Все! Счастье переполнило меня, ударило в голову, отдалось болью, и я шлепнулась в обморок.
– Зачем же она туда пошла? Ведь всякому ясно – там героине грозит опасность, а она… У-у-у… глупая курица!
-Вы что, обиделись? - обеспокоенно спросил следующий в очереди эльф.
-Нет, я за топором, - мрачно заметила я, уходя.
-А как же мы? - послышалось вслед.
- Я вернусь, - "успокоила" мужчину.
– Но есть же истории про Золушку. Говорят, эта сказка имеет разные трактовки. Для детей – благородную – и для взрослых – где эта девушка являлась сущей ведьмой. Она была готова на любые хитрости и беспардонности ради своей цели. К примеру, быть незванной гостьей.
– Вы намекаете на меня? – спросила мисс Ганс.
– Вы очень необычно выглядите для историка, – бросила на меня взгляд мисс Ганс.
Хамим?
– Вы знаете много историков? – вскинула я брови.
– Никто из нас не верит в привидения, а тем более в фениксов. Не так ли, милорд? – покосилась я на герцога с улыбкой.
– Конечно. И может, очень даже зря, Аманда? Моя мама часто говорила, что бабушка, ее свекровь, даже после смерти тщательно следила за личной жизнью хозяев замка, и, если претендентка в супруги герцога ее не устраивала, она ночью душила ее в постели. Возможно, поэтому я не женат?
Как я и предполагала, Ганс заблудилась. Герцог, как только узнал об этом, сразу слег с приступом мигрени, а я потерялась в библиотеке среди легенд и сказок этой местности. Важное историческое изыскание!
– Тут есть и «Нюрнбергская дева», и «Кресло иудеев», и многое другое. Ваши предки занимались пытками?
– Да, один из младших братьев моего предка. Но семья не поддержала его… инициативы.
– Люди, которые использовали такие методы дознания, были очень жестоки. Я рада, что ваш род придерживался других взглядов относительно них.
– А кто совсем недавно хотел испытать эти штуковины? – с улыбкой прищурился герцог.
– Я же гипотетически и не на людях! – возмутилась я. – Человек сразу умрет от такого.
– Вы не правы, мисс Грей, сначала они долго кричат и часто сходят с ума от боли и лишь затем умирают.
- Если вас это так напрягает, почему бы не сделать пластическую операцию?
– Не поможет. К тому же я хочу, чтобы меня принимали даже таким. Полагаете, пустая блажь?
– Сложно сказать. Смотря что для человека важно. Кому-то важны внешность и деньги, кто-то ценит душевные качества и деньги… Всегда можно найти варианты.
– А без денег никак?
– С моей точки зрения, никак. Я материалистка и совсем не романтик.
– Интервью дадите? – решила не останавливаться я на достигнутом.
– Нет.
Ответ был категоричным и обжалованию не подлежал. Жаль. Но позже я попытаюсь снова.
– Тогда ладно. Хотя, конечно, это будет огромной потерей для истории, – заметила я.
– Надеюсь, она это переживет, – хмыкнул его светлость.
– Если хотите, можете подойти и поковырять каменную кладку.
Я смутилась, но отказываться не собиралась.
– Спасибо, поковыряю в другой раз.
Было видно, герцог едва сдерживался от смеха.
– И вы студентка Гари Олдмонда?
По его изуродованному лицу было трудно понять какие-либо эмоции, но несложно догадаться, почему хозяин дома во мне сомневается.
Осмотрев свою одежду, я откашлялась:
– Да, его аспирантка. И иногда я ношу очки, – призналась, отбросив попытки найти в себе хоть что-то, соответствующее канонам книжного червя, увлекающегося историей.
Неформалы – это не просто юношеский бунт против общества. Это разрыв рамок, противопоставление себя предпочтению большинства людей. Мы отрицаем бывший опыт поколений, как во вкусах, так и во внешнем виде. Это я еще сняла все свои железные штучки.
Так случается, что пути людей пересекаются, а потом расходятся. Так устроена жизнь. И кто мы такие, чтобы с ней спорить?
– Что я вижу! Он разрешил нам встретиться? – округлил глаза оборотень.
Тоже мне насмешник.
– Совсем немного. Ты злишь Дениса.
– Еще бы! Я счастлив, что вообще жив до сих пор!
Все, что ни происходит, делает нас сильнее.
Если судьба подсовывает вам лимоны, сделайте себе лимонад.
Но невозможно, не рискуя, двигаться вперед. Иногда мы должны делать то, что должны. Вот и весь выбор.
Просто рассуждать и решать, если это не касается тебя. Иногда нужна помощь или толчок, который заставит тебя иначе посмотреть на проблему.
– Ну вот почему именно я? Так же хорошо жила. А теперь декрет впереди замаячил. А может, я не готова!
– Не переживай. Друзей в беде не бросают. Ты будешь ему папой, я мамой. Вырастим, – посмеивалась Сашка.
– Кошмар какой…
– Тоже мне привереда. Растить ребенка одной нелегко. Еще попросишь меня посидеть, – заметила подруга.
Денег на шопинг у меня особо не было, фильм оказался про маньяка, и мы с Сашей его не досмотрели, у самой жизнь словно триллер. Поэтому было решено отправиться на этаж кафешек и заесть свою нелегкую долю фастфудом.
– Хоспади! Почему не могли нанять никого нормального? Когда мы давали объявление, там было написано: ответственная, со знанием языков и компьютера. А это что?
– Совсем сума сошла? Кто ж к нам пойдет за такую зарплату, да еще с такими требованиями?
Он был простым прямолинейным парнем, иногда не знавшим, когда надо закрыть рот или принять верное решение.
– Пойдем пешком, а? Если мы третий раз за неделю опоздаем, шеф нас убьет и реанимация не доедет, – заныла я.
– На улице снег и собачий холод, а в машине удобно и тепло.
– Это давно уже не машина, – пробормотала я и поежилась.
– Сейчас она услышит и обидится на тебя, – шикнула на меня Саша.
Думаешь, я не знаю о том, что альфа пытается сподвигнуть тебя приворожить меня? Или о том, что у тебя уже есть пара? Которая, кстати, всеми фибрами души ненавидит меня. А у меня от такого негатива, между прочем, карма портится.