В очередной раз под фантиком безудержной романтики нам продвигают сильно нездоровые отношения.
К чему тогда вот это всё: в горе и в радости, в болезни и в здравии? Тут же пропихивается идея о том, что родной человек может предать и бросить, лишь бы не выглядеть больным.
Что за гордыня такая? Не знаю. Я этому вообще объяснения не вижу и не нахожу. То есть, при нежелании отягощать жену заботами муж устраивает ей крах её мира, депрессию, неврозы и прочее сопутствующее.
А ситуация может и вывернуться, когда в случае болезни одного супруга другой уйдёт, чтобы не обременять уже самого себя. Одно от другого недалеко находится.
— Марина беременна от меня. У нас будет ребёнок. В ушах звенит. Марина? Секретарша моего мужа? — Разведёмся тихо, без скандала. Имущественный спор решим, как ты хочешь. А я ничего не хочу. Ноги подкашиваются, меня ведет. — Глеб, ты шутишь? — хмурюсь и поднимаю взгляд. — Нет. Вась, у меня другая женщина. Прими это. Качаю головой. — Ты врешь. Я не узнаю свой голос. Он надламывается. — Прекрати. Истерику. Да, у меня другая женщина. Это не повод для криков. Заметь, я не унижаю тебя...
К чему тогда вот это всё: в горе и в радости, в болезни и в здравии? Тут же пропихивается идея о том, что родной человек может предать и бросить, лишь бы не выглядеть больным.
Что за гордыня такая? Не знаю. Я этому вообще объяснения не вижу и не нахожу. То есть, при нежелании отягощать жену заботами муж устраивает ей крах её мира, депрессию, неврозы и прочее сопутствующее.
А ситуация может и вывернуться, когда в случае болезни одного супруга другой уйдёт, чтобы не обременять уже самого себя. Одно от другого недалеко находится.