Свадьба с риском для жизни, или Невеста из коробки

– Если я стану мешать ему работать, он меня и в самом деле прогонит! Дур, которые лезут в их дела, мужчины быстро бросают.
– Ха! – воскликнула Мила. – Какое отвратительное заблуждение! Бросают как раз тех, которые никуда не лезут. Тех, которые входят в положение, заботятся, стараются угодить. Ценить себя очень высоко и постоянно напоминать мужчине, какое счастье заполучить столь уникальный экспонат, – вот единственный путь к его не слишком чувствительному сердцу.

– Вижу, встречи с Ореховым действуют на тебя самым удручающим образом. Надо положить им конец!
– Он и положил. Ты не забыла? Мы расстались. И теперь, кроме денег, нам больше не о чем разговаривать.
– Дорогая, но ведь разговор о деньгах – самый важный разговор для женщины! – удивилась Ольга.

– Милиция не в силах заслонить собой всех беззащитных граждан, – выкрутилась Мила. – Поэтому меня должен защитить ты. Не забыл, что у тебя все еще стоит штамп в паспорте? Или ты его уже соскоблил, чтобы порадовать свою кобылу?
– Не называй ее так! – резко бросил Орехов и, вскочив с места, принялся расхаживать по кабинету. – Если я полюбил другую женщину, значит, она лучше, а не хуже тебя.
Это была любопытная трактовка ситуации, хотя, на взгляд Милы, в ней тоже присутствовали изъяны. Когда Орехов поднялся, Мила с неудовольствием заметила, что он здорово постройнел. «Молодеет мне назло. В то время как я каждый вечер борюсь с гастрономическими искушениями, он изгоняет из себя жир при помощи молодой любовницы».

– Как ты можешь писать свои карамельные рассказы и до такой степени презирать мужчин?
– А что, прикажешь ими восхищаться?
– У тебя ведь двадцатилетний сын! – всплеснула руками Ольга.
– Это святое. Надеюсь, он будет не таким козлом, как все остальные.

– В меня стреляли. Дважды. У этого типа на голове были колготки. Теперь я не знаю, как мне жить дальше.
– Вопрос поставлен некорректно. Как жить, ты знаешь. Ты не знаешь, что сделать, чтобы не умереть.