Уверены, что знаете, кто живет с вами по соседству?
Таисия провела все детство с бабушкой, поэтому отлично помнила всех ее соседей. Дядю Гришу, который чихал ровно пять раз; его жену Валю с вечными бигуди; молчаливую Сусанну, угощавшую блинами; Лениного мужа, часами отмокавшего в ванной, пока его жена готовила ужин. И племянника бабушки, рыскающего в поисках мелочи по комодам.
Но когда Тася выросла, оказалось, что этих людей помнят только она и ее брат. Остальные уверены: таких соседей никогда не было.
Все можно было бы списать на детское воображение – если бы не странный ящик с куклами, подброшенный к ее двери. Куклы с лицами, до ужаса знакомыми…
И вообще путешествия во сне по времени и пространству, посещение каких-то определенных мест с узнаванием происходящего там в режиме реального времени, сновидения провидческие и предсказательные — не называются осознанным сном. Осознанное сновидение совершенно не про это.
К примеру, тут были малярийные комары, мухи цеце, тараканы и крысы, грязная вода и смог. Как в одном городе, в одном районе могли уживаться такие кошмары, вообще не пересекаясь, бабушку не волновало. Она это точно знала, и ей не требовалось даже сталкиваться с вышеперечисленными ужасами, чтобы убедиться в своей правоте.
«Ты же уже взрослая девочка!»
Эта фраза никогда не бывает похвалой и не подтверждает твои достижения. После слов «ты уже большая девочка» немедленно следует что-то неприятное, какое-то невыгодное, обременяющее, ущемляющее, тяготящее тебя поручение. Ты сразу что-то должна: понимать, перестать, принять, потерпеть, забыть, отдать.
Хочется уцепиться, удержать что-то постоянно ускользающее, чтобы сохранилось так, как есть сейчас, и больше не изменялось.
Страшно мне теперь, когда я с этим один на один, когда уже не могу, как в детстве, при первом же ощущении дискомфорта из-за нарушения логики попросту игнорировать реальное положение вещей: ведь пространство не может растягиваться, а живые не могут быть одновременно мертвыми, и наоборот.