Рассказ
Серая переливчатая вода стекала широкими ручьями из крупных колец волос, когда она вышла на берег. Ее тело было окутано мерцанием сумрачных зеленоватых теней; темные волны с проблесками серебряной пыли упорно не желали отпускать ее легкие ноги, не хотели отдавать ее этому воздуху, этому небу цвета голубиного крыла…
Договорной брак, ревнивец и деспот муж. Все началось как в сказке, но превратилось в кошмар. Единственной отрадой был кусок морского стекла, где отражалась красивая незнакомка — она научила призывать ветер, слушать чаек и петь ночным звездам. Постепенно жизнь снова заиграла красками. Вот только муж пообещал, что не оставит все так. И уйти от него можно лишь одним путем. И этот путь пролегает по морскому дну.
Джонни Мейплисид — странный парень, зарабатывающий себе на жизнь стрижкой газонов и выкорчевыванием сорняков. Он очень старательно и педантично выполнял свою работу. Ровно до того момента, как умер на заднем дворе. Но случилось непредвиденное — его дух не успокоился и не отправился на небеса — ровно в три часа ночи каждый божий день он запускает газонокосилку и монотонно продолжает заниматься любимым делом. Очень надоедливое приведение уже сводит с ума всех жильцов в районе. Но может быть есть...
По бескрайним равнинам, вид которых так отраден для русского человека несётся бричка. Тройка упитанных лошадей, чей вид олицетворяет золотой век дворянства и распутной помещичьей жизни бежит по дороге уходящей вдаль. Из брички мы можем услышать два голоса: сильный и повелительный и тоненький подчиняющийся отвечающий ему: -Вы это, Павел Алексеич, бросьте. Этот город мне доверия не внушает. Все там ходят мрачные, понурые. Это не люди, это варвары. Даже церкви нет. Глушь невообразимая. ...
Ландра осталась одна, ее родной город в огне, ее отец, мать и младший брат убиты, ее возлюбленный разрублен пополам. Но ей самой повезло, спрятавшись в горе трупов, она чудом осталась жива — под свое крыло ее взяли двое наемников из армии Амрата. Двое убийц научили Ландру держать меч и рассказали свою философию. Разоряя один город за другим, наблюдая как легко можно отнять человеческую жизнь, юная девушка осознает, что у нее два пути — либо она сгинет в этой безумной мясорубке, либо станет...
Это был глупый несчастный случай на старой полуразрушенной мельнице — пройтись от одного края до другого показалось отличной идеей. Но мне не повезло, в отличии от друзей — я сорвался вниз и... умер. В последние моменты жизни не было яркого света, ангела и прочего. Но был фильм из кадров моей жизни. Полная коллекция моих воспоминаний. Почему я все это помню? Это сложный вопрос. Но одно я знаю точно — я бы очень хотел изменить последние дни своей жизни, сделать все правильно. Но это невозможно....
Яогуай — в Китайской мифологии это древнее чудовище, умеющее принимать любой облик, пожирающее твою душу и тело. Но к счастью есть охотники за нечистью, Пэнг и его отец Боба. Их приглашают в разные деревни, чтобы они спасли народ от ненастья, их принимают как героев, про них слагают легенды и им хорошо платят. Мудрый Боба растит своего сына как единственного приемника династии истребителей монстров. И так оно и было, до недавнего времени.
В Греции есть поговорка: ты должен съесть ту часть тела, которую хочешь сделать сильнее. Желудок для желудка, мозг для мозга. Юная Дана не понимала этого, и всегда в детстве завидовала другим детям, которые ели печенье, пирожное и сладкие кексы. Как любила повторять ее бабушка — ты особенная, ты мясная девочка. И теперь когда бабушка заболела и попала в больницу. Надо попытаться ее спасти. И приготовить сердце для сердца. Возможно, проще найти человеческое?
Война была в разгаре; в гавани и в городе все двигалось, жило, шумело тревожно и возбужденно. Ждали очередного воздушного налета. Зеркальные окна магазинов были зарешечены наклеенными на стекло бумажными лентами. По вечерам город гасил огни и горели только синевато-фиолетовые фонарики у домов да летели во тьме пригашенные вполсвета фары машин, надевших темные очки. Ночью вдруг начинали по-волчьи выть сирены, взвывали до истошного визга, и город замирал в полной тьме и тревоге. А утром люди...
Пека Дементьев был очень знаменит. Его и сейчас узнают на улице. Он долгое время слыл одним из самых ловких, самых смелых и искусных футболистов Советского Союза. Где бы ни играли – в Москве, в Ленинграде, в Киеве или в Турции, – как только, бывало, выходит на зеленое поле сборная команда СССР, все сейчас же кричат:
– Вон он!.. Вон Дементьев!.. Курносый такой, с чубчиком на лбу… Вон, самый маленький! Ах, молодец Пека!
Хорошо помню тот день 1918 года, когда рано утром ко мне прибежал мой одноклассник и приятель Гришка Федоров и первым сообщил, что товарищ Ленин объявил декрет о новом календаре. Мы с этого дня стали жить по новому стилю, сразу перескочив вперёд на тринадцать дней. Так как и время тогда по всей Советской России перевели на два часа вперёд, то многие у нас в городке ещё долго путались в днях и часах. То и дело слышалось: «Значит, я буду в два часа по новому времени, 12 числа по старому стилю…»
Солнце зашло. Быстро слиняли блеклые краски мартовского заката. Снега за окном вагона набирались вечерней синевы. Ранняя звезда засквозила в небе над далекими, уже плохо разглядимыми холмами. В вагоне густел сумрак. Света в поезде еще не давали, и дремотное оцепенение овладевало пассажирами. Обо всем уже успели поговорить за день, и каждый знал, куда и зачем едет сосед, и уже были выяснены цены на картошку, сало шпиг во всех ближних и дальних районах, перечислены все случаи вагонных краж и...
Обращали ли вы когда-нибудь внимание на скромную и гордую фразу, которая в прежнее время всегда печаталась на футбольной афише: «Матч состоится при всякой погоде»?
И вы можете быть уверены, что, хотя бы прорвало все небесные шлюзы, и тяжкий ливень пал бы на землю, и разразилось бы землетрясение, или свирепый циклон закрутил бы воздух, воду, песок и листья в жгут, как скручивают прачки белье, – все равно болельщики займут свои места на трибуне, и в положенный час судья возвестит начало игры.
Теперь, когда смышленый фотограф из журнала «Лайф» нас обнаружил, нет никакого смысла придумывать себе оправдания. Что случилось, то случилось. Возможно, кто-то считает нас кучкой идиотов, но, черт возьми, мы целых два года прекрасно проводили время в нашем сумасшедшем клубе и наслаждались общением с членами нашего тайного общества. И нам чертовски жаль, что все закончилось. И я советую вам не торопиться называть нас безумными, так как вы сильно удивитесь, когда узнаете, какие знаменитости...
У настоящего жулика есть железное правило - он не возьмет у человека ни одного доллара, если хоть что-то не даст ему взамен.
Хлам и злость — имеют свойство накапливаться. Мусор, недосказанность, грязная посуда, обиды. За тысячей домашних дел скрывается настоящий хаос. Стопка так и непрочитанных книг, брошенная наспех одежда, пыль на шкафах, сотни рекламных листовок порождают настоящего монстра. И незаметно он накапливает силы чтобы захватить все на своем пути.
Лукулл Польк подряжается за хороший гонорар показать все радости и увеселения больших городов новоиспеченному техасскому богачу, вся жизнь которого прошла в лагерях при ранчо.
Томас Мервин взял ссуду в десять тысяч долларов с уплатой по первому требованию. И вот банк требует деньги обратно, у Тома сутки на поиски необходимой суммы.
Мэйзи — красавица-продавщица, работающая в отделе мужских перчаток, хорошо изучила мужчин. И когда за ней начал ухаживать Ирвинг Картер, художник, миллионер, поэт и автомобилист, она точно знала, что нужно делать.