант. Коллеги смотрят на него с насмешкой, начальник готов сжить со свету, а служебный пес не признает. Но Морозов прекрасно знает всю милицейскую «кухню», ведь он всю жизнь был по другую сторону баррикад. Используя навыки...
— Хм… Лейтенант милиции — и с кирпичом, — я осуждающе поцокал языком и покачал головой. — Очень и очень сомнительно… Вы, гражданин, еще скажите, что базарил, как это называется, по фене…
— Да-да! Базар воровской присутствовал! — уцепился за мою фразу Эдик, как за соломинку.
— Вот! — широко махнул я на жалобщика. — Что и требовалось доказать. Всякую ерунду собирает. Извините, конечно, гражданин, но мне кажется, что вы ведете себя, как осёл. Я имею в виду ваши умственные способности.
— Я не осёл! Я не тупой!
— Не тупой? — снова прищурился я. — А это легко проверить. Вот скажите, какие гласные буквы есть в слове «зима»?
Эдик на пару секунд задумался, наморщил лоб, а затем радостно выдохнул:
— «И»… «А»…
— Ну вот! А говорите, что не осёл…
Не люблю ментов и собак, но на закате жизни судьба приготовила мне очередную подлянку. Я погиб, а мое сознание перенеслось в прошлое, в далекий 1978-й год.
СССР в самом соку, а я оказался в теле субтильного кинолога. Теперь я молодой советский мент, и хрен уволишься!
Май твою труд! Где я и где погоны?! Зато я отлично знаю эту чертову систему, ведь всю жизнь был по другую сторону «баррикад»...
Начальник дурак — это полбеды, хуже, когда дурак научится руководить. Умение руководить приходит к дураку не сразу, а по мере перекладывания своих обязанностей и ответственности на плечи подчиненных.
Не люблю ментов и собак, но на закате жизни судьба приготовила мне очередную подлянку. Я погиб, а мое сознание перенеслось в прошлое, в далекий 1978-й год.
СССР в самом соку, а я оказался в теле субтильного кинолога. Теперь я молодой советский мент, и хрен уволишься!
Май твою труд! Где я и где погоны?! Зато я отлично знаю эту чертову систему, ведь всю жизнь был по другую сторону «баррикад»...
чем хуже настроение, тем нежнее получаются отбивные.
Не люблю ментов и собак, но на закате жизни судьба приготовила мне очередную подлянку. Я погиб, а мое сознание перенеслось в прошлое, в далекий 1978-й год.
СССР в самом соку, а я оказался в теле субтильного кинолога. Теперь я молодой советский мент, и хрен уволишься!
Май твою труд! Где я и где погоны?! Зато я отлично знаю эту чертову систему, ведь всю жизнь был по другую сторону «баррикад»...