Эмили подошла к окну и посмотрела на ясное утро. Никто-то ей не посочувствует, никто ее не пожалеет, никто ее не понимает – никто не может дать бедной смертной надежду и ободрение, кроме сияющих небес! Эмили отвернулась от окна. «Солнце светит убийце, – подумала она, – как светит и мне».
С самого младенчества Эмили росла без матери, без братьев и сестер, и свет ее жизни сошелся на отце. Смириться с потерей столь близкого человека из-за внезапной болезни стало для нее тяжким испытанием. Но лишиться его от руки убийцы и ничего не предпринять – такого пылкая натура Эмили просто не вынесла бы.
Даже если бы религия не запрещала мне подвергать опасности душу, живя во грехе с женщиной, которую люблю, мысль о моей дочери не позволила бы мне согрешить. Никогда я не совершу ничего, что сделало бы меня недостойными любви и уважения моего ребенка.
... пустая болтовня не всегда достойна презрения, поскольку может причинить немалый вред.
Суждено ли обману, одержавшему жестокую победу над истиной, торжествовать и далее? Да, если жизнь земная – преддверие ада. Нет, если ложь есть ложь, каким бы милосердным мотивом ни прикрывалась. Нет, если любой обман несет в себе семя возмездия, которое со временем непременно прорастет и даст плоды.
Самая трудноизлечимая болезнь, которая мне известна, – тревога.
В наше время все разбираются во всем и при этом полагают, что оно того не стоит. Не вздумайте напускать на себя безразличие, которое суть – замаскированное самолюбие! Именно самолюбие правит цивилизованным человечеством. Можно задеть лучшего друга любым иным способом и удостоиться прощения, но стоит потревожить гладкую поверхность его самолюбия, как между вами возникнет взаимная холодность на всю оставшуюся жизнь!
Мне не нужен здравый смысл - мне нужен настоящий друг, который меня поймет.
Насколько бы мы были счастливее, если бы никогда не вырастали.
Доброта удивительно действует на женщин и собак...
Занятные плоды производит культура! Если бы не шпиль церкви в Андербридже, я бы мог подумать, что мы блуждаем по дикому острову.
Есть ли более печальное зрелище на свете, чем хромая лошадь? Я видел хромых людей и хромых собак, и те были вполне веселы, но я никогда не видел хромую лошадь, которая не убивалась бы из-за этой беды.
Будьте снисходительны к женщинам. Мы все городим чепуху.
Женатые мужчины меня поймут. А холостым нелишне узнать, что иногда мы должны не только любить и почитать, но еще и слушать наших жен.
Самой покладистой моральной категорией является так называемая совесть. В одном душевном состоянии совесть строго судит человека, выносит ему приговор; в другом же они прекрасно договариваются между собой, поделив ответственность.
-И загадка "отеля с привидениями" никак не объясняется?
-А вы спросите себя, объясняется ли чем загадка вашей собственной жизни и смерти?
До сих пор я не был религиозным человеком, но, похоже, стану им. После слов вашей светлости я верю в дьявола.
- А вы не хотите сказать, что свеча не сжигает бабочку, когда та летит на ее огонь? - ответила леди Монтбарри.
- Если бы вы пожили в деревне, сэр, а не в Лондоне, - ответила миссис Феррари, - вы бы знали, что иногда и овца бросается на собаку.
Вы слышали когда-нибудь о такой вещи, как упоение ужасом? Оно-то и влечёт меня к вам.
Наутро после нашего возвращения в Фонди у него явилась странная склонность спать без просыпу, и я заподозрил, что у него воспаление мозга.
Если ты ее действительно любишь — жди; доверься двум своим лучшим друзьям — мне и времени.
Благодарность принадлежит к редчайшим добродетелям в людях независимо от их общественного положения.
Природа не терпит однообразия и даже в мягчайших душах держит про запас раздражительность.
Поразительно, как люди с тонкой нервной организацией чрезвычайным напряжением воли могут решиться на самые отчаянные поступки.