Ишервуд Кристофер - Одинокий мужчина

Одинокий мужчина

1 хочет прочитать 10 рецензий
Чтобы добавить книгу в свою библиотеку либо оставить отзыв, нужно сначала войти на сайт.

Роман «Одинокий мужчина», впервые опубликованный в 1964 году и экранизированный в 2009-м Томом Фордом (с Колином Фертом в главной роли), – одно из самых известных произведений Ишервуда.

Один день из жизни немолодого университетского профессора, недавно потерявшего самого близкого человека и теперь не знающего, как и зачем жить дальше.

Он постоянно окружен людьми – людьми, которые, пожалуй, даже любят его и уж точно стараются понять и поддержать. Но их благие намерения лишь заставляют его сильнее чувствовать свое абсолютное одиночество.

Лучшая рецензияпоказать все
Clickosoftsky написал(а) рецензию на книгу
Оценка:

Здравствуйте. Нет-нет, сидите.
Простите, спойлерофобы в аудитории есть?.. Зачётки на стол — и до свидания, с вами встретимся в следующий раз. Спасибо.
Далее. Гомофобы есть? То же самое. Нет. Нет. Да, до следующего раза, спасибо за понимание, до свидания.
Молодой человек! Да, вы… Как, простите? Хорошо, я запомню… Дверь, пожалуйста, если вам не трудно… Спасибо.
Ну вот, а с остальными поговорим.


подкат

Одиночество. Отчаяние. Два «О», как два бледно-голубых глаза, холодно следят за нами с этих страниц. Ишервуд сродни Набокову — и не в воспевании предосудительной страсти, а в том, что она — лишь видимая и понятная даже посторонним и равнодушным причина отсечённости героев от «нормального» мира. Они туда, впрочем, не особо стремятся: разве в нём счастье?
Для Джорджа мир без Джима — и не мир вовсе, а бесконечное болезненное напоминание о том, что было, и о том, чего уже никогда не будет.

Много лет назад, еще до Джима…

Джима ему не заменит никто — ни Кенни, ни Шарлотта, ни Англия. И жизнь в невосполнимом одиночестве превращается в этакий День сурка наоборот, когда одного дня достаточно, чтобы представить себе все остальные. Нет уж, лучше не надо.
Кенни прекрасен, как Купидон, и так же жесток и слеп. Мне кажется, он только пробует свою силу, легкомысленно оттачивает зубки, чтобы со временем превратиться в настоящего хищника, из божка любви — в её демона.
Шарлотта — воплощение нелепости и никчёмности, так и не научившаяся жить со своим одиночеством, думает, что от каких-то перемен жизнь и впрямь изменится. Оставь тщету, Чарли, с этим уже ничего не поделаешь.
Англия же, истаивая в тумане времени, помаленьку превращается в классическую сказку, в которую Джордж и сам уже почти не верит. Поэтому очень верно, что действие этого «однодневного романа» происходит в Америке, сияющей равнодушной дежурной улыбкой, keep smile, какого чёрта, да не пошли бы вы все.
И всё это — в то время, когда страна рыла бункеры и скупала рис и бобы, когда у истории появилась видимая граница, когда в сознании крепла убеждённость в том, что любой день может оказаться последним.
Наступает время третьего глаза, пока закрытого — «С». Смерть — не трагедия, не вынужденное решение, она — Coup de Grace для Джорджа, которому больно, слишком больно и дальше идти по жизни с любезной, рассеянной, ничего не значащей улыбкой — одному, навсегда одному.
Может, это и есть счастье, Джордж: так и не узнать о своей смерти?..

Спасибо. К следующему разу… А впрочем, не надо. Все свободны.

commeavant , спасибо за рецензию и за ссылку на перевод

Доступен ознакомительный фрагмент

Скачать fb2 Скачать epub Скачать полную версию

1 читателей
0 отзывов
Clickosoftsky написал(а) рецензию на книгу
Оценка:

Здравствуйте. Нет-нет, сидите.
Простите, спойлерофобы в аудитории есть?.. Зачётки на стол — и до свидания, с вами встретимся в следующий раз. Спасибо.
Далее. Гомофобы есть? То же самое. Нет. Нет. Да, до следующего раза, спасибо за понимание, до свидания.
Молодой человек! Да, вы… Как, простите? Хорошо, я запомню… Дверь, пожалуйста, если вам не трудно… Спасибо.
Ну вот, а с остальными поговорим.


подкат

Одиночество. Отчаяние. Два «О», как два бледно-голубых глаза, холодно следят за нами с этих страниц. Ишервуд сродни Набокову — и не в воспевании предосудительной страсти, а в том, что она — лишь видимая и понятная даже посторонним и равнодушным причина отсечённости героев от «нормального» мира. Они туда, впрочем, не особо стремятся: разве в нём счастье?
Для Джорджа мир без Джима — и не мир вовсе, а бесконечное болезненное напоминание о том, что было, и о том, чего уже никогда не будет.

Много лет назад, еще до Джима…

Джима ему не заменит никто — ни Кенни, ни Шарлотта, ни Англия. И жизнь в невосполнимом одиночестве превращается в этакий День сурка наоборот, когда одного дня достаточно, чтобы представить себе все остальные. Нет уж, лучше не надо.
Кенни прекрасен, как Купидон, и так же жесток и слеп. Мне кажется, он только пробует свою силу, легкомысленно оттачивает зубки, чтобы со временем превратиться в настоящего хищника, из божка любви — в её демона.
Шарлотта — воплощение нелепости и никчёмности, так и не научившаяся жить со своим одиночеством, думает, что от каких-то перемен жизнь и впрямь изменится. Оставь тщету, Чарли, с этим уже ничего не поделаешь.
Англия же, истаивая в тумане времени, помаленьку превращается в классическую сказку, в которую Джордж и сам уже почти не верит. Поэтому очень верно, что действие этого «однодневного романа» происходит в Америке, сияющей равнодушной дежурной улыбкой, keep smile, какого чёрта, да не пошли бы вы все.
И всё это — в то время, когда страна рыла бункеры и скупала рис и бобы, когда у истории появилась видимая граница, когда в сознании крепла убеждённость в том, что любой день может оказаться последним.
Наступает время третьего глаза, пока закрытого — «С». Смерть — не трагедия, не вынужденное решение, она — Coup de Grace для Джорджа, которому больно, слишком больно и дальше идти по жизни с любезной, рассеянной, ничего не значащей улыбкой — одному, навсегда одному.
Может, это и есть счастье, Джордж: так и не узнать о своей смерти?..

Спасибо. К следующему разу… А впрочем, не надо. Все свободны.

commeavant , спасибо за рецензию и за ссылку на перевод

commeavant написал(а) рецензию на книгу
Оценка:

Вероятно, изданию этого романа в России мог помешать только тот шокирующий факт, что Джордж не хотел совершать самоубийства. Иначе чем еще объяснить практически преступную по отношению к российским читателям бездеятельность и нежелание заработать на переводе классики американской литературы, к тому же великолепно экранизированной?

Да, Джордж не изъявлял никакого явного желания свести счеты с жизнью. (Конечно, можно было бы постараться и усмотреть о том между строк, но это уже остается на совести читателя и Тома Форда.) Спустя несколько месяцев после смерти Джима, Джордж всё ещё поднимается каждое утро (или скорее заставляет себя подняться, заставляет "это тело" стать "Джорджем"), ездит в университет читать лекции, ненавидит соседей и их детей, иногда выпивает с приятельницей, читает, пьёт кофе, плавает в море. Правда, делает он это внешне и чисто механически, не придавая, по сути, особого значения ежедневным ритуалам. Соблюдает установившийся распорядок по привычке или колоссальным усисилием воли, чтобы отвлечь себя, избавить от ежеминутных мыслей о Джиме, от засевших в голове воспоминаний многолетней давности: об их знакомстве, покупке дома, совместных поездках по стране, чтении вечером на диване, скрестив ноги - каждый своё - и лежащих рядом собаках. Идиллия одной конкретной семьи. До тех пор, пока Джим не попал в аварию и не умер - как хотелось бы думать Джорджу, сразу и без мучений. Внезапная и беспричинная смерть близкого человека порождает в душе черную дыру, как будто кусок мира подцепили пригоршней и изъяли из пространства. Ежедневными ритуалами Джордж отвлекал себя от мыслей об этой дыре, в то же время пытаясь её хоть как-то заполнить и замаскировать саморазвитием или хотя бы видимостью движения вперёд. He is continually starting these self-improvement projects; sometimes it’s memory-training, sometimes a new diet, sometimes just a vow to read some unreadable Hundredth Best Book. He seldom perseveres in any of them for long. Читать книги, не вникая в их смысл и не споря с автором. Запоминать машины каждого из своих студентов. Вглядываться в лица людей, пытаясь понять, что они делали сегодня утром. В своей абсолютности бесполезные занятия, они, тем не менее, позволяют удержаться Джорджу на плаву жизни. В ином случае он, возможно, и стал бы задумываться о самоубийстве.

В романе много интересных монологов Джорджа, через которые Ишервуд доносит свои собственные мысли: о проблемах любого меньшинства, о фашизмe, об американской мечте и американском быте. Будучи по рождению англичанином, Ишервуд принял американское гражданство и стал, фактически, американским писателем. Интересно, что именно Европейца он называет материалистом с привязанностью к конкретным камням, полотнам и формам своей истории, своих городов. В то время как Американец изымает из реальности конкретную комнату с её уютной обстановкой, создаёт из неё умозрительный символ Комнаты и воплощает его, например, в везде одинаковом Американском Мотеле. Essentially, we're creatures of spirit. Our life is all in the mind. That's why we're completely at home with symbols like the American Motel-Room. Whereas the European has a horror of symbols because he's such a grovelling little materialist.

Роман, безусловно, выдающийся: прекрасный язык, личная драма, наблюдения за людьми и небанальные рассуждения. Конечно, чего лукавить, мы знаем причину неиздания его в России, и оттого обиднее становится за читателей.

(Имеется неофициальный перевод романа)

Lucretia написал(а) рецензию на книгу
Оценка:

Зачем вообще мы живем? Сортировать своих ближних по каталогам, как туристы в художественных галереях? Или все же обрести способность чувствовать некие знаки, сигналы себе подобных, пока не поздно? Ответьте мне!



Да уж, мистер Ишервуд умеет удивлять. Похлеще модного портного который решил однажды экранизировать эту повесть.

И вовсе книга не о гомосексуалистах, она о меньшинствах вообще. О том, что люди - это люди, хомо сапиенсы. Об отношениях внутри общества, на работе, в семье. Все мы разные и если каждого отделять по "меньшинству"...Люди любят делать себе проблемы там где их нет.

Вот Лоис - подруга Кенни, в фильме этого нет, но в книге она азиатка, из Японии, но родилась в США, а после Перл-Харбора сами представляете отношение американцев к японцам. Хотя какое отношение имеет студентка к Перл-Харбору?

Пока читала, думала, что люди похожи на магниты - одни к другим накрепко присоединяются, а иногда сколько не держи - отскочат. Вот Шарлотта, сколько не держалась в семье, сколько ни старалась как лучше - отскочила сначала из Англии, потом оказалась одна и в Америке.
А в Америке полно правильных семейных американцев, которые бояться бомб из СССР и воспитывают юных потребителей американских товаров и услуг по последней книжке детского психолога, они пьют коктейли и устраивают праздники. А дети играют в футбол и теннис, и уже в этих играх намечается их жизеннные победы и поражения.

И нет никакого желания самоубийства - потому что есть человек, где-нибудь, которому ты нужен.

readernumbertwo написал(а) рецензию на книгу
Оценка:

Вся сущность одиночества в одной книге

«Одинокий мужчина» — повесть Кристофера Ишервуда, опубликованная на английском в 1964 году.

Много лет назад я посмотрела экранизацию, снятую прекрасным Томом Фордом. Фильм шикарен, произвёл на меня сильное впечатление, но книгу мне тогда читать не захотелось. Один день из жизни немолодого мужчины, у которого недавно умер партнёр — не то, во что хочется погружаться дважды.

Но я знала, что однажды прочту книгу. И вчера этот день настал.

Бэкграунд «Одинокого мужчины»

Биография Кристофера Ишервуда приковывает к себе внимание. И дело не в том, что он был открытым геем.

Я не могу универсализировать человеческий опыт. Не могу распространить какие-то утверждения на представителей всех поколений и культур. Но я едва ли ошибусь, если скажу, что современный человек европейской цивилизации (или той цивилизации, которая вобрала в себя существенные элементы европейской) живёт в разгорающемся как пожар неврозе уезжающих поездов и закрывающихся дверей. Каждые 3-5-10 лет отнимают возможности добыть себе какие-то элементы идентичности, могущие, как нам кажется, сделать нас более счастливыми.

В какой-то момент ваш биологический возраст и физическое состояние не позволят вам определить себя как родителя (по крайней мере, биологического). Однажды вы поймёте, что не успеете прочесть или посмотреть всё то, что хотели бы. Что вы не посетите какие-то города. Что вы не сможете ещё раз сменить профессиональную сферу. И так далее.

По этой причине люди всегда с жадностью выхватывают из потока событий примеры того, как человек стал известным писателем/художником/ещё кем-то после 50/60/70. Или примеры того, как кто-то встретил любовь всей жизни, достигнув некого возраста, который считается не особо способствующим налаживанию личной жизни.

Кристофер Ишервуд имел немало романов и интрижек, а потом, будучи 48-летним мужчиной, встретил 18-летнего парня и влюбился в него. История банальная. Нет ничего удивительного в том, что кому-то нравятся юные. То, что парень ответил взаимностью — тоже не очень удивляет. Да, он оказался мужчиной, которому нравятся мужчины, и вполне мог хотеть провести какое-то время с писателем. Что мы ожидаем от такой истории? Вероятно, того, что ребята позажигают пару месяцев или лет, а потом разойдутся в свои разные поколенческие миры.

Реальность оказалась иной. Отношения Дона Бакарди и Кристофера Ишервуда продлились 33 года и завершились потому, что писатель умер.

Пара познакомилась в 1953 году и в 60-х пережила кризис. Дон Бакарди хотел уйти. Именно в этот, наверняка непростой, период Кристофер Ишервуд написал «Одинокого мужчину».

О чём и как?

Любой текст — это сплав темы, выбранной автором, и тех приёмов, с помощью которых тема подаётся и раскрывается.

Хотя главный герой «Одинокого мужчины» — гей, а самого Ишервуда считали человеком, немало сделавшим своим творчеством для гей-сообщества, эта книга универсальна. Для того, чтоб узнать состояния, описанные в ней, нет необходимости испытывать сексуальное влечение к людям своего пола.

Сразу может показаться, что в книге присутствует противопоставление гетеросексуального и гомосексуального миров (контраст отношений и жизни главного героя и его соседей), но достаточно быстро становится понятным, что в ней есть скорее противопоставление мужского и женского, чем гетеросексуального и гомосексуального. На эту дихотомию накладывается взаимопроникновение старости и молодости. Последние как раз не столько противопоставляются, сколько подаются как цикличное, Уроборос, пытающийся укусить себя за хвост.

Мужское-женское

Это противопоставление двояко. С одной стороны, описывая соседей героя, автор показывает разницу жизней гетеросексуальных мужчин и женщин (первые работают, вторые занимаются детьми и домом). С другой стороны, есть женщины, вращающиеся на орбите главного героя: Дорис — бывшая любовница его умершего партнёра, Чарли — сорокапятилетняя подруга, которая жалуется на своего сына и судьбу и регулярно пытается соблазнить героя, девушка его студента, который интересует героя и в определённом смысле интересуется им.

В книге неплохо чувствуется неприязнь, которую испытывает герой к этим женщинам. Дорис и девушка студента — женщины, которые стоят на пути к желанным мужчинам и отнимают их. Чарли — это будто женский вариант самого героя. Он молодится и считает, что у него это более или менее получается. Он думает о каких-то мужчинах и не считает нужным останавливаться. Тем не менее, его, 58-летнего, явно раздражает то, что его 45-летняя подруга, будучи нетрезвой, пытается сделать некий шаг в сторону обретения личного счастья или выбирает себе какие-то наряды.

Молодость-старость

Герой живёт в районе, в котором обитает много детей. Он преподаёт литературу, что тоже приобщает его к людям намного младше него.

Сексуальные и эмоциональные порывы у героя вызывают только молодые персонажи. Но самое главное — другое. Он сам пытается визуально выглядеть моложе (что не добавляет внутренней гармонии) и ведёт себя в последней четверти книги так, что кажется себе безумным (в смысле юным и беззаботным, а не потерявшим разум). Хотя в книге герою не удаётся переспать со своим студентом, он некоторое время чувствует себя бодрым и живым. Именно потому, что обнаруживает в себе нечто такое, что ассоциируется у него с молодостью.

Хотя книга очень грустная и, конечно, эмоционально тяжёлая, смерть героя воспринимается не как завершающая точка линейного времени конкретного человека, но как воронка, затягивающая его молодость и старость в вечное. Он умирает в 58, но последнее ощущение перед смертью — ощущение задора.

В «Одиноком мужчине» много горечи. Герой не может гармонично существовать с женщинами (при этом после смерти партнёра он приходит именно к подруге и потом уничижительно обозначает это как «превратить наш союз в повод подтирать слёзы бабской юбкой»), он не может быть в ладах со студентами (он может испытывать влечение к ним и даже фантазировать о встречном интересе, но думает, что они ничем не интересуются и не способны взять тот бриллиант, который он им дёшево отдаёт), не может примириться с коллегами (они кажутся ему людьми, которые не способны наслаждаться своей преподавательской работой и мечтают заняться более выгодными в финансовом смысле делами). Естественно, он не в ладах с гетеросексуальными соседями (они весьма гомофобны, хотя и стараются соблюдать приличия в общении с соседом и даже зовут его в гости). И хотя Ишервуд не говорит о том, что герою «Одинокого мужчины» не нравится в США, он не даёт читателю забыть, что этот герой — англичанин.

Книга неслучайно называется «Одинокий мужчина», а не «Одинокий гей». То, что переживает герой, не является чем-то специфически гомосексуальным. В книге нет акцента на том, что жизнь гетеросексуалов легче и веселее, если брать некий экзистенциальный срез.

Тоска главного героя возникает из ощущения того, что жизнь неумолима — она завершается. При этом жить — это не просто состояние, когда человек дышит и у него бьётся сердце. Жить — это хотеть. По сути, последнее, что ещё хочет главный герой — чужое тело.

Ужас ситуации заключается в том, что у читателя нет шансов обмануться. Мы не можем принять главного героя за одержимого сексом сластолюбца. Да, у него есть какие-то физиологические реакции, но глубинная тоска этого человека заключается не в невозможности получить сексуальную разрядку Герой может купить мальчика, но прямо говорит, что это не представляет для него интереса. Он опасается, что больше у него нет шансов на любовь и разделённость, дверью в которые является влечение на всех уровнях.

Квинтэсссенция печали главного героя заключается не в воспоминаниях о страстных ночах, а в бытовых образах — как партнёр ночью был недоволен его храпом и мог уйти спать в другую комнату, как они вели себя в гостях, какое ощущение наполненности возникало, когда они лежали на разных кушетках гостиной и читали.

Герою 58. Он жив. Но он лишился в жизни важного, если не самого важного. И пусть он даже считает, что нормально выглядит, и пусть даже у него есть деньги, чтоб платить кому-то за секс. Пусть у него даже есть какие-то знания или опыт для того, чтоб кого-то заинтересовать. Важно то, что одиночество не обнуляется ни сексом, ни неплохим свиданием, ни модным свитером, ни наличием работы или приятелей. От момента первой встречи, при условии что будут и другие, до наслаждения спокойным вечером за чтением в гостиной общего дома проходит время. И нередко немалое.

Человек — существо, у которого есть возможность слиться с Вечным, при этом нередко нет возможности для того, чтоб испытать радость длительной близости и разделённости с Временным, то есть другим человеком. «Одинокий мужчина» — книга про переживание этого осознания.

Мои рецензии на книги в Telegram

Peppy_Femie написал(а) рецензию на книгу
Оценка:

Фильм в данном случае предпочтительнее книги. Экранизация абсолютно идеальна, все "страстные" монологи Джорджа из нее правда выдернуты, но они там и не нужны, если честно. Не киноформат. Совершенно так я себе представляла и Кенни, и Шарлотту, и Джорджа, конечно же. Ферт вообще идеально сыграл.
Правда, ненависть Ишервуда к одноэтажной Америке, к этому тупому культу потребления и безнадежным ханжам вроде миссис Спаркс и ее мужа авторы фильма тоже не посчитали нужным показывать. Вместо этого в фильме у нас просто чудесные дети и добродушная домохозяйка.

admin добавил цитату 1 неделю назад
Дешевый флирт – чушь недостойная, даже по пьянке.
admin добавил цитату 1 неделю назад
— Люди привыкли к притворной фамильярности. Будто нет никакой разницы между людьми — ну, примерно как вы объясняли это сегодня, о меньшинствах. Если мы с вами одинаковы — что мы можем дать друг другу? Зачем такая дружба?
admin добавил цитату 1 неделю назад
Зачем вообще мы живем? Сортировать своих ближних по каталогам, как туристы в художественных галереях? Или все же обрести способность чувствовать некие знаки, сигналы себе подобных, пока не поздно? Ответьте мне!
admin добавил цитату 1 неделю назад
Никто не совершенен, и никто этого не скрывает. Здесь даже знаменитые актеры не выпендриваются. Мальчики невинно обнаженными сидят рядом с семидесятилетними в парилке, и все зовут друг к друга по именам. Все не так уж красивы, и не так безобразны – следовательно, все равны. Выходит, все гораздо дружелюбнее внутри, чем вне этих стен?
admin добавил цитату 1 неделю назад
Любопытство хорошо уживается с безразличием