Цитаты из книг
Эту женщину не согнули ни годы, ни бедность, ни власть, ни потери.
Каждое слово Романа било Лену по лицу как пощечина. — Ты... из-за этой дряни... из-за этой... — Знаешь, Лен.... — он медленно снял обручальное кольцо. — Только с ней я снова почувствовал себя живым, а не куклой в нашем с тобой театре. — Она все спланировала... — как же жалко это прозвучало. — Втерлась в доверие... Лизке... тебе.... Но лицо Романа продолжало быть каменным, он не желал видеть боли женщины. — Лена, — уставший голос прозвучал почти по-человечески. — Некоторым людям ничего...
Есть люди, которым комфортно в клетке. Даже если это их убивает.
Каждое слово Романа било Лену по лицу как пощечина. — Ты... из-за этой дряни... из-за этой... — Знаешь, Лен.... — он медленно снял обручальное кольцо. — Только с ней я снова почувствовал себя живым, а не куклой в нашем с тобой театре. — Она все спланировала... — как же жалко это прозвучало. — Втерлась в доверие... Лизке... тебе.... Но лицо Романа продолжало быть каменным, он не желал видеть боли женщины. — Лена, — уставший голос прозвучал почти по-человечески. — Некоторым людям ничего...
Он ищет искупления, она — справедливости. Пусть все идет своим чередом.
Каждое слово Романа било Лену по лицу как пощечина. — Ты... из-за этой дряни... из-за этой... — Знаешь, Лен.... — он медленно снял обручальное кольцо. — Только с ней я снова почувствовал себя живым, а не куклой в нашем с тобой театре. — Она все спланировала... — как же жалко это прозвучало. — Втерлась в доверие... Лизке... тебе.... Но лицо Романа продолжало быть каменным, он не желал видеть боли женщины. — Лена, — уставший голос прозвучал почти по-человечески. — Некоторым людям ничего...
важно то, как это подано. Никому не интересна правда, девочка, тем более у каждого она своя.
Каждое слово Романа било Лену по лицу как пощечина. — Ты... из-за этой дряни... из-за этой... — Знаешь, Лен.... — он медленно снял обручальное кольцо. — Только с ней я снова почувствовал себя живым, а не куклой в нашем с тобой театре. — Она все спланировала... — как же жалко это прозвучало. — Втерлась в доверие... Лизке... тебе.... Но лицо Романа продолжало быть каменным, он не желал видеть боли женщины. — Лена, — уставший голос прозвучал почти по-человечески. — Некоторым людям ничего...
...тёмную сторону имеет всякий человек, без исключений. Вопрос только в том, умеет ли он держать её под контролем.
Каждое слово Романа било Лену по лицу как пощечина. — Ты... из-за этой дряни... из-за этой... — Знаешь, Лен.... — он медленно снял обручальное кольцо. — Только с ней я снова почувствовал себя живым, а не куклой в нашем с тобой театре. — Она все спланировала... — как же жалко это прозвучало. — Втерлась в доверие... Лизке... тебе.... Но лицо Романа продолжало быть каменным, он не желал видеть боли женщины. — Лена, — уставший голос прозвучал почти по-человечески. — Некоторым людям ничего...
...если нет выбора, надо искать выход.
В мире, где разрушаются стены и обнажаются самые глубокие страхи, возможно ли найти того, кто станет твоей опорой? И главное — найдёшь ли ты себя? Зара оказалась между двух миров — офисных интриг крупной компании и суровой природой, где борьба за выживание приобретает буквальный смысл. Переехав в Москву в поисках новой жизни, она погружается в непростые отношения с двумя мужчинами, каждый из которых играет свою роль в её личной и профессиональной судьбе. Офисная конкуренция и опасности леса...
Не спрашивай программиста об источниках информации — и он не скажет, куда тебе пойти.
Книга 1 *** Ирина со всей дури наступила на ногу Альбины. Та снова моргнула. И вдруг с ужасом поняла, что все глаза направлены на нее. — Эй, как тебя? — голос Артура был ледяным, с едва заметной насмешкой. — У меня что, пятно на рубашке? — Что… — выдавила Альбина, чувствуя, как внутри всё холодеет. — Ты на меня так пялишься, вот и спросил, в чём дело. Я в кофе вымазался? Или у меня что-то в волосах? — его тон был таким резким, что у неё всё сжалось в груди. — Нет… — почти прошептала она,...
Чиновники – это, милая, особый сорт дерьма, который иначе как силу и власть не понимают.
Книга 1 *** Ирина со всей дури наступила на ногу Альбины. Та снова моргнула. И вдруг с ужасом поняла, что все глаза направлены на нее. — Эй, как тебя? — голос Артура был ледяным, с едва заметной насмешкой. — У меня что, пятно на рубашке? — Что… — выдавила Альбина, чувствуя, как внутри всё холодеет. — Ты на меня так пялишься, вот и спросил, в чём дело. Я в кофе вымазался? Или у меня что-то в волосах? — его тон был таким резким, что у неё всё сжалось в груди. — Нет… — почти прошептала она,...
Но жизнь — это не гонка. Это путь, и на этом пути можно позволить себе замедлиться, вдохнуть воздух полной грудью. Позволь себе не только бороться, но и жить. Ради себя....Сделай то, что надо. А после – приходи к нам. Гордой и красивой, такой, какой тебя любил мой сын. Поняла?
— Ты выглядишь ужасно, — сказал он с притворной озабоченностью, в голосе сквозил сарказм. – Вот уж не думал, что буду первым…. В некотором смысле. Иди сюда, - приказал тоном, не терпящим возражений. Я подошла ближе, чувствуя безбрежный ужас перед ним и безбрежную же ненависть. - Что, Агата, думала деньги достаются так легко? – хмыкнул он. – Ты дорогая, детка, отрабатывай. Каждое его слово звучало как пощечина. — Я делаю все, что ты хочешь, — выдавила я, пытаясь сохранить...
Этот период стал для меня чем-то вроде перерождения. Я потеряла часть себя, но обрела что-то новое. Поняла, что даже в самые страшные и тёмные моменты можно найти свет, можно бороться, если ради этого света есть те, кто нуждается в тебе. Мои дни были наполнены заботой о близких, и именно это помогало мне двигаться вперёд, шаг за шагом, к новой жизни.
— Ты выглядишь ужасно, — сказал он с притворной озабоченностью, в голосе сквозил сарказм. – Вот уж не думал, что буду первым…. В некотором смысле. Иди сюда, - приказал тоном, не терпящим возражений. Я подошла ближе, чувствуя безбрежный ужас перед ним и безбрежную же ненависть. - Что, Агата, думала деньги достаются так легко? – хмыкнул он. – Ты дорогая, детка, отрабатывай. Каждое его слово звучало как пощечина. — Я делаю все, что ты хочешь, — выдавила я, пытаясь сохранить...
Мозг — сложная машина. Он может оправдывать нас, защищать, стирать и замалчивать вещи, которые мы не готовы принять. Он способен создавать целые иллюзии, чтобы мы не сошли с ума от реальности, которая слишком тяжела. Но в этом же его ловушка. Разум играет с нами злые шутки, создаёт барьеры, выстраивает препятствия. Иногда искусственно возводит стены, за которыми мы прячемся, иногда — создаёт яму, в которую мы же сами и падаем. И чем глубже страх, тем выше стены. Тем темнее яма.
— Ладно, — рассмеялась Лена, откидывая голову и поправляя выбившуюся из хвоста прядь волос. — Одной головной болью меньше. Девы, вы нашего нового декана уже видели? Я вздохнула, готовясь к очередной волне слухов, которые за последние дни заполнили буквально каждый угол университета. — Нет, Лен, — протянула Дарья с тоном лёгкой усталости, но с явным интересом в голосе. — Не видели. Но уже наслышаны. Брюнет, тридцать пять, красивый, приехал из Москвы за каким-то лешим в нашу жопу мира....
Знаешь, что я поняла за свою жизнь? — продолжила она сжимая мои холодные пальцы в своих тёплых руках. — Мы часто думаем, что разбиты. Что нас нельзя починить. Что от нас остались только осколки. Но, родная моя, иногда самое страшное не то, что мы сломаны. Самое страшное — это решить, что мы больше не заслуживаем быть целыми.
— Ладно, — рассмеялась Лена, откидывая голову и поправляя выбившуюся из хвоста прядь волос. — Одной головной болью меньше. Девы, вы нашего нового декана уже видели? Я вздохнула, готовясь к очередной волне слухов, которые за последние дни заполнили буквально каждый угол университета. — Нет, Лен, — протянула Дарья с тоном лёгкой усталости, но с явным интересом в голосе. — Не видели. Но уже наслышаны. Брюнет, тридцать пять, красивый, приехал из Москвы за каким-то лешим в нашу жопу мира....
Такие люди, как твой Роменский, не просто играют по правилам, они создают их сами. Они наблюдают, изучают, запоминают реакции и мгновенно понимают, на какие струны надавить, чтобы человек начал думать о них больше, чем следует. Их присутствие давит, даже когда они молчат, а взгляд заставляет задуматься: «О чём он сейчас думает? Что скрывает?» Это… стратегия.
— Ладно, — рассмеялась Лена, откидывая голову и поправляя выбившуюся из хвоста прядь волос. — Одной головной болью меньше. Девы, вы нашего нового декана уже видели? Я вздохнула, готовясь к очередной волне слухов, которые за последние дни заполнили буквально каждый угол университета. — Нет, Лен, — протянула Дарья с тоном лёгкой усталости, но с явным интересом в голосе. — Не видели. Но уже наслышаны. Брюнет, тридцать пять, красивый, приехал из Москвы за каким-то лешим в нашу жопу мира....
Беда всех женщин мира в том, что мы пытаемся поменять неизменное. И даже когда разум говорит нам одно, мы посылаем его подальше и идем туда, где нами управляют чувства. Это наша беда, это наша сила.
— Что ты делаешь, Роман? — я попятилась от него, понимая, что он зол. Очень зол. — Это, что ты делаешь? — прошипел он, двигаясь ко мне. — Сколько можно, Айна? Ничего уже не изменить, но я здесь. С тобой, а не с ней! — И что? — едва слышно прошептала я. — Что это меняет? Рома, наши отношения исчерпали себя…. ОН схватил меня за шею и притянул к себе. — Это только мне решать, Айка! Только мне. Ты — моя, и я тебя не отпускал. Его губы, требовательные, горячие, впились в мои губы, оставляя...
Не спорю, жертв жалеют, им сочувствуют….и их – презирают. А вот сильных – не любят. Вопрос в том, что ты сама от себя хочешь: чтоб тебя лицемерно жалели, но при этом за глаза злословили, что сама виновата, или чтоб тебе завидовали!
— Ты выглядишь ужасно, — сказал он с притворной озабоченностью, в голосе сквозил сарказм. – Вот уж не думал, что буду первым…. В некотором смысле. Иди сюда, - приказал тоном, не терпящим возражений. Я подошла ближе, чувствуя безбрежный ужас перед ним и безбрежную же ненависть. - Что, Агата, думала деньги достаются так легко? – хмыкнул он. – Ты дорогая, детка, отрабатывай. Каждое его слово звучало как пощечина. — Я делаю все, что ты хочешь, — выдавила я, пытаясь сохранить...
Люди — не собаки, не вещи и не рабы. Любовь нельзя вымолить, выпросить или заслужить. Она или есть, или её нет.
Экран моргнул, и передо мной предстала сцена с награждением. Под яркими вспышками фотоаппаратов и камер, под аплодисменты зала, по ступеням на сцену поднимался мой муж. Мой Даниил. Он улыбался, своей сдержанной, уверенной улыбкой, которую я так хорошо знала. Только теперь она была обращена не ко мне. Обнимая за талию тонкую фигурку в роскошном платье цвета сапфира, он выглядел спокойным и собранным. А её пепельные волосы были уложены в строгую, но чертовски элегантную прическу. Алина. Он...
Гиперопека… она такая. Думаешь, что делаешь всё для своего ребенка, что защищаешь его от трудностей, а на деле только подрезаешь крылья. Губишь его жизнь.
Экран моргнул, и передо мной предстала сцена с награждением. Под яркими вспышками фотоаппаратов и камер, под аплодисменты зала, по ступеням на сцену поднимался мой муж. Мой Даниил. Он улыбался, своей сдержанной, уверенной улыбкой, которую я так хорошо знала. Только теперь она была обращена не ко мне. Обнимая за талию тонкую фигурку в роскошном платье цвета сапфира, он выглядел спокойным и собранным. А её пепельные волосы были уложены в строгую, но чертовски элегантную прическу. Алина. Он...
любовь — это не только брать. Это и отдавать. Жертвовать чем-то ради другого. Любовь — это работа. Работа над собой, над отношениями. Это умение слушать, слышать и понимать. Это уважать того, кого любишь, и уважать его решения, даже если они тебе не нравятся.
Экран моргнул, и передо мной предстала сцена с награждением. Под яркими вспышками фотоаппаратов и камер, под аплодисменты зала, по ступеням на сцену поднимался мой муж. Мой Даниил. Он улыбался, своей сдержанной, уверенной улыбкой, которую я так хорошо знала. Только теперь она была обращена не ко мне. Обнимая за талию тонкую фигурку в роскошном платье цвета сапфира, он выглядел спокойным и собранным. А её пепельные волосы были уложены в строгую, но чертовски элегантную прическу. Алина. Он...
— Счастье, Ди, не в том, чтобы быть сильной и независимой. Счастье в том, чтобы позволить себе быть слабой рядом с теми, кто тебя по-настоящему любит. Не смотрит с обожанием, Диана, а любит — чувствуешь разницу? Обожание, восхищение и влюбленность долго не длятся….
Из паутины финансовых интриг и темных тайн прошлого переплетаются судьбы тех, кто пытается выжить в мире силы, власти и жестоких компромиссов. Оливия, бывший пиар-специалист с разрушенной репутацией, получает второй шанс в компании «Агора». Она оказывается лицом к лицу с Олегом Королевым — харизматичным и опасным лидером, чья изуродованная внешность скрывает еще более глубокие раны души. Их встреча становится не просто столкновением характеров, но и началом игры на выживание, где эмоции и...
Иногда… просто быть рядом — это уже великое дело.
Из паутины финансовых интриг и темных тайн прошлого переплетаются судьбы тех, кто пытается выжить в мире силы, власти и жестоких компромиссов. Оливия, бывший пиар-специалист с разрушенной репутацией, получает второй шанс в компании «Агора». Она оказывается лицом к лицу с Олегом Королевым — харизматичным и опасным лидером, чья изуродованная внешность скрывает еще более глубокие раны души. Их встреча становится не просто столкновением характеров, но и началом игры на выживание, где эмоции и...
— Да, папа любил открывать новые миры. Он говорил, что археология — это не просто работа, а способ понять прошлое, чтобы лучше увидеть будущее.
Из паутины финансовых интриг и темных тайн прошлого переплетаются судьбы тех, кто пытается выжить в мире силы, власти и жестоких компромиссов. Оливия, бывший пиар-специалист с разрушенной репутацией, получает второй шанс в компании «Агора». Она оказывается лицом к лицу с Олегом Королевым — харизматичным и опасным лидером, чья изуродованная внешность скрывает еще более глубокие раны души. Их встреча становится не просто столкновением характеров, но и началом игры на выживание, где эмоции и...
пытаясь играть на равных с мужчинами, мы сами сажаем себя в клетки.
Из паутины финансовых интриг и темных тайн прошлого переплетаются судьбы тех, кто пытается выжить в мире силы, власти и жестоких компромиссов. Оливия, бывший пиар-специалист с разрушенной репутацией, получает второй шанс в компании «Агора». Она оказывается лицом к лицу с Олегом Королевым — харизматичным и опасным лидером, чья изуродованная внешность скрывает еще более глубокие раны души. Их встреча становится не просто столкновением характеров, но и началом игры на выживание, где эмоции и...
вопрос не в том, как часто нам дают возможности, а в том, как мы их используем.
Из паутины финансовых интриг и темных тайн прошлого переплетаются судьбы тех, кто пытается выжить в мире силы, власти и жестоких компромиссов. Оливия, бывший пиар-специалист с разрушенной репутацией, получает второй шанс в компании «Агора». Она оказывается лицом к лицу с Олегом Королевым — харизматичным и опасным лидером, чья изуродованная внешность скрывает еще более глубокие раны души. Их встреча становится не просто столкновением характеров, но и началом игры на выживание, где эмоции и...
— Счастье ... не в том, чтобы быть сильной и независимой. Счастье в том, чтобы позволить себе быть слабой рядом с теми, кто тебя по-настоящему любит.
Из паутины финансовых интриг и темных тайн прошлого переплетаются судьбы тех, кто пытается выжить в мире силы, власти и жестоких компромиссов. Оливия, бывший пиар-специалист с разрушенной репутацией, получает второй шанс в компании «Агора». Она оказывается лицом к лицу с Олегом Королевым — харизматичным и опасным лидером, чья изуродованная внешность скрывает еще более глубокие раны души. Их встреча становится не просто столкновением характеров, но и началом игры на выживание, где эмоции и...
Но иногда близкие люди — это не слабость, а поддержка, особенно если они по-настоящему понимают тебя.
Из паутины финансовых интриг и темных тайн прошлого переплетаются судьбы тех, кто пытается выжить в мире силы, власти и жестоких компромиссов. Оливия, бывший пиар-специалист с разрушенной репутацией, получает второй шанс в компании «Агора». Она оказывается лицом к лицу с Олегом Королевым — харизматичным и опасным лидером, чья изуродованная внешность скрывает еще более глубокие раны души. Их встреча становится не просто столкновением характеров, но и началом игры на выживание, где эмоции и...