— Я замерзла, – заявила я, – к тому же меня ждут. — Его светлость ни о чем таком, – последнее слово он процедил так, словно вымазался в нечистотах, – не предупреждал. — Значит, у его светлости преждевременные провалы в памяти! — Ни стыда ни совести!
Оказаться во власти злейшего врага — такое только на сцене бывает. Так я считала, пока меня не приковали смертельным заклятием к ненавистному герцогу де Мортену, который с радостью превратит мою жизнь в ад. У его помощи слишком дорогая цена, но иначе не разыскать того, кто мне так удружил. Покорность и повиновение? Всего лишь очередная роль! Играть я умею, а чувства для актрисы — слишком большая роскошь.