Она быстро поняла, что мне плохо и тошно, очень прямо обо всем расспросила и стала меня лечить: «Если вам плохо — работайте. Нельзя ждать, чтоб крыша свалилась на голову». — «Мне уже свалилась», — отвечаю. А она опять: «Нельзя глохнуть, если несчастье. Умирай, погибай, а душа пускай будет жива». ... «... У меня муж погиб, я хотела умереть, но живу ведь?» «Так ведь и я живу». — «Нет, — говорит, — вы не живете, вы оглохли. Вам все стало все равно. Саша говорит: это самое худшее, если становится все равно. А главное, надо, чтоб душа была живая».