Цитаты из книг
Александра
добавила цитату
из книги
«Ты мне только пиши... Хроника пикирующего бомбардировщика»
2 дня назад
Сергей посмотрел на Веньку и проглотил слюну.
— Давай… — кивнул Гуревич, и крупные капли пота покрыли его лицо.
Архипцев слегка довернул штурвал, и через прозрачный низ кабины стало отчетливо видно, что через несколько секунд «сто пятнадцатый» пройдет прямо над немецкими самолетами, стоящими на земле.
— Женька, — спокойно сказал Архипцев, — мы нашли этот аэродром.
— Ты слышишь, Женька, мы его нашли… — хрипло повторил Гуревич.
Сергей отжал от себя штурвал и перевел машину в стремительное пологое пикирование…
Стоянка «фокке-вульфов» росла с ужасающей скоростью и мчалась им на грудь…
Со страшным воем «сто пятнадцатый» врезался в начало стоянки «фокке-вульфов» и прогрохотал, стирая с лица земли немецкие истребители.
«Ты мне только пиши…» — удивительно светлая повесть о любви к людям. Любви, способной растопить лед одиночества, сделать человека счастливым.
«Хроника пикирующего бомбардировщика» — давно ставшее классикой произведение о Великой Отечественной войне.
Александра
добавила цитату
из книги
«Ты мне только пиши... Хроника пикирующего бомбардировщика»
2 дня назад
— Командир, а командир! — привязывался Соболевский к Архипцеву. — Чего это нам так давно орденов не дают? Нет, правда, какого черта?! Я уже дырочку в гимнастерке сделал… Три месяца тому назад наградные послали и хоть бы тебе что… А? Почему?
— А за что нам давать-то? — лениво спросил Архипцев.
— Но мы же летаем, бомбим! — возмутился Женька. — Вот «фоккер» сбили… Все-таки…
Архипцев перевернулся на живот и в упор посмотрел на Соболевского:
— Женька! Летать мы обязаны? Обязаны. Бомбить обязаны? Обязаны. «Фоккер» сбить были обязаны? Опять обязаны. Мы, Женька, все это обязаны делать… Профессия у нас сейчас такая, понимаешь?
«Ты мне только пиши…» — удивительно светлая повесть о любви к людям. Любви, способной растопить лед одиночества, сделать человека счастливым.
«Хроника пикирующего бомбардировщика» — давно ставшее классикой произведение о Великой Отечественной войне.
Александра
добавила цитату
из книги
«Ты мне только пиши... Хроника пикирующего бомбардировщика»
2 дня назад
— Каждый день перловка, перловка, перловка… Усю зиму пшеном душили, весной — капустой…
Кузмичов усмехнулся.
— Не, шо вы смеетесь? Як вам подадуть на первое капусту с водой, на второе — капусту без воды, а на третье — воду без капусты, дак вона вам ночью сниться будет! А зараз на нас с перловкой набросились!
— Не слушайте его, товарищ старшина! — перебил второй моторист. — Он эту перловку за милую душу лопает!
— А шо же мини, голодным сидеть, чи шо? — возмутился Осадчий. — Як в устави? Военнослужащий должен уси трудности превозмогать! Перловка дак перловка!
«Ты мне только пиши…» — удивительно светлая повесть о любви к людям. Любви, способной растопить лед одиночества, сделать человека счастливым.
«Хроника пикирующего бомбардировщика» — давно ставшее классикой произведение о Великой Отечественной войне.
На завтрак всем Котам и Кошкам давали разные специальные заграничные витаминизированные концентраты, от одного вида которых мне становилось худо еще в Германии. Я быстренько смотался к Мите и сказал ему, чтобы он попросил для меня кусок нормального оттаявшего хека, по которому я тосковал уже несколько месяцев. Пилипенко подозрительно посмотрел на Митю и спросил:
— Ты-то откуда знаешь, что Они хека хотят?
— С Мюнхеном согласовано, — не моргнув глазом, ответил Митя.
— Где ж я Им оттаявшего хека сейчас достану? — задумался Пилипенко. Интересно, а свежую осетрину Они жрать будут?..
— Будут! — уверенно сказал Митя. — Только сырую.
Роман В. Кунина «Кыся» написан в оригинальной манере рассказа — исповеди обыкновенного питерского кота, попавшего в вынужденную эмиграцию. Произведение написано динамично, смешно, остро, полно жизненных реалий и характеров.
Так это он — Пилипенко Иван Афанасьевич — этот ужасный и отвратительный ловец и убивец невинных Собак и Котов, торговец «живым Кошачьим товаром», изготовитель уродливых шапок из шкурок убиенных им несчастных и очень домашних Животных — хозяин самого дорогого и престижного пансиона для иностранных Котов и Собак самого высокого ранга? Это на ЕГО банковский счет Фридрих фон Тифенбах перевел все суммы на мое содержание!
— Иван Афанасьевич! — окликнул его Васька. — А не сдается тебе, что у этого мюнхенского Котяры — рожа вроде знакомая, а?
— Ты говори, да не заговаривайся! Я сейчас возглавляю коммерческое предприятие мирового уровня. А гроши за этого Котяру плотют, как за прынца! И ежели ты его хоть словом обидишь, я из тебя душу выну и без порток выкину. А на твое место любого генерала-отставника возьму, и он за те бабки, которые я тебе сейчас плачу, — будет мне служить, как Иосифу Виссарионовичу Сталину!
Роман В. Кунина «Кыся» написан в оригинальной манере рассказа — исповеди обыкновенного питерского кота, попавшего в вынужденную эмиграцию. Произведение написано динамично, смешно, остро, полно жизненных реалий и характеров.
Описывать два с половиной часа полета от Мюнхена до Санкт-Петербурга — вряд ли имеет смысл.
Первую половину полета я еще как-то бодрствовал: то меня кормили (действительно, очень вкусно!) то поили, то каждый член экипажа по очереди выходил из своей пилотской кабины — «с понтом», будто бы он идет в туалет, а сам пялился на меня, числящегося по списку пассажиров как «Мартын-Кыся фон Тифенбах» и находящегося на борту самолета под индексом — В.И.П.
Роман В. Кунина «Кыся» написан в оригинальной манере рассказа — исповеди обыкновенного питерского кота, попавшего в вынужденную эмиграцию. Произведение написано динамично, смешно, остро, полно жизненных реалий и характеров.
Говорят, что сейчас иметь дела с Россией опасно. А мы с Кысей просто совершим экскурсию, — и тут Фридрих сказал до боли знакомое словосочетание, которое я сотни раз слышал по телевизору: — По местам его бывшей боевой славы… Мне, действительно, очень хотелось бы посмотреть, во что превратился этот гигантский, чудовищный монстр с огромной атомной дубиной в руках после того, как он распался на враждующие между собою куски
Роман В. Кунина «Кыся» написан в оригинальной манере рассказа — исповеди обыкновенного питерского кота, попавшего в вынужденную эмиграцию. Произведение написано динамично, смешно, остро, полно жизненных реалий и характеров.
Сейчас, как раз, время для ... наглых, напористых, неглупых, неотягощенных интеллектом, а поэтому и не стесняющих себя в выборе средств для достижения цели.
Мы много раз болтали об этом с Моим Шурой. Особенно, когда он где-то выпьет, придет домой и начнет передо мной извиняться, что, дескать, он мне даже приличной рыбы не может купить, что его доходов только на этот «хек мороженый» и хватает.
А потом — несколько многословный, но уже почти трезвый анализ всего происходящего сегодня в нашей стране. И кто в это прекрасно вписывается, а кто — вроде нас с Шурой Плоткиным, — никак не может вписаться, да никогда и не впишется, хоть за бугор уезжай!
Роман В. Кунина «Кыся» написан в оригинальной манере рассказа — исповеди обыкновенного питерского кота, попавшего в вынужденную эмиграцию. Произведение написано динамично, смешно, остро, полно жизненных реалий и характеров.
... Вот и ладушки, Иван Афанасьевич, пришлите двадцатничек от греха подальше, и поезжайте с Богом.
— Какой «двадцатничек»?.. — растерялся Пилипенко.
— Зелененький, — пояснил милиционер.
— За что-о-о?.. — простонал Пилипенко.
— Дымление двигателя, прогар глушителя, левый «стоп» не работает, коррозия по низу дверей и крыльев, машина грязная, номера ржавые, правое наружное зеркало отсутствует… Еще нужно?
— Нет… — выдохнул Пилипенко. — Может, рублями возьмете?
— Ты чего? Мне, при исполнении, взятку предлагаешь, что ли?
— А доллары — не взятка?! — слышно было, что Пилипенко разозлился.
— А доллары — это доллары.
Роман В. Кунина «Кыся» написан в оригинальной манере рассказа — исповеди обыкновенного питерского кота, попавшего в вынужденную эмиграцию. Произведение написано динамично, смешно, остро, полно жизненных реалий и характеров.
— Документы попрошу, — повторил милиционер.
— Пожалуйста… — голос Пилипенко совсем упал. — Какие проблемы-то?
— Счас посмотрим, — сказал милиционер. — Не будет проблем — создадим. Все в наших руках.
Роман В. Кунина «Кыся» написан в оригинальной манере рассказа — исповеди обыкновенного питерского кота, попавшего в вынужденную эмиграцию. Произведение написано динамично, смешно, остро, полно жизненных реалий и характеров.
К чести стариков Китцингеров нужно сказать, что появление абсолютно советского танка на своем очень западногерманском хуторе они восприняли достаточно мужественно и тактично. Только Наташа слегка растерянно спросила:
– Боже мой, Эдик! Ты же хотел купить себе недорогой автомобиль. Зачем тебе танк? Да еще и вместе с этим китайцем?!
«Русские на Мариенплац» – трогательная лиричная повесть о русских эмигрантах, волею судьбы оказавшихся в Германии.
Читайте! Перечитывайте! Наслаждайтесь!
– Наши шпионы даром хлеб не едят! – сказал Нартай. – Жаль только, что чаще всего они на мудаков работают…
«Русские на Мариенплац» – трогательная лиричная повесть о русских эмигрантах, волею судьбы оказавшихся в Германии.
Читайте! Перечитывайте! Наслаждайтесь!
– Ты в своем уме?! Да нас с твоим танком на первом же перекрестке полиция за жопу возьмет!..
Нартай улыбнулся и разлил остатки «Вайцен-Корна» по кружкам:
– А мы с тобой, как партизаны – потихонечку, ночами и огородами.
«Русские на Мариенплац» – трогательная лиричная повесть о русских эмигрантах, волею судьбы оказавшихся в Германии.
Читайте! Перечитывайте! Наслаждайтесь!
– Дурак ты, Эдик. У тебя в твоем доме начался пожар. Ты же не бежишь в чужой дом к соседям – переждать, пока огонь не потухнет или твой дом совсем не сгорит? Ты же сам как-то стараешься потушить пожар в своем собственном доме...
«Русские на Мариенплац» – трогательная лиричная повесть о русских эмигрантах, волею судьбы оказавшихся в Германии.
Читайте! Перечитывайте! Наслаждайтесь!
– Это их «опель»!..
– Очень, очень хорошо! – мстительно пропел Нартай и резким броском двинул танк вперед прямо на ни в чем не повинный автомобиль. – Сейчас я ему устрою техническое обслуживание по первому разряду!!! Держись крепче, мужик!..
«Русские на Мариенплац» – трогательная лиричная повесть о русских эмигрантах, волею судьбы оказавшихся в Германии.
Читайте! Перечитывайте! Наслаждайтесь!
И надо же! Последняя моя мысль была совсем не такой, как пишут в книгах – вроде того, что «вся жизнь в одно мгновение промелькнула перед его глазами…»
Ни хрена мне такого в голову не пришло, а почему-то подумалось: «Эх, жаль, не успел я трахнуть ту кельнершу с круглой попочкой и симпатичными титечками!.. Она же только и ждала, когда я смогу обходиться без переводчика… С детства, с детства нужно учить иностранные языки, господа!»
«Русские на Мариенплац» – трогательная лиричная повесть о русских эмигрантах, волею судьбы оказавшихся в Германии.
Читайте! Перечитывайте! Наслаждайтесь!
Через три минуты мы со старухой знали все. Она про меня, я – про Абрама. Никакой он не «Абрам». Он – обычный еврей Виталий из Ленинграда, где был каким-то доктором, а сбежав полтора года тому назад в Мюнхен, здесь переименовался в «Абрама» и сразу же заговорил на русском языке с еврейским акцентом, которого у него никогда не было и быть не могло, потому что он совсем еще молодой человек – ему не больше пятидесяти, а у молодых людей, родившихся и выросших в Ленинграде и Москве, акцента не бывает!
«Русские на Мариенплац» – трогательная лиричная повесть о русских эмигрантах, волею судьбы оказавшихся в Германии.
Читайте! Перечитывайте! Наслаждайтесь!
И ведь что удивительно! Украинская девочка Наташа за пятьдесят лет жизни в Германии стала истинной баварской немкой – расчетливой и бережливой до скупости, со слегка ханжескими представлениями о правилах приличия, с неукоснительным соблюдением всех католических праздников, с болезненной чистоплотностью и поразительной энергией при ведении своего хозяйства!
«Русские на Мариенплац» – трогательная лиричная повесть о русских эмигрантах, волею судьбы оказавшихся в Германии.
Читайте! Перечитывайте! Наслаждайтесь!
Многогранность российского мата была беспредельна! Ругательства могли служить синонимами любой технической терминологии, названиями самых различных областей человеческой деятельности.
«Русские на Мариенплац» – трогательная лиричная повесть о русских эмигрантах, волею судьбы оказавшихся в Германии.
Читайте! Перечитывайте! Наслаждайтесь!
В конце концов, это отвратительно и противоестественно, - говорит Виктор Витальевич. - Забеременеть в пятнадцать лет…- Вот если бы вы, Виктор Витальевич, забеременели - это было бы и отвратительно, и противоестественно. А девочка в пятнадцать лет… Чуть рановато… Но - ничего страшного.
На рассвете, в блекло-серой стариковской толпе блочных «хрущоб», взламывая тоскливый пятиэтажный ранжир, внуками-акселератами редко и нелепо торчат сытые восемнадцатиэтажные красавцы из оранжево-бежевого кирпича.
И все-таки это Москва, Москва, Москва… И не так уж далеко от центра. По нынешнему счету - рукой подать. Ровно посередине: между ГУМом и Окружной дорогой.
Один, по-моему, побил все рекорды по идиотизму. В своем желании убедить немцев принять его как политического беженца он договорился до того, что, тыкая пальцем в свои густые, сросшиеся над переносицей брови, заявил, будто подвергался жесточайшим преследованиям КГБ, который подозревал в нем незаконнорожденного внебрачного сына бывшего Генерального секретаря Коммунистической партии Советского Союза – Леонида Ильича Брежнева.
«Русские на Мариенплац» – трогательная лиричная повесть о русских эмигрантах, волею судьбы оказавшихся в Германии.
Читайте! Перечитывайте! Наслаждайтесь!
И только недавно я сообразила, почему коренных ленинградок или москвичек в этом бизнесе гораздо меньше. Единицы буквально. Мы… Как бы это сказать? Мы уже заранее расслаблены. У нас родители под боком, крыша готовая над головой. Нам бороться не за что. А они предоставлены самим себе. Мне матери нужно было горбатого лепить:…
Времени было еще навалом. Я стояла у распахнутого окна в одних туфлях и трусиках - и не торопясь застегивала лифчик. Я знала, что и без шмоток выгляжу - будьте-нате, и была уверена, что он сейчас с меня глаз не сводит. Но если с вечера во мне к мужикам еще что-то шевелится, то к утру уже все до лампочки. И моя неторопливость - просто результат привычки....
Попав за границу своей искореженной и изгаженной родины, наш интеллигент с необычайной, всепрощенческой силой пронзается таким высоким градусом сентиментального патриотизма, что вытравить из него это прекрасное заблуждение, наверное, невозможно до смерти.
«Русские на Мариенплац» – трогательная лиричная повесть о русских эмигрантах, волею судьбы оказавшихся в Германии.
Читайте! Перечитывайте! Наслаждайтесь!
– Спасибо, товарищ полковник. Я коньяк не пью.
Он даже дымом поперхнулся:
– А ты почем знаешь, что у меня коньяк?!
Я даже обиделся. Пожал плечами и говорю:
– Что же я – пальцем деланный, товарищ полковник?
А он посмотрел на меня так задумчиво и говорит:
– Да, нет… Тебя хорошо сделали. Как надо… Вот поэтому-то я и хочу тебе поручить одно важное и совершенно секретное задание.
«Русские на Мариенплац» – трогательная лиричная повесть о русских эмигрантах, волею судьбы оказавшихся в Германии.
Читайте! Перечитывайте! Наслаждайтесь!
– Говорят, вы, товарищ старший сержант, там в ремзоне нашего товарища прапорщика повесили!..
А у самого рожа веселая, прямо счастьем светится. Ну, не может человек сдержать радости.
«Русские на Мариенплац» – трогательная лиричная повесть о русских эмигрантах, волею судьбы оказавшихся в Германии.
Читайте! Перечитывайте! Наслаждайтесь!