- Подождите минутку.
- Я бы обязательно подождал Минутку, если б она вдруг отстала . Но она бежит так быстро! У меня не хватит сил настолько обогнать её, чтобы поджидать!
- Пока с вами не заговорят, следует молчать!
- Но если все-все так и будут делать, - сказала Алиса, - если все-все будут молчать и ждать, пока с ними не заговорят, тогда никто никому никогда ничего не скажет.
- Взгляни-ка на дорогу! Кого ты там видишь?
- Никого, - сказала Алиса.
- Мне бы такое зрение! - заметил король с завистью. - Увидеть никого! Да еще и на таком расстоянии!
"- У нас, - сказала Алиса, с трудом переводя дух, - когда долго бежишь со всех ног, непременно попадешь в другое место.
- Какая медлительная страна! - сказала Королева. - Ну, а здесь, знаешь ли, приходится бежать со всех ног, чтобы только остаться на том же месте! Если же хочешь попасть в другое место, тогда нужно бежать по меньшей мере вдвое быстрее!"
- Нельзя поверить в невозможное! - Просто у тебя мало опыта.
...Вам следовало бы завести горничную.
- Вас я взяла бы с удовольствием, - предложила Королева. - Два пенса в неделю и варенье по прочим дням. Хотите?
Алиса невольно улыбнулась.
-Нет, не хочу. И варенья мне не надо.
- Варенье-то хорошее, - сказала Королева.
- Нынче я никакого не хочу.
- Нынче и не получите, даже если захотите, - сказала Королева. - По уговору варенье можно получать либо завтра, либо вчера, но только не нынче.
Если не знаете, что сказать, говорите по-французски, на ходу держите пятки вместе, носки врозь и не забывайте, кто вы!
- Кого ты там видишь?
- Никого, - сказала Алиса.
- Мне бы такое зрение! - заметил король с завистью. - Увидеть Никого! Да еще на таком расстоянии! А я против солнца и настоящих-то людей с трудом различаю!
- Королевы в сделки не вступают! - Лучше бы они в споры не вступали, - подумала Алиса.
— Ведь это от меня не зависит, — сказала она. — Все растут! Не могу же я одна не расти!— Одна, возможно, и не можешь, — сказал Шалтай. — Но вдвоем уже гораздо проще. Позвала бы кого-нибудь на помощь — и прикончила б все это дело к семи годам!
— Когда тебе дурно, всегда ешь занозы, — сказал Король, усиленно работая челюстями. — Другого такого средства не сыщешь!— Правда? — усомнилась Алиса. — Можно ведь брызнуть холодной водой или дать понюхать нашатырю. Это лучше, чем занозы!— Знаю, знаю, — отвечал Король. — Но я ведь сказал: «Другого такого средства не сыщешь!» Другого, а не лучше!
— А разве можно придавать слову какой угодно смысл? — спросила Алиса.
— А разве я своим словам не хозяин? — ответил Пустик-Дутик.
Знаешь, одна из самых серьезных потерь в битве - это потеря головы.
На самом деле она хотела узнать, кусается ее собеседник или нет, но задать такой вопрос прямо было бы, конечно, невежливо.
До самого красивого никогда не дотянешься.
Пока думаешь, что сказать, - делай реверанс! Это экономит время.
- Что ж, теперь, когда мы увидели друг друга, - сказал Единорог, - можем договориться: если ты будешь верить в меня, я буду верить в тебя. Идет?
- Да, если вам угодно, - отвечала Алиса.
— Сегодня ты бы его все равно не получила, даже если б очень захотела, — ответила Королева. — Правило у меня твердое: варенье на завтра! И только на завтра!
Кстати ты не помнишь, АБВАРАЖИТЕЛЬНА пишется через четыре А?или через три?
По-видимому, есть только одно средство не принимать что-то близко к сердцу - вообще поменьше чувствовать.
Мы, смертные мужчины и женщины, глотаем много разочарований между завтраком и ужином, прячем слезы, бледнеем, но в ответ на расспросы говорим: "Так, пустяки!". Нам помогает гордость, и гордость - прекрасное чувство, если оно побуждает нас прятать собственную боль, а не причинять боль другим.
— Значит, ты начал осуждать жаргон? — мягко спросила Розамонда.
— Только дурного тона. Любой выбор слов — уже жаргон. Он указывает на принадлежность к тому или иному классу.
— Но есть правильный литературный язык. Это не жаргон.
— Извини меня, правильный литературный язык — это жаргон ученых педантов, которые пишут исторические труды и эссе. А самый крепкий жаргон — это жаргон поэтов.
"Я вовсе не веду себя противно. Это ты так думаешь. Слово "противно" определяет твои чувства, а не мое поведение".
Близость взаимного смущения, когда оба чувствуют, что небезразличны друг другу, однажды возникнув, не исчезает бесследно. Разговоры о погоде и на другие светские темы кажется пустым притворством, и неловкость не проходит, если только не признать в ней откровенно взаимное увлечение, которое, конечно, вовсе не обязательно должно быть глубоким и серьезным.
наше самодовольство - это наша собственность, не облагаемая налогом, и очень неприятно вдруг обнаружить, что она обесценилась