Да, с некоторых пор за мной закрепилось звание железной стервы. Что характер не сахар, я предупреждала заранее и убедительно всем рекомендовала не ссориться со мной. Те, кто внял совету, величали железной деррой, остальные же… пока сохраняли нейтралитет, но при этом стали проявлять заметно больше уважения моему мужу. Не все, но я собиралась это исправить. Воины как никто должны понимать, что сила — это не только внешнее проявление превосходства, но и внутренний стержень. А также умение повелевать и находить выход из сложных ситуаций. Тем же, кто не сможет этого осознать, придется сильно обжечься.
— Девка…
— Арвар, ты забываешься, — ледяным тоном осадил сотника супруг.
Я же, довольно улыбнувшись, прижалась к боку Киана и потерлась головой о плечо. Правильно, хороший мой. Пусть все знают, что мы не позволим обижать друг друга. Уважение — главная составляющая в любом союзе и обществе в целом. Между нами оно есть.
— Не стоит жалеть об ушедших. Мир Теней принял их души, а боги направят и подарят новую жизнь.
Первым моим порывом было наброситься на наглеца с кулаками, но я сдержалась. Не пристало леди вести себя столь агрессивно. Леди мстят изящно, добавляя в коктейль отмщения немного ожидания и невероятный привкус обещания страшной расплаты. А чтобы этот напиток запомнился надолго, необходимо было собрать дополнительную информацию.
Потом была сдача… Еще тычок… В итоге разнимать нас прибежал весь лагерь. И пускай я леди из высшей аристократии, но драться всегда умела и любила. Да и Вася, при наличии братьев и сестер, кулаками махала знатно. Стоит ли в таком случае упоминать, что нашим миротворцам тоже досталось? Так сами виноваты!
— Спящая красавица, тебя целовать или сам проснешься? — проговорила я, склоняясь к Гарану и дергая его за ухо.
— Звучит как угроза, — сонно пробормотал парень, щуря необычно светлые, почти до белизны, глаза.
— Зато как действенно!
— Вот так и трать свои силы на всяких неблагодарных девиц!
— Неправда, я благодарная! Причем настолько, что принесла бутерброды. Но если ты считаешь иначе, могу все съесть сама.
— Женщина, откуда в тебе столько жестокости? — иронично произнес лекарь и резво соскочил с койки, помчавшись к столику с едой.
— На что будем жаловаться? — по-доброму спросил Гаран, взяв меня за руку.
— На жизнь. Есть лекарство от этой напасти?
— С этим не ко мне. Я могу прописать только волшебный подзатыльник, чтобы выбил из головы всякие глупости!
— Нельзя меня бить, я и так покалеченная. — Я приложила ладонь ко лбу, как бы проверяя, что голова еще на месте.
— Ох, проказница, подбиваешь старика на авантюры!
— Магистр, а четыре любовницы знают, что вы старик? — хмыкнула я и легко увернулась от маленькой молнии. — Вот и нечего прибедняться! Вперед за знаниями!
— Ох, Радушка, когда-нибудь твоя тяга к знаниям сыграет с нами злую шутку.
— Зато какой жизненный опыт! — улыбнулась я и, взяв мужчину за руку, потащила в сторону полигона.
— Дорогой, это не то, о чем ты подумал!
— А о чем я подумал?
— Не знаю, но явно не о том, – усмехнулась я.
— На краткий миг мне показалось, что одна Изгоняющая, не дожидаясь меня, решила разобраться с демоном, убившим даргарийца голыми руками.
— Я же сказала, что не о том! Я соблазняла совершенно незнакомого графа, чтобы немного подзаработать.
— Дорогой, это не то, о чем ты подумал!
— А о чем я подумал?
— Не знаю, но явно не о том, – усмехнулась я.
— На краткий миг мне показалось, что одна Изгоняющая, не дожидаясь меня, решила разобраться с демоном, убившим даргарийца голыми руками.
— Я же сказала, что не о том! Я соблазняла совершенно незнакомого графа, чтобы немного подзаработать.
— Моя! — с трудом прервав поцелуй, хрипло прошептало мое синеглазое наваждение.— Мой? — игриво поинтересовалась я в ответ.— Твой…— А доказательства?— А какие нужны? — с любопытством спросил тар, очерчивая пальцем контур моих губ.— Рука, сердце и роспись в брачных документах.— А как я смогу без руки и сердца расписаться? Вы нелогичны и непоследовательны, лия.— А вы возмутительны!— Но логичен.— Нахальны!— Но мил.— Бессовестны!— И очень… очень коварен!
- Надеюсь, до Коша наконец-то дойдет, что к чему...
- Знаешь, если все же не дойдет, советую воспользоваться советом матушки. В крайнем случае, если перестараешься и ударишь чересчур сильно, всегда можно замумифицировать или сделать чучелко. Прекрасный принц же с дохлой Белоснежкой целовался!
– Вот представьте, занесло меня в какое-нибудь Средневековье, где нет даже банального туалета. И что мне там делать? Ходить в обнимку с расписным горшком и им же отбиваться от озабоченных мужиков?
– А с чего ты взяла, что на тебя кто-то польстится? – не смог удержаться от подкола Кобелюка, которого пора уже переводить в разряд «врагов номер один».
– Ты прав! Если рядом будет твоя смазливая мордашка и аппетитная попка, меня точно не тронут.
– Ты это сейчас на что намекаешь? – угрожающе прошипел Дарий.
– Изя, можешь больше не опасаться за здоровье брата. Последние мозги были выбиты еще до тебя.
– Машуля, перестань его дразнить! – Друг покачал головой, однако скрыть улыбку ему не удалось.
– Вот когда он от меня отстанет, тогда и я перестану!
– Скорее матрешка на лыжи встанет! – тут же отозвался «враг номер один».
– Ага, и русалка ноги раздвинет, – поддакнула я.
Мы просто так не сдаемся! Несмотря на то что гормоны откровенно матерят хозяйку, бабочки в животе начали третью мировую, а головной мозг вообще в шоке.
– Изя, стукни его чем-нибудь, пожалуйста, – глядя на Дария, попросила я.
– Если я его снова стукну, то выбью остатки серого вещества, а оно ему еще понадобится.
– Этой злыдне уже ничего не поможет.
– Повторяю еще раз, все помнят легенду?
– Слышь, пакетик, не шурши. Возьми расческу и чеши! – продекламировала я, продолжая шагать.
– Что? – От удивления Дарий даже споткнулся.
– Вперед чеши, говорю! Сам сказал, что до девяти мы должны уже быть на месте!
– А не фиг козлом быть! – припечатала Гидра хором.
– Я дракон! – снова возмутился Горыныч.
– Значит, в роду кто-то налево сходил. Или ветром надуло… – мило улыбнулась я, хлопая глазками.
– Неправда! У меня прекрасная родословная дворянского происхождения!
– Да ну?
И все-таки странная теория про "любовь ушами". По ней выходит, что все девушки должны быть чебурашками...
Раз, два, три, четыре, пять — Щас я буду убивать. И чем больше мне мешают, Тем мне больше зарывать!
Гром, грянувший среди ясного неба, довел до нервного тика все почетное собрание. Самые слабенькие грохнулись в обморок. Причем грохались исключительно мужики и на руки своим дамам.
- Ну, как самочувствие? - заботливо поинтересовался клыкастик.
- Как у поезда, заляпавшегося Анной Карениной. Вроде и по фиг, но некий дискомфорт присутствует.
Работа преподавателя подобна работе святой инквизиции - сначала проповеди, проповеди, а потом - пытки и казни.
Работа преподавателя подобна работе святой инквизиции - сначала проповеди, проповеди, а потом - пытки и казни.
Силу, что мы способны создавать в круге, невозможно описать каким-то одним словом. Эта энергия не имела определения, степени или принадлежности к одной из стихий. Она была чистой, концентрированной и такой пластичной. Позволяла играть с собою, ластилась к нам подобно котенку, но при этом являлась смертоносной для врагов.
— Рада, в чем дело? — обеспокоенно спросил вмиг оказавшийся рядом муж, накрывая своими огромными ладонями мой пока еще плоский живот.
— Сейчас будет скандал, — прошептала я и повернулась к собравшимся. — Ну вот мы и нашли, кому подчиняются сущности. Я пошла?
— Сразу, как только пояснишь, кто этот мужчина и почему он позволяет себе столь фривольное поведение, — отозвалась мамочка, поддерживаемая наставницами и подругами — Ёжками.
— Ну… — протянула я, думая, как лучше представить супруга.
— Этот доблестный воин — Киан Лиркан. Тысячник армии сидхаев, правая рука Владыки, лучший воин Сид-Ахая и муж этой девушки, — ответил за меня Диран, стоя в окружении своих воинов.
— А еще отец ее будущего ребенка! — счел необходимым добавить Гаран.
— Троих! — последний гвоздь в крышку моего гроба все-таки загнал Рокхар. И кто бы сомневался, что рано или поздно именно он меня доконает!
Ох, что тут началось…