Стаей волков можно управлять только если с ними гнилые кости обгладывал и добычу валил. Сам валил и делился со своими. Чистеньких вожаками не выбирают, Ворон. Сам знаешь.
Настоящая власть не может быть дана, она может быть взята...
Не важно в какой стране мира ты находишься - решать дела всегда будут деньги и связи, вернее, количество первых и качество вторых.
..потому что насилие - это страшно. Это хуже убийства. Это изменение психики навсегда. После него ты становишься другим человеком.
Я верила людям, верила в людей и хотела мира во всем мире. Таких, как я, жизнь обычно топит в первом же болоте и выжигает все иллюзии волдырями самых нелепых и болезненных ошибок. До шрамов. Чтоб запомнила. Навсегда. Жизнь не любит наивных и слабых, она, как и любая жестокая, хищная тварь, чувствует жертву и тут же ставит на колени, тыкает лицом в грязь. И ты либо ломаешься окончательно, либо чему-то учишься.
..это заблуждение считать, что месть может утолить твое отчаяние. Она - просто орудие в руках нашего бессилия перед невозможностью повернуть время вспять.
Всегда помни, что толпа, рукоплещущая твоей коронации - та же толпа, которая будет рукоплескать твоему обезглавливанию. Люди любят шоу. ( Терри Пратчетт)
Это неписаный закон. Если принимать подарки от мужчины, то рано или поздно за них приходиться расплачиваться
Сны не должны сбываться, они должны оставаться снами, а не становится ужасающей реальностью , способной взорвать мозг и свести с ума
У СЛОВ НЕ БЫВАЕТ СРОКА ДАВНОСТИ. ОНИ ВРЕЗАЮТСЯ В НАШУ ПАМЯТЬ И ПУСКАЮТ ТАМ КОРНИ НАВЕЧНО.
Самое трудное - это выкинуть что то из головы. Практически невозможно.
Самое трудное - это выкинуть что то из головы. Практически невозможно.
Все же единственная женщина, ради которой стоит рисковать, носит имя власть
Больно. Иногда делать правильные вещи невыносимо больно.
она погибла. Нет больше ее. Моей девочки больше нет! Ее нет… а мы живые. Ее нет, а мы есть. Я жила и не знала, что ее больше нет. Как я могла жить…как я могла дышать и не чувствовать, что ее больше нет? Я должна была умереть вместе с ней…
В сам вирус внесены молекулы ДНК Советника и его родного брата. Это значит, что на них меты напасть не могут. Теоретически. Проведены опыты и проверки, и все они показали, что меты принимают их за своих и не бросаются, чтобы утолить свой голод.
– К чему мне знать, как подействовал вирус на императорскую семью?
– Дед! Я ее дед! – голос Императора железный и очень тяжелый по звучанию, давит на барабанные перепонки властной тяжестью, – Вот почему тебя до сих пор не расстреляли за твою наглую дерзость. И вот почему тебя привезли ко мне домой, и вот почему все твои требования будут исполнены. Наследнику короны Свободной Республики никто не посмеет отказать – даже родной отец.
– Как вы допустили чтоб с ним такое произошло? Я отправил его на остров, чтобы ни одна тварь не смогла достать его там. Я сделал все, чтобы он остался в живых. Как вы не досмотрели, Андерс? Я пожертвовал ради него всеми людьми Сопротивления! И позволил ему считать себя врагом Свободной Республики!
Иногда родственники становятся самыми лучшими палачами. Люди - глупцы, если считают, что кровная связь пробуждает какие то особые чувства или дикую любовь. Иногда даже наоборот - могут вызывать едкую ненависть. Никто не обязан кого то любить лишь потому, что у них одна фамилия и похожий набор молекул ДНК.
Как часто мы ищем самые нелепые оправдания тем, кого любим, пытаясь всячески сгладить их вину перед нами только для того, чтобы иметь личное право любить их дальше и не презирать себя за это.
Она потеряла любовь, но обрела себя. Или это была ещё одна иллюзия?
Иногда любовь — это не удержать, а отпустить.
Потеря любви — это не конец. Это начало другой версии тебя.
...проклятие – это любить того, кто любить не умеет, и кому чувства эти понятны никогда не будут.