— Я не принадлежу тебе и никогда не буду с подобными тебе подонками, — ядовито шиплю сквозь зубы, пока глаза мужчины до холодной дрожи пронзают меня своей тьмой. В его взгляде грех и опасность. И они направлены на меня. Кожей чувствую, как липкий страх обволакивает меня, но стараюсь не подавать вида. Марк не должен знать что может меня победить.
Я боюсь его. Боюсь власти, которую он имеет надо мной. Боюсь не найти выхода из положения, в котором оказалась.
— Ты теперь моя, девочка. Нравится тебе это или нет. Чем быстрее ты это поймёшь, тем проще нам будет дальше, — в его хриплом от желания голосе звучит угроза. Я будто ощущаю её напряжённым телом, — Ты даже не представляешь что бы с тобой могло быть, если бы я не присвоил тебя себе. Твоя жизнь теперь зависит от меня, — проводит тыльной стороной ладони по моей щеке и я отворачиваюсь, выражая отвращение.
Но помимо отвращения я чувствую что-то ещё. Присутствие Марка рядом пробуждает внутри меня что-то запретное. Тёмное. Греховное.
Марк — не тот, с кем можно играть. Он привык получать всё что хочет. И с самого начала он хотел меня. Только тогда у меня была возможность избежать этого. Не допустить ситуации, в которой на карту будет поставлена моя жизнь. Но я её упустила.
И теперь у меня нет выбора. Я сама зашла слишком далеко и сейчас принадлежать ему — мой единственный выход.
И он получит меня. Любой ценой.
«Как только я делаю шаг внутрь и за моей спиной закрывается дверь, весь прошлый мир перестаёт существовать. Громкая музыка, темнота и яркие прожекторы, то и дело снующие туда‑сюда по залу, прерывистый свет стробоскопа, толпы людей, двигающихся под ритм звуков, которыми заполнено пространство».
«— Уходишь?
— Нет, девочка, так не будет».
«— Нарываюсь на секс? Я? Марк, ты пьян? Отпусти меня, чёрт возьми!»
«В воспоминаниях до сих пор ярко всплывает день, который мы провели в одном из парков города. Закончилась школа, и родители отвели нас туда, чтобы переключиться на режим лета и каникул. Это было своеобразной традицией среди многих горожан. Люди здесь любят природу, находятся в каком‑то единении с ней. И когда территорию стали активно застраивать зданиями клубов, баров и ресторанов, многие были против и даже пытались остановить процесс. Но безуспешно».
«На мне всё та же футболка Марка, но теперь я чувствую себя в ней ужасно некомфортно. Сколько ещё женщин носили её до меня? И скольким он вот так предлагал…»