Возможно, смелость нужна мне вовсе не для того, чтобы сказать правду, а исключительно для того, чтобы уйти.
Я чувствую, что задыхаюсь. Когда этот дом вдруг стал таким тесным? Когда моя жизнь стала такой тоскливой? Неужели я хотела именно этого? Не могу вспомнить.Меган
Родителям важны только их дети. Они являются центром мироздания, только они и имеют значение. Все остальные не важны, не важны ни их страдания, ни их радости, потому что остальные находятся за пределами реальности.
Я знаю только одно: в какой-то момент мне кажется, что у меня все хорошо и я всем довольна. Но уже в следующий мне хочется убежать - не важно куда, я не нахожу себе места, и мне не на что опереться, чтобы сохранить равновесие.
Пытаться разобраться во взаимоотношениях в чужих семяьх дело неблагодарное.
Её сила в другом: её интеллект настолько высок, что постоянно поражает и восхищает его. Чтобы проанализировать какую-то проблему, добраться до её сути и разложить все по полочкам, ей требуется меньше времени, чем обычному человеку - поздороваться.
Я не могу рисковать, оглядываясь на прошлое ничего хорошего из этого не выйдет.
Что-то случилось, я это точно знаю. Не могу понять, что именно, но я это чувствую.
Я понимаю, что значит пустота. Мне начинает казаться, что ее невозможно ничем заполнить в принципе. Мои психотерапевтические сеансы научили меня одному: эти бреши в жизни навсегда. Нужно научиться расти, обволакивая их, подобно растениям, обвивающим стеблями бетонные строения. Эти бреши формируют человека как личность. Теперь я это знаю, но не говорю об этом вслух, во всяком случае сейчас.
электронная почта - современный след помады на воротничке.
...такое иногда случается. Люди, с которыми вас связывает общее прошлое, не отпускают вас, и, как бы человек ни старался, он не может освободиться от этой зависимости и стать по-настоящему свободным. И через какое-то время может перестать сопротивляться.
В то время я уже знал, что, когда что-то кончается в жизни, будь то плохое или хорошее, остается пустота. Но пустота, оставшаяся после плохого, заполняется сама собой. Пустоту же после чего-то хорошего можно заполнить, только отыскав что-то лучшее.
"В некоторых людях порок виден так же, как в призовой лошади - порода."
Когда наступала весна, пусть даже обманная, не было других забот, кроме одной: найти место, где тебе будет лучше всего. Единственное, что могло испортить день, — это люди, но если удавалось избежать приглашений, день становился безграничным. Люди всегда ограничивали счастье - за исключением очень немногих, которые несли ту же радость, что и сама весна.
“Когда два человека любят друг друга, когда они счастливы и веселы и один или оба создают что-то по-настоящему хорошее, они притягивают людей так же неотразимо, как яркий маяк притягивает ночью перелетных птиц.”
«Я увидел тебя, красавица, и теперь ты принадлежишь мне, кого бы ты ни ждала, даже если я никогда тебя больше не увижу, – думал я. – Ты принадлежишь мне, и весь Париж принадлежит мне, а я принадлежу этому блокноту и карандашу»
...когда приходит опустошенность, нужно читать, чтобы не думать и не тревожиться о работе до тех пор, пока не приступить к ней снова.
— Но одно все-таки я узнал. — Что? — Путешествуй только с теми, кого любишь. — И это уже кое-что.
Говорят, что во всех нас заложены ростки того, что мы когда-нибудь сделаем в жизни, но мне всегда казалось, что у тех, кто умеет шутить, ростки эти прикрыты лучшей почвой и более щедро удобрены.
- Достоевский был сукиным сыном, Хем, - продолжал Ивен. - И лучше всего у него получались сукины дети и святые. Святые у него великолепны.
Надо покупать либо одежду,либо картины. Вот и все. Никто,кроме очень богатых людей, не может позволить себе и то и другое. Не придавайте большого значения одежде, а главное, не гонитесь за модой, покупайте прочные и удобные вещи, и тогда у вас останутся деньги на картины.
Каждый год в тебе что-то умирает, когда с деревьев опадают листья, а голые ветки беззащитно качаются на ветру в холодном зимнем свете.
«Не волнуйся. Ты писал прежде, напишешь и теперь. Тебе надо написать только одну настоящую фразу. Самую настоящую, какую ты знаешь». И в конце концов я писал настоящую фразу, а за ней уже шло все остальное. Тогда это было легко, потому что всегда из виденного, слышанного, пережитого всплывала одна настоящая фраза. Если же я старался писать изысканно и витиевато, как некоторые авторы, то убеждался, что могу безболезненно вычеркнуть все эти украшения, выбросить их и начать повествование с настоящей, простой фразы, которую я уже написал.»
Если зрелище захватывает тебя только из-за денег,значит,на него не стоит смотреть.
… и ощущал смертное одиночество, какое наступает вечером впустую прожитого дня.