Каждый уважающий себя автор должен хоть раз написать о…. Впрочем, книга не про это. Книга про то, как выжить в школе магии. Да что там в школе? В мире магии!
Старшая медсестра Любовь Романовна и подумать не могла, что окажется в такой ситуации, где ей придется вообще… выживать. Но история же про любовь! Про то, что во всех мирах она одинаковая, даже если мужчины… рогатые.
Первая часть цикла.
- Ливерный набор с высоким содержанием гельминтов в организме и угнетённым серым веществом. - Диагностировала я.
По вытянувшейся и озадаченной морде парня, поняла, что с медицинским образованием бытового назначения здесь совсем беда.
- А что всё это значит? - Достаточно громко спросила Олта.
- Это значит, что он всего лишь носитель своих внутренних органов, облюбованных паразитами всех мастей и низким уровнем интеллекта. - Пояснила, обстоятельно подбирая слова.
- Тупой засранец, что ли? - Улыбнулась соседка.
Акула бы от зависти удавилась и утопилась.
Бог, он ведь большей частью в душе, а не в иконе.
Хозяйку тяжело искать, такую, чтобы по душе была. А душа у тебя светлая и сострадательная. Такую, попробуй, найди… полоумную.
На секунду я стушевалась. Стоит тут, такой большой и молодой, орет на меня маленькую и в возрасте. Но потом…. Он что, прокурор? Я же не шпионка какая-то.
— Между прочим, если долго любоваться собой в зеркале, то мозговые клетки перестают делиться и организм теряет необходимые для активной мозговой деятельности навыки.
— Тупая демонюка? — Переспросила Олта, уже начавшая привыкать к моей речи.
Демоненок развел руками, прорычал нечто нечленораздельное и…. Магистр Бирэт едва успел отскочить в сторону, как мимо него пролетел мой оппонент.
я знаю прекрасных русских женщин, которые одной скалкой могут заменить весь имеющийся в стране арсенал оружия,
Так вот, когда принца потянуло на приключения (тянет же некоторых на такое), то он отправился спасать от вымирания какой-то там лесной народ. Нет, спасал он их не увеличением рождаемости путем применения себя самого, а переселением их в более удобные условия жизни.
Оглянулась и посмотрела на здание за спиной. Типичный дворец в типичном готическом стиле. Мрачный и какой-то… аскетичный. Ведь все вензеля можно было бы отделать не камнем, а хотя бы серебром… покрасить. Ох, ладно. По чужим дворцам со своей краской не шляются.
На троне восседал рогатый сухощавый высокий мужчина с чуть раскосыми глазами и золотым венцом на голове. На монгола похож. Был. Пока не улыбнулся. Куда до него маленьким клыкам стражников. У этого весь рот — заостренные крепкие зубы в несколько рядов. Акула бы от зависти удавилась и утопилась.
По чужим дворцам со своей краской не шляются.
— Я не человек. — Покачала она головой. — Я могу быть
жестокой, кровожадной, холодной….
— Человечной, мягкой и доброй. — Перебила я ее. — Мы сами определяем, кем быть.