Цитаты
280943
He smiled the most exquisite smile, veiled by memory, tinged by dreams.
Два дня, между которыми десятилетия. В первый день семейство Рэмзи планирует поплыть к маяку, а во второй — глава семьи с выросшими детьми плывёт к свету маяка, не зная, чем на самом деле закончится их путь. За это время некоторых из Рэмзи не осталось в живых, но они присутствуют в воспоминаниях иных героев и совершают своё путешествие в пространстве и времени, размышляя о смысле бытия.
Не всем быть Тицианами, не всем быть Дарвинами; с другой стороны, неизвестно еще, были б у вас Тицианы, были б у вас Дарвины, если б не было нас, обычных людей.
Два дня, между которыми десятилетия. В первый день семейство Рэмзи планирует поплыть к маяку, а во второй — глава семьи с выросшими детьми плывёт к свету маяка, не зная, чем на самом деле закончится их путь. За это время некоторых из Рэмзи не осталось в живых, но они присутствуют в воспоминаниях иных героев и совершают своё путешествие в пространстве и времени, размышляя о смысле бытия.
Давайте же получать удовольствие от того, что его доставляет.
Два дня, между которыми десятилетия. В первый день семейство Рэмзи планирует поплыть к маяку, а во второй — глава семьи с выросшими детьми плывёт к свету маяка, не зная, чем на самом деле закончится их путь. За это время некоторых из Рэмзи не осталось в живых, но они присутствуют в воспоминаниях иных героев и совершают своё путешествие в пространстве и времени, размышляя о смысле бытия.
У любви ведь бездна обличий. И должны быть такие любящие, чей талант – выделять элементы вещей и соединять их, наделив не присущей им цельностью, из разных сценок, из встреч разных людей ... создавать то единое, круглое, к чему тянется мысль, чем играет любовь.
Два дня, между которыми десятилетия. В первый день семейство Рэмзи планирует поплыть к маяку, а во второй — глава семьи с выросшими детьми плывёт к свету маяка, не зная, чем на самом деле закончится их путь. За это время некоторых из Рэмзи не осталось в живых, но они присутствуют в воспоминаниях иных героев и совершают своё путешествие в пространстве и времени, размышляя о смысле бытия.
Звезды в ее глазах, тайна у нее в волосах; и фиалки, и цикламены - ну что, ей-богу, за чушь ему лезет в голову? Ей же минимум пятьдесят; у нее восемь человек детей; ломкие ветки прижимая к груди и заблудших ягнят, бродит она по цветочным лугам; звезды в ее глазах, в волосах ее - ветер...
Два дня, между которыми десятилетия. В первый день семейство Рэмзи планирует поплыть к маяку, а во второй — глава семьи с выросшими детьми плывёт к свету маяка, не зная, чем на самом деле закончится их путь. За это время некоторых из Рэмзи не осталось в живых, но они присутствуют в воспоминаниях иных героев и совершают своё путешествие в пространстве и времени, размышляя о смысле бытия.
… жизнь, складываясь из случайных частностей, которые мы по очереди проживаем, вдруг вздувается неделимой волной, и она подхватывает тебя, и несет, и с разгона выплескивает на берег.
Два дня, между которыми десятилетия. В первый день семейство Рэмзи планирует поплыть к маяку, а во второй — глава семьи с выросшими детьми плывёт к свету маяка, не зная, чем на самом деле закончится их путь. За это время некоторых из Рэмзи не осталось в живых, но они присутствуют в воспоминаниях иных героев и совершают своё путешествие в пространстве и времени, размышляя о смысле бытия.
Хотеть невозможного, хотеть и хотеть – да от этого заходится и переворачивается сердце!
Два дня, между которыми десятилетия. В первый день семейство Рэмзи планирует поплыть к маяку, а во второй — глава семьи с выросшими детьми плывёт к свету маяка, не зная, чем на самом деле закончится их путь. За это время некоторых из Рэмзи не осталось в живых, но они присутствуют в воспоминаниях иных героев и совершают своё путешествие в пространстве и времени, размышляя о смысле бытия.
Ее мир менялся; они оставались на месте. Ей казалось, что все теперь сдвинулось, стронулось. Все теперь будет прекрасно...
А было ветрено. Было ветрено, и ветки вдруг обметали звезды, и звезды кидало в дрожь, и они отряхивали лучи и прошивали иглами листья.
Два дня, между которыми десятилетия. В первый день семейство Рэмзи планирует поплыть к маяку, а во второй — глава семьи с выросшими детьми плывёт к свету маяка, не зная, чем на самом деле закончится их путь. За это время некоторых из Рэмзи не осталось в живых, но они присутствуют в воспоминаниях иных героев и совершают своё путешествие в пространстве и времени, размышляя о смысле бытия.
Ведь бывают же такие минуты, когда нет ни мыслей, ни чувств. Но когда нет ни мыслей, ни чувств - где ты тогда?
Два дня, между которыми десятилетия. В первый день семейство Рэмзи планирует поплыть к маяку, а во второй — глава семьи с выросшими детьми плывёт к свету маяка, не зная, чем на самом деле закончится их путь. За это время некоторых из Рэмзи не осталось в живых, но они присутствуют в воспоминаниях иных героев и совершают своё путешествие в пространстве и времени, размышляя о смысле бытия.
…у всех есть, наверное, это чувство — что наша видимость, признаки, по которым нас различают, — пустяки. А под этим — тьма; расползающаяся; бездонная: лишь время от времени мы всплываем на поверхность, и тут-то нас видят.
Два дня, между которыми десятилетия. В первый день семейство Рэмзи планирует поплыть к маяку, а во второй — глава семьи с выросшими детьми плывёт к свету маяка, не зная, чем на самом деле закончится их путь. За это время некоторых из Рэмзи не осталось в живых, но они присутствуют в воспоминаниях иных героев и совершают своё путешествие в пространстве и времени, размышляя о смысле бытия.
Его безграничная жалость к себе, потребность в сочувствии лужей растекалась у нее под ногами, а она, жалкая грешница, только и делала, что слегка подбирала юбки, чтоб не промокнуть.
Два дня, между которыми десятилетия. В первый день семейство Рэмзи планирует поплыть к маяку, а во второй — глава семьи с выросшими детьми плывёт к свету маяка, не зная, чем на самом деле закончится их путь. За это время некоторых из Рэмзи не осталось в живых, но они присутствуют в воспоминаниях иных героев и совершают своё путешествие в пространстве и времени, размышляя о смысле бытия.
То что чувствуешь — невозможно словами сказать.
Два дня, между которыми десятилетия. В первый день семейство Рэмзи планирует поплыть к маяку, а во второй — глава семьи с выросшими детьми плывёт к свету маяка, не зная, чем на самом деле закончится их путь. За это время некоторых из Рэмзи не осталось в живых, но они присутствуют в воспоминаниях иных героев и совершают своё путешествие в пространстве и времени, размышляя о смысле бытия.
Когда возвращаешься после отъезда или после болезни, пока еще не оплела своей сетью привычка, — так же все нереально, так же ново и поражает; будто рождается что-то.
Два дня, между которыми десятилетия. В первый день семейство Рэмзи планирует поплыть к маяку, а во второй — глава семьи с выросшими детьми плывёт к свету маяка, не зная, чем на самом деле закончится их путь. За это время некоторых из Рэмзи не осталось в живых, но они присутствуют в воспоминаниях иных героев и совершают своё путешествие в пространстве и времени, размышляя о смысле бытия.
Книги, она подумала, размножаются почкованьем. И никогда у нее не хватает на них времени.
Два дня, между которыми десятилетия. В первый день семейство Рэмзи планирует поплыть к маяку, а во второй — глава семьи с выросшими детьми плывёт к свету маяка, не зная, чем на самом деле закончится их путь. За это время некоторых из Рэмзи не осталось в живых, но они присутствуют в воспоминаниях иных героев и совершают своё путешествие в пространстве и времени, размышляя о смысле бытия.
Нет такого предательства, такой низости, на какие этот мир неспособен, она убедилась. Счастье не вечно, она убедилась.
Два дня, между которыми десятилетия. В первый день семейство Рэмзи планирует поплыть к маяку, а во второй — глава семьи с выросшими детьми плывёт к свету маяка, не зная, чем на самом деле закончится их путь. За это время некоторых из Рэмзи не осталось в живых, но они присутствуют в воспоминаниях иных героев и совершают своё путешествие в пространстве и времени, размышляя о смысле бытия.
Вот так сочиняем за людей подобные сценки, и это у нас называется их "помнить", "знать" и "любить"
Два дня, между которыми десятилетия. В первый день семейство Рэмзи планирует поплыть к маяку, а во второй — глава семьи с выросшими детьми плывёт к свету маяка, не зная, чем на самом деле закончится их путь. За это время некоторых из Рэмзи не осталось в живых, но они присутствуют в воспоминаниях иных героев и совершают своё путешествие в пространстве и времени, размышляя о смысле бытия.
Коврики, складные кровати, страшные призраки столов и кресел <...> кой-какие фотографии и, разумеется, книги. Книги, она подумала, размножаются почкованием.товарищи ливлибовцы, это так похоже на наши реалии, что я не удержалась xDDD
Два дня, между которыми десятилетия. В первый день семейство Рэмзи планирует поплыть к маяку, а во второй — глава семьи с выросшими детьми плывёт к свету маяка, не зная, чем на самом деле закончится их путь. За это время некоторых из Рэмзи не осталось в живых, но они присутствуют в воспоминаниях иных героев и совершают своё путешествие в пространстве и времени, размышляя о смысле бытия.
Занятно, что, так редко получая по почте что-нибудь стоящее, мы вечно в ожидании писем.
Два дня, между которыми десятилетия. В первый день семейство Рэмзи планирует поплыть к маяку, а во второй — глава семьи с выросшими детьми плывёт к свету маяка, не зная, чем на самом деле закончится их путь. За это время некоторых из Рэмзи не осталось в живых, но они присутствуют в воспоминаниях иных героев и совершают своё путешествие в пространстве и времени, размышляя о смысле бытия.
What is the meaning of life? That was all- a simple question; one that tended to close in on one with years, the great revelation had never come. The great revelation perhaps never did come. Instead, there were little daily miracles, illuminations, matches struck unexpectedly in the dark; here was one.
Два дня, между которыми десятилетия. В первый день семейство Рэмзи планирует поплыть к маяку, а во второй — глава семьи с выросшими детьми плывёт к свету маяка, не зная, чем на самом деле закончится их путь. За это время некоторых из Рэмзи не осталось в живых, но они присутствуют в воспоминаниях иных героев и совершают своё путешествие в пространстве и времени, размышляя о смысле бытия.
Красота будет конвульсивной или не будет вовсе.
В загадочном и изящном романе Андре Бретона «Надя» рассказывается о любви к женщине с даром ясновидения, окончившей свои дни в психиатрической клинике. Эпизоды повседневной жизни сливаются с искаженным их восприятием.
Я видел, как по утрам ее папоротниковые глаза распахиваются тому миру, где хлопанье крыльев необъятной надежды едва отличимо от другого шума — шума ужаса; они распахиваются тому миру, в котором я различал лишь вечно закрывающиеся глаза.
В загадочном и изящном романе Андре Бретона «Надя» рассказывается о любви к женщине с даром ясновидения, окончившей свои дни в психиатрической клинике. Эпизоды повседневной жизни сливаются с искаженным их восприятием.
По-моему, любое заключение в психиатрическую лечебницу является насилием.
В загадочном и изящном романе Андре Бретона «Надя» рассказывается о любви к женщине с даром ясновидения, окончившей свои дни в психиатрической клинике. Эпизоды повседневной жизни сливаются с искаженным их восприятием.
В водовороте дней я не желаю вспоминать ничего, кроме нескольких фраз, произнесенных передо мной или написанных одним росчерком на моих глазах, тех фраз, в которых я снова четко слышу тембр ее голоса и которые отзываются во мне сильнейшим эхом:
«С исходом моего дыхания, что вашего началом станет».
«Если хотите, я буду для вас абсолютно ничем или одним-единственным следом».
«Когти льва душат грудь винограда».
«Розовый цвет лучше черного, но оба созвучны».
«Пред тайной. Каменный человек, пойми меня».
«Ты мой хозяин. Я лишь атом, дышащий в уголках твоих губ или угасающий. Я хочу коснуться ясности перста, мокрого от слез».
«К чему эти весы, что качаются в темной дыре, наполненной угольными шариками?»
«Не утяжеляйте мысли весом ваших ботинок».
«Я все знала, я столько вычитала в ручьях своих слез».
В загадочном и изящном романе Андре Бретона «Надя» рассказывается о любви к женщине с даром ясновидения, окончившей свои дни в психиатрической клинике. Эпизоды повседневной жизни сливаются с искаженным их восприятием.
Жизнь – совсем другое, чем то, что пишут.
В загадочном и изящном романе Андре Бретона «Надя» рассказывается о любви к женщине с даром ясновидения, окончившей свои дни в психиатрической клинике. Эпизоды повседневной жизни сливаются с искаженным их восприятием.
кто идет? это вы, надя? правда ли, что по ту сторону, все то, что по ту сторону, присутствует и в этой жизни? я не слышу вас. кто идет? это я один? я ли это?
В загадочном и изящном романе Андре Бретона «Надя» рассказывается о любви к женщине с даром ясновидения, окончившей свои дни в психиатрической клинике. Эпизоды повседневной жизни сливаются с искаженным их восприятием.