Цитаты из книг

Брак — что-то вроде теплицы, в которой выращиваются экзотические грехи, а иногда — экзотические виды аскезы.

Музыка будет по-немецки, вы все равно не поймете

Оскар Уайльд, Константин Душенко

В книге собрано более 1300 фраз великого остроумца Оскара Уайльда — о жизни и смерти, о мужчинах и женщинах, об одежде и моде, об искусстве, религии, истории и политике. Многие из них публикуются по-русски впервые, в том числе уайльдовские «Максимы для наставления чересчур образованных» и афоризмы из черновых тетрадей Уайльда. «Вероятно, он был величайшим мастером беседы, который когда-либо жил, не исключая Сократа, которому недоставало уайльдовского чувства юмора».   

Женщины, как и дети, живут на проценты со своих ожиданий.

Музыка будет по-немецки, вы все равно не поймете

Оскар Уайльд, Константин Душенко

В книге собрано более 1300 фраз великого остроумца Оскара Уайльда — о жизни и смерти, о мужчинах и женщинах, об одежде и моде, об искусстве, религии, истории и политике. Многие из них публикуются по-русски впервые, в том числе уайльдовские «Максимы для наставления чересчур образованных» и афоризмы из черновых тетрадей Уайльда. «Вероятно, он был величайшим мастером беседы, который когда-либо жил, не исключая Сократа, которому недоставало уайльдовского чувства юмора».   

Равнодушие — вот месть, которой карают посредственность.

Музыка будет по-немецки, вы все равно не поймете

Оскар Уайльд, Константин Душенко

В книге собрано более 1300 фраз великого остроумца Оскара Уайльда — о жизни и смерти, о мужчинах и женщинах, об одежде и моде, об искусстве, религии, истории и политике. Многие из них публикуются по-русски впервые, в том числе уайльдовские «Максимы для наставления чересчур образованных» и афоризмы из черновых тетрадей Уайльда. «Вероятно, он был величайшим мастером беседы, который когда-либо жил, не исключая Сократа, которому недоставало уайльдовского чувства юмора».   

Как легко обратить в свою веру других, и как трудно обратить самого себя.

Музыка будет по-немецки, вы все равно не поймете

Оскар Уайльд, Константин Душенко

В книге собрано более 1300 фраз великого остроумца Оскара Уайльда — о жизни и смерти, о мужчинах и женщинах, об одежде и моде, об искусстве, религии, истории и политике. Многие из них публикуются по-русски впервые, в том числе уайльдовские «Максимы для наставления чересчур образованных» и афоризмы из черновых тетрадей Уайльда. «Вероятно, он был величайшим мастером беседы, который когда-либо жил, не исключая Сократа, которому недоставало уайльдовского чувства юмора».   

Путь к истине вымощен парадоксами.

Музыка будет по-немецки, вы все равно не поймете

Оскар Уайльд, Константин Душенко

В книге собрано более 1300 фраз великого остроумца Оскара Уайльда — о жизни и смерти, о мужчинах и женщинах, об одежде и моде, об искусстве, религии, истории и политике. Многие из них публикуются по-русски впервые, в том числе уайльдовские «Максимы для наставления чересчур образованных» и афоризмы из черновых тетрадей Уайльда. «Вероятно, он был величайшим мастером беседы, который когда-либо жил, не исключая Сократа, которому недоставало уайльдовского чувства юмора».   

— Лисицы имеют норы, и волки лесные — логова, а русский народ, покоритель мира, не имеет где преклонить голову.
— Помилуйте, а на плаху?

Музыка будет по-немецки, вы все равно не поймете

Оскар Уайльд, Константин Душенко

В книге собрано более 1300 фраз великого остроумца Оскара Уайльда — о жизни и смерти, о мужчинах и женщинах, об одежде и моде, об искусстве, религии, истории и политике. Многие из них публикуются по-русски впервые, в том числе уайльдовские «Максимы для наставления чересчур образованных» и афоризмы из черновых тетрадей Уайльда. «Вероятно, он был величайшим мастером беседы, который когда-либо жил, не исключая Сократа, которому недоставало уайльдовского чувства юмора».   

Культ героев в Америке развит необычайно, а герои всегда выбираются среди уголовников.

Музыка будет по-немецки, вы все равно не поймете

Оскар Уайльд, Константин Душенко

В книге собрано более 1300 фраз великого остроумца Оскара Уайльда — о жизни и смерти, о мужчинах и женщинах, об одежде и моде, об искусстве, религии, истории и политике. Многие из них публикуются по-русски впервые, в том числе уайльдовские «Максимы для наставления чересчур образованных» и афоризмы из черновых тетрадей Уайльда. «Вероятно, он был величайшим мастером беседы, который когда-либо жил, не исключая Сократа, которому недоставало уайльдовского чувства юмора».   

Нам нужны непрактичные люди, умеющие заглянуть за пределы наличествующего и поразмыслить над тем, что не ограничено сегодняшним днем.

Музыка будет по-немецки, вы все равно не поймете

Оскар Уайльд, Константин Душенко

В книге собрано более 1300 фраз великого остроумца Оскара Уайльда — о жизни и смерти, о мужчинах и женщинах, об одежде и моде, об искусстве, религии, истории и политике. Многие из них публикуются по-русски впервые, в том числе уайльдовские «Максимы для наставления чересчур образованных» и афоризмы из черновых тетрадей Уайльда. «Вероятно, он был величайшим мастером беседы, который когда-либо жил, не исключая Сократа, которому недоставало уайльдовского чувства юмора».   

Святость создается любовью. Святые — это те, кого особенно сильно любили.

Музыка будет по-немецки, вы все равно не поймете

Оскар Уайльд, Константин Душенко

В книге собрано более 1300 фраз великого остроумца Оскара Уайльда — о жизни и смерти, о мужчинах и женщинах, об одежде и моде, об искусстве, религии, истории и политике. Многие из них публикуются по-русски впервые, в том числе уайльдовские «Максимы для наставления чересчур образованных» и афоризмы из черновых тетрадей Уайльда. «Вероятно, он был величайшим мастером беседы, который когда-либо жил, не исключая Сократа, которому недоставало уайльдовского чувства юмора».   

Совесть и трусость, в сущности, одно и то же. Совесть — это торговая марка трусости.

Музыка будет по-немецки, вы все равно не поймете

Оскар Уайльд, Константин Душенко

В книге собрано более 1300 фраз великого остроумца Оскара Уайльда — о жизни и смерти, о мужчинах и женщинах, об одежде и моде, об искусстве, религии, истории и политике. Многие из них публикуются по-русски впервые, в том числе уайльдовские «Максимы для наставления чересчур образованных» и афоризмы из черновых тетрадей Уайльда. «Вероятно, он был величайшим мастером беседы, который когда-либо жил, не исключая Сократа, которому недоставало уайльдовского чувства юмора».   

Удовольствие — это то, что мы получаем от других, долг — это то, чего мы от них ожидаем, а гений — то, в чем мы им отказываем.

Музыка будет по-немецки, вы все равно не поймете

Оскар Уайльд, Константин Душенко

В книге собрано более 1300 фраз великого остроумца Оскара Уайльда — о жизни и смерти, о мужчинах и женщинах, об одежде и моде, об искусстве, религии, истории и политике. Многие из них публикуются по-русски впервые, в том числе уайльдовские «Максимы для наставления чересчур образованных» и афоризмы из черновых тетрадей Уайльда. «Вероятно, он был величайшим мастером беседы, который когда-либо жил, не исключая Сократа, которому недоставало уайльдовского чувства юмора».   

Обожаю мужчин за семьдесят. Они всегда предлагают любовь до гроба.

Музыка будет по-немецки, вы все равно не поймете

Оскар Уайльд, Константин Душенко

В книге собрано более 1300 фраз великого остроумца Оскара Уайльда — о жизни и смерти, о мужчинах и женщинах, об одежде и моде, об искусстве, религии, истории и политике. Многие из них публикуются по-русски впервые, в том числе уайльдовские «Максимы для наставления чересчур образованных» и афоризмы из черновых тетрадей Уайльда. «Вероятно, он был величайшим мастером беседы, который когда-либо жил, не исключая Сократа, которому недоставало уайльдовского чувства юмора».   

Любовь всегда обещает несбыточное и заставляет верить в невозможное.

Музыка будет по-немецки, вы все равно не поймете

Оскар Уайльд, Константин Душенко

В книге собрано более 1300 фраз великого остроумца Оскара Уайльда — о жизни и смерти, о мужчинах и женщинах, об одежде и моде, об искусстве, религии, истории и политике. Многие из них публикуются по-русски впервые, в том числе уайльдовские «Максимы для наставления чересчур образованных» и афоризмы из черновых тетрадей Уайльда. «Вероятно, он был величайшим мастером беседы, который когда-либо жил, не исключая Сократа, которому недоставало уайльдовского чувства юмора».   

Лицо мужчины — его автобиография. Лицо женщины — ее роман о себе.

Музыка будет по-немецки, вы все равно не поймете

Оскар Уайльд, Константин Душенко

В книге собрано более 1300 фраз великого остроумца Оскара Уайльда — о жизни и смерти, о мужчинах и женщинах, об одежде и моде, об искусстве, религии, истории и политике. Многие из них публикуются по-русски впервые, в том числе уайльдовские «Максимы для наставления чересчур образованных» и афоризмы из черновых тетрадей Уайльда. «Вероятно, он был величайшим мастером беседы, который когда-либо жил, не исключая Сократа, которому недоставало уайльдовского чувства юмора».   

— Любопытно, что некрасивые женщины всегда ревнуют своих мужей, а красивые — никогда.
— Красивым женщинам не до того — они ревнуют чужих мужей.

Музыка будет по-немецки, вы все равно не поймете

Оскар Уайльд, Константин Душенко

В книге собрано более 1300 фраз великого остроумца Оскара Уайльда — о жизни и смерти, о мужчинах и женщинах, об одежде и моде, об искусстве, религии, истории и политике. Многие из них публикуются по-русски впервые, в том числе уайльдовские «Максимы для наставления чересчур образованных» и афоризмы из черновых тетрадей Уайльда. «Вероятно, он был величайшим мастером беседы, который когда-либо жил, не исключая Сократа, которому недоставало уайльдовского чувства юмора».   

— Но какую же награду получит Идеальный Мужчина?
— Какую награду? Возможность бесконечно надеяться.

Музыка будет по-немецки, вы все равно не поймете

Оскар Уайльд, Константин Душенко

В книге собрано более 1300 фраз великого остроумца Оскара Уайльда — о жизни и смерти, о мужчинах и женщинах, об одежде и моде, об искусстве, религии, истории и политике. Многие из них публикуются по-русски впервые, в том числе уайльдовские «Максимы для наставления чересчур образованных» и афоризмы из черновых тетрадей Уайльда. «Вероятно, он был величайшим мастером беседы, который когда-либо жил, не исключая Сократа, которому недоставало уайльдовского чувства юмора».   

— Я не говорил, что он женится. Я сказал только, что он собирается жениться. Это далеко не одно и то же. Я, например, ясно помню, что женился, но совершенно не припоминаю, чтобы я собирался жениться. И склонен думать, что такого намерения у меня никогда не было.

Музыка будет по-немецки, вы все равно не поймете

Оскар Уайльд, Константин Душенко

В книге собрано более 1300 фраз великого остроумца Оскара Уайльда — о жизни и смерти, о мужчинах и женщинах, об одежде и моде, об искусстве, религии, истории и политике. Многие из них публикуются по-русски впервые, в том числе уайльдовские «Максимы для наставления чересчур образованных» и афоризмы из черновых тетрадей Уайльда. «Вероятно, он был величайшим мастером беседы, который когда-либо жил, не исключая Сократа, которому недоставало уайльдовского чувства юмора».   

Она, черт побери, до того ко мне равнодушна, точно я ей муж!

Музыка будет по-немецки, вы все равно не поймете

Оскар Уайльд, Константин Душенко

В книге собрано более 1300 фраз великого остроумца Оскара Уайльда — о жизни и смерти, о мужчинах и женщинах, об одежде и моде, об искусстве, религии, истории и политике. Многие из них публикуются по-русски впервые, в том числе уайльдовские «Максимы для наставления чересчур образованных» и афоризмы из черновых тетрадей Уайльда. «Вероятно, он был величайшим мастером беседы, который когда-либо жил, не исключая Сократа, которому недоставало уайльдовского чувства юмора».   

— Вы, женщины, поклоняетесь победителям.
— Мы — лавровые венки, прикрывающие их лысину.

Музыка будет по-немецки, вы все равно не поймете

Оскар Уайльд, Константин Душенко

В книге собрано более 1300 фраз великого остроумца Оскара Уайльда — о жизни и смерти, о мужчинах и женщинах, об одежде и моде, об искусстве, религии, истории и политике. Многие из них публикуются по-русски впервые, в том числе уайльдовские «Максимы для наставления чересчур образованных» и афоризмы из черновых тетрадей Уайльда. «Вероятно, он был величайшим мастером беседы, который когда-либо жил, не исключая Сократа, которому недоставало уайльдовского чувства юмора».   

— Современные женщины, говорят, все понимают.
— Кроме своих мужей.

Музыка будет по-немецки, вы все равно не поймете

Оскар Уайльд, Константин Душенко

В книге собрано более 1300 фраз великого остроумца Оскара Уайльда — о жизни и смерти, о мужчинах и женщинах, об одежде и моде, об искусстве, религии, истории и политике. Многие из них публикуются по-русски впервые, в том числе уайльдовские «Максимы для наставления чересчур образованных» и афоризмы из черновых тетрадей Уайльда. «Вероятно, он был величайшим мастером беседы, который когда-либо жил, не исключая Сократа, которому недоставало уайльдовского чувства юмора».   

Женщины созданы для того, чтобы их любить, а не для того, чтобы их понимать.

Музыка будет по-немецки, вы все равно не поймете

Оскар Уайльд, Константин Душенко

В книге собрано более 1300 фраз великого остроумца Оскара Уайльда — о жизни и смерти, о мужчинах и женщинах, об одежде и моде, об искусстве, религии, истории и политике. Многие из них публикуются по-русски впервые, в том числе уайльдовские «Максимы для наставления чересчур образованных» и афоризмы из черновых тетрадей Уайльда. «Вероятно, он был величайшим мастером беседы, который когда-либо жил, не исключая Сократа, которому недоставало уайльдовского чувства юмора».   

Я предпочитаю мужчин с будущим и женщин — с прошлым.

Музыка будет по-немецки, вы все равно не поймете

Оскар Уайльд, Константин Душенко

В книге собрано более 1300 фраз великого остроумца Оскара Уайльда — о жизни и смерти, о мужчинах и женщинах, об одежде и моде, об искусстве, религии, истории и политике. Многие из них публикуются по-русски впервые, в том числе уайльдовские «Максимы для наставления чересчур образованных» и афоризмы из черновых тетрадей Уайльда. «Вероятно, он был величайшим мастером беседы, который когда-либо жил, не исключая Сократа, которому недоставало уайльдовского чувства юмора».   

У меня непритязательный вкус: мне вполне достаточно самого лучшего.

Музыка будет по-немецки, вы все равно не поймете

Оскар Уайльд, Константин Душенко

В книге собрано более 1300 фраз великого остроумца Оскара Уайльда — о жизни и смерти, о мужчинах и женщинах, об одежде и моде, об искусстве, религии, истории и политике. Многие из них публикуются по-русски впервые, в том числе уайльдовские «Максимы для наставления чересчур образованных» и афоризмы из черновых тетрадей Уайльда. «Вероятно, он был величайшим мастером беседы, который когда-либо жил, не исключая Сократа, которому недоставало уайльдовского чувства юмора».   

Я проклинал этот прекрасный мир — этот рай, который человек превратил в ад.

Телени, или оборотная сторона медали

Оскар Уайльд

Эротический роман, который на основании многочисленных косвенных данных приписывается великому английскому писателю Оскару Уайльду, — настоящая литературная сенсация. Роман был издан анонимно в 1893 году, через три года после «Портрета Дориана Грея», и с тех пор считается абсолютным шедевром в своем жанре. История любви двух молодых людей описана во всех психологических, анатомических и эротических подробностях без какого бы то ни было стеснения; читатель переносится из душной атмосферы борделя...

Фауст Гете
Кто ваша публика, позвольте вас спросить?
Один приходит к нам, чтоб скуку утолить.
Другой, набив живот потуже,
Идет сюда переварить обед,
А третий – что для нас всего, пожалуй, хуже –
Приходит нас судить по толкам из газет.

12 великих трагедий. Сборник

Оскар Уайльд, Максим Горький и др.

Книга «12 великих трагедий» – уникальное издание, позволяющее ознакомиться с самыми знаковыми произведениями в истории мировой драматургии, вышедшими из-под пера выдающихся мастеров жанра. Многие пьесы, включенные в книгу, посвящены реальным историческим персонажам и событиям, однако они творчески переосмыслены и обогащены благодаря оригинальным авторским интерпретациям. Книга включает произведения, созданные со времен греческой античности до начала прошлого века, поэтому внимательные читатели...