Цитаты
283401
И не всяк ли разумный, спешащий в путь свой, Ахиллу подобен: никто не в состоянии догнать свою черепаху, достичь ближайшего чего-то, чего бы то ни было. Анкета глубокой осени. Профессия - прохожий. Место работы - улица. Стаж работы по специальности - вечность.
«Между собакой и волком» (1980), второй роман Саши Соколова (р. 1943) – произведение в высшей степени оригинальное. Считая, что русский литературный язык «истерся» от постоянного употребления и потерял всякую выразительность, писатель пытается уйти от привычных языковых норм. Результатом этого стал совершенно уникальный стиль, в создании которого приняли равноправное участие и грубое просторечие, и диалекты, и произведения русской и мировой классики, и возвышенный стиль Священного Писания, и...
Пожалуй, виски – лучшее, что могла предложить раса закоренелых индивидуалистов расе раздолбаев от духовности.
Тысячелетиями Светлые и Темные Иные чтили Великий Договор, на котором держалось хрупкое равновесие между силами Добра и Зла. Но настали смутные времена – и Договор был нарушен! В Санкт-Петербурге, самом магическом городе России, просыпается новая сила, неподвластная ни Свету, ни Тьме. С ее носителями не может совладать ни одна из сторон… И тогда в дело вмешивается Инквизиция!
Судить живых куда легче, чем судить мертвых. Живым всегда что-нибудь нужно.
Тысячелетиями Светлые и Темные Иные чтили Великий Договор, на котором держалось хрупкое равновесие между силами Добра и Зла. Но настали смутные времена – и Договор был нарушен! В Санкт-Петербурге, самом магическом городе России, просыпается новая сила, неподвластная ни Свету, ни Тьме. С ее носителями не может совладать ни одна из сторон… И тогда в дело вмешивается Инквизиция!
...перрон остается. Перроны вообще незыблемы, как Москва. Или как Киев.
Тысячелетиями Светлые и Темные Иные чтили Великий Договор, на котором держалось хрупкое равновесие между силами Добра и Зла. Но настали смутные времена – и Договор был нарушен! В Санкт-Петербурге, самом магическом городе России, просыпается новая сила, неподвластная ни Свету, ни Тьме. С ее носителями не может совладать ни одна из сторон… И тогда в дело вмешивается Инквизиция!
Большое видится лишь на расстоянии. И видится оно, как правило, чистеньким и нарядным.
Тысячелетиями Светлые и Темные Иные чтили Великий Договор, на котором держалось хрупкое равновесие между силами Добра и Зла. Но настали смутные времена – и Договор был нарушен! В Санкт-Петербурге, самом магическом городе России, просыпается новая сила, неподвластная ни Свету, ни Тьме. С ее носителями не может совладать ни одна из сторон… И тогда в дело вмешивается Инквизиция!
На тракторе по минам! На тракторе за пивом! На тракторе за водкой! На тракторе по рожам! На тракторе по бабам! На тракторе по трупам! На тракторе по шпалам! На тракторе по небу! На тракторе по лесу! На тракторе по лужам! На тракторе по струнам! На тракторе по монстрам! Учитесь в институте!
Тысячелетиями Светлые и Темные Иные чтили Великий Договор, на котором держалось хрупкое равновесие между силами Добра и Зла. Но настали смутные времена – и Договор был нарушен! В Санкт-Петербурге, самом магическом городе России, просыпается новая сила, неподвластная ни Свету, ни Тьме. С ее носителями не может совладать ни одна из сторон… И тогда в дело вмешивается Инквизиция!
Арику Турлянскому вообще иногда казалось, что Лайк видит ближайшее будущее очень отчетливо, чуть ли не посекундно. И даже начинал догадываться, что маги уровня Лайка, Артура-Завулона или того же Пресветлого Гесера это будущее сами же во многом и создают. И необъяснимое желание Лайка ехать дневным поездом, и периодические визиты Светлых, и музыкальный ночлег в "Ассоли", и залетный вампир, и даже спутник ведьмы Ларисы Наримановны - это все частички гигантской мозаики будущего, которую Лайк и остальные высшие Иные неторопливо и со вкусом складывают, ревниво следя, чтобы выложенное ими оказалось не тусклее, чем у соседей. А молодняк вроде Ефима и середняки вроде Шведа, Симонова или самого Арика - в сущности, тоже частички мозаики. Ну, в лучшем случае - эдакие подносчики снарядов, то бишь цветных кусочков стекла. Сознавать это было немного грустно, но Арик понимал и то, что осознание - первый шаг на пути от стекляшки в чужих руках к тем, кто сам складывает мозаику. И догадывался о том, что покуда очень плохо представляет себе длину этого пути и то, насколько путь тернист.
Тысячелетиями Светлые и Темные Иные чтили Великий Договор, на котором держалось хрупкое равновесие между силами Добра и Зла. Но настали смутные времена – и Договор был нарушен! В Санкт-Петербурге, самом магическом городе России, просыпается новая сила, неподвластная ни Свету, ни Тьме. С ее носителями не может совладать ни одна из сторон… И тогда в дело вмешивается Инквизиция!
Сумрак жил, как жил тысячи лет до этого и как будет жить всегда. Что ему возня обитателей, большая часть из которых лишь бесплотные тени? Да и сам он, по большому счету, лишь тень истинного мира?
Тысячелетиями Светлые и Темные Иные чтили Великий Договор, на котором держалось хрупкое равновесие между силами Добра и Зла. Но настали смутные времена – и Договор был нарушен! В Санкт-Петербурге, самом магическом городе России, просыпается новая сила, неподвластная ни Свету, ни Тьме. С ее носителями не может совладать ни одна из сторон… И тогда в дело вмешивается Инквизиция!
"Ах ты, господи!" радостно сказал цыпленок, вылупляясь в этот лучший из миров по Лейбницу. "Тьфу ты, черт!" - сказал этот же цыпленок, залупляясь назад по Шопенгауэру.
Тысячелетиями Светлые и Темные Иные чтили Великий Договор, на котором держалось хрупкое равновесие между силами Добра и Зла. Но настали смутные времена – и Договор был нарушен! В Санкт-Петербурге, самом магическом городе России, просыпается новая сила, неподвластная ни Свету, ни Тьме. С ее носителями не может совладать ни одна из сторон… И тогда в дело вмешивается Инквизиция!
Мудрость приходит, когда знаешь, что конец близок.
Тысячелетиями Светлые и Темные Иные чтили Великий Договор, на котором держалось хрупкое равновесие между силами Добра и Зла. Но настали смутные времена – и Договор был нарушен! В Санкт-Петербурге, самом магическом городе России, просыпается новая сила, неподвластная ни Свету, ни Тьме. С ее носителями не может совладать ни одна из сторон… И тогда в дело вмешивается Инквизиция!
- Маладэц! - похвалил Лайк, намеренно копируя акцент. - Какой рэч сказал, вах! - И уже без всякого акцента: - И вообще, работать нужно весело, с огоньком и приколами! Жизнь ведь - в сущности, театр, друзья мои, сплошной и бесконечный театр.
- Драмы или комедии? - справился Швед с живейшим интересом, понятно, тоже наигранным.
- Когда как.
Тысячелетиями Светлые и Темные Иные чтили Великий Договор, на котором держалось хрупкое равновесие между силами Добра и Зла. Но настали смутные времена – и Договор был нарушен! В Санкт-Петербурге, самом магическом городе России, просыпается новая сила, неподвластная ни Свету, ни Тьме. С ее носителями не может совладать ни одна из сторон… И тогда в дело вмешивается Инквизиция!
"- Я позабочусь о тебе и подарю целый мир. Ты станешь сильной, неуязвимой и никогда больше не почувствуешь боли. Никто на этом свете не сравнится с тобой. Тебе понравится, обещаю. Я научу тебя жить, покажу настоящую жизнь."
Потрясающее вампирское фэнтези, мрачное и чарующее. Существует ли вечная любовь? Между ними – два столетия и тайны древнего рода. Из собственных эгоистичных побуждений Эдгар сделал Лауру вампиром, не предоставив ей выбора. Но чем это для него обернется? Каково это – провести жизнь как во сне, чтобы в девятнадцать лет быть обращенной в вампира незнакомцем, загадочным и неотразимым? Кто он и что скрывает? Реальность оказывается страшнее, чем ночной кошмар, а любовь – отравленной. Лауре...
— Теперь моя сестра думает, что я живу с безработным эмигрантом из Польши на десять лет старше меня. — Это даже забавно, — усмехнулся Эдгар.
Потрясающее вампирское фэнтези, мрачное и чарующее. Существует ли вечная любовь? Между ними – два столетия и тайны древнего рода. Из собственных эгоистичных побуждений Эдгар сделал Лауру вампиром, не предоставив ей выбора. Но чем это для него обернется? Каково это – провести жизнь как во сне, чтобы в девятнадцать лет быть обращенной в вампира незнакомцем, загадочным и неотразимым? Кто он и что скрывает? Реальность оказывается страшнее, чем ночной кошмар, а любовь – отравленной. Лауре...
— Если тебе так тяжело убивать девушек, учись убивать мужчин, — посоветовал ей Эдгар. — С твоей ангельской внешностью, моя красавица, это будет проще простого. Однако легче ей не стало.
Потрясающее вампирское фэнтези, мрачное и чарующее. Существует ли вечная любовь? Между ними – два столетия и тайны древнего рода. Из собственных эгоистичных побуждений Эдгар сделал Лауру вампиром, не предоставив ей выбора. Но чем это для него обернется? Каково это – провести жизнь как во сне, чтобы в девятнадцать лет быть обращенной в вампира незнакомцем, загадочным и неотразимым? Кто он и что скрывает? Реальность оказывается страшнее, чем ночной кошмар, а любовь – отравленной. Лауре...
— Что опять случилось? — спросил он с нескрываемым раздражением. — Почему ты плачешь?
— Мне скучно здесь!
— Ты же сама хотела, чтобы мы жили в Лос-Анджелесе. Давай куда-нибудь уедем, например, в Мексику. Там скоро будут праздновать День мертвых.
— Тебе не надоело постоянно бежать? — спросила Лаура с ядовитой злобой.
— А тебе не надоело дни напролет страдать, лить слезы или красить ногти? — не выдержал Эдгар. — Тоска рядом с тобой загробная! Займись чем-нибудь полезным, например, выучи новый язык. Ты отнюдь не глупа, я знаю! У тебя полно свободного времени, ты ничем не обременена. И почти не испытываешь усталости, как смертные.
Потрясающее вампирское фэнтези, мрачное и чарующее. Существует ли вечная любовь? Между ними – два столетия и тайны древнего рода. Из собственных эгоистичных побуждений Эдгар сделал Лауру вампиром, не предоставив ей выбора. Но чем это для него обернется? Каково это – провести жизнь как во сне, чтобы в девятнадцать лет быть обращенной в вампира незнакомцем, загадочным и неотразимым? Кто он и что скрывает? Реальность оказывается страшнее, чем ночной кошмар, а любовь – отравленной. Лауре...
С той поры она одевалась только в черное, словно носила траур по своей жизни, и целыми днями слушала мрачную музыку.
Потрясающее вампирское фэнтези, мрачное и чарующее. Существует ли вечная любовь? Между ними – два столетия и тайны древнего рода. Из собственных эгоистичных побуждений Эдгар сделал Лауру вампиром, не предоставив ей выбора. Но чем это для него обернется? Каково это – провести жизнь как во сне, чтобы в девятнадцать лет быть обращенной в вампира незнакомцем, загадочным и неотразимым? Кто он и что скрывает? Реальность оказывается страшнее, чем ночной кошмар, а любовь – отравленной. Лауре...
— У тебя нет ничего своего, — сказал ей Эдгар, и в его мягком, бархатном голосе отчетливо обозначились металлические нотки. — Ты просто сгусток моей крови, отражение моих мыслей, плод моего воображения. Я нахожу в тебе только то, что хочу видеть. И прошлого у тебя нет.
Потрясающее вампирское фэнтези, мрачное и чарующее. Существует ли вечная любовь? Между ними – два столетия и тайны древнего рода. Из собственных эгоистичных побуждений Эдгар сделал Лауру вампиром, не предоставив ей выбора. Но чем это для него обернется? Каково это – провести жизнь как во сне, чтобы в девятнадцать лет быть обращенной в вампира незнакомцем, загадочным и неотразимым? Кто он и что скрывает? Реальность оказывается страшнее, чем ночной кошмар, а любовь – отравленной. Лауре...
— Ты такая же истеричка, как твоя мать, — холодно бросил он. — Никогда больше так не делай. Не смей, слышишь? Нельзя шутить с магией.
Потрясающее вампирское фэнтези, мрачное и чарующее. Существует ли вечная любовь? Между ними – два столетия и тайны древнего рода. Из собственных эгоистичных побуждений Эдгар сделал Лауру вампиром, не предоставив ей выбора. Но чем это для него обернется? Каково это – провести жизнь как во сне, чтобы в девятнадцать лет быть обращенной в вампира незнакомцем, загадочным и неотразимым? Кто он и что скрывает? Реальность оказывается страшнее, чем ночной кошмар, а любовь – отравленной. Лауре...
— Я устала быть бледной тенью с твоих выцветших портретов и не вижу смысла скрывать свою сущность, — ответила она с вызовом. — Кроме того, черный сейчас в моде, поэтому я покрасила волосы.
— Мне всегда больше нравились блондинки, — недовольно сказал Эдгар, не успев привыкнуть к ее новому облику.
— Да мне все равно, что тебе нравится. Неужели ты будешь указывать мне, как краситься и какую
одежду носить?
Потрясающее вампирское фэнтези, мрачное и чарующее. Существует ли вечная любовь? Между ними – два столетия и тайны древнего рода. Из собственных эгоистичных побуждений Эдгар сделал Лауру вампиром, не предоставив ей выбора. Но чем это для него обернется? Каково это – провести жизнь как во сне, чтобы в девятнадцать лет быть обращенной в вампира незнакомцем, загадочным и неотразимым? Кто он и что скрывает? Реальность оказывается страшнее, чем ночной кошмар, а любовь – отравленной. Лауре...
В твоем распоряжении целый мир и бесконечное время, а ты не хочешь приложить ни малейших усилий, чтобы стать умнее или сильнее.
Потрясающее вампирское фэнтези, мрачное и чарующее. Существует ли вечная любовь? Между ними – два столетия и тайны древнего рода. Из собственных эгоистичных побуждений Эдгар сделал Лауру вампиром, не предоставив ей выбора. Но чем это для него обернется? Каково это – провести жизнь как во сне, чтобы в девятнадцать лет быть обращенной в вампира незнакомцем, загадочным и неотразимым? Кто он и что скрывает? Реальность оказывается страшнее, чем ночной кошмар, а любовь – отравленной. Лауре...
— Я убила тебя, мой обреченный мальчик, — всхлипывала она его кровью. — Неизвестно только, кто из нас мертвее…
Потрясающее вампирское фэнтези, мрачное и чарующее. Существует ли вечная любовь? Между ними – два столетия и тайны древнего рода. Из собственных эгоистичных побуждений Эдгар сделал Лауру вампиром, не предоставив ей выбора. Но чем это для него обернется? Каково это – провести жизнь как во сне, чтобы в девятнадцать лет быть обращенной в вампира незнакомцем, загадочным и неотразимым? Кто он и что скрывает? Реальность оказывается страшнее, чем ночной кошмар, а любовь – отравленной. Лауре...
Все люди уверяют, что любят себе подобных, но никто не желает жить в коммунальной квартире.
Такого еще не бывало! За Дашей Васильевой ухаживают сразу три кавалера. Но ни один из них не покорил ее сердце. Что же делать? Даша решила сбежать куда подальше и, недолго думая, купила путевку на экзотический остров. Однако отвлечься от проблем не удалось и там! Оказывается, кое-кто из туристов прилетел на остров вовсе не отдыхать. Пришлось любительнице частного сыска заняться привычным делом и проследить за подозрительным торговцем антиквариатом Геной. А он подлым образом заманил Дашу в лавку,...
Обижать мужчину – не лучший способ сохранить с ним отношения.
Такого еще не бывало! За Дашей Васильевой ухаживают сразу три кавалера. Но ни один из них не покорил ее сердце. Что же делать? Даша решила сбежать куда подальше и, недолго думая, купила путевку на экзотический остров. Однако отвлечься от проблем не удалось и там! Оказывается, кое-кто из туристов прилетел на остров вовсе не отдыхать. Пришлось любительнице частного сыска заняться привычным делом и проследить за подозрительным торговцем антиквариатом Геной. А он подлым образом заманил Дашу в лавку,...
Любовь – это игра, а в игре можно жульничать.
Такого еще не бывало! За Дашей Васильевой ухаживают сразу три кавалера. Но ни один из них не покорил ее сердце. Что же делать? Даша решила сбежать куда подальше и, недолго думая, купила путевку на экзотический остров. Однако отвлечься от проблем не удалось и там! Оказывается, кое-кто из туристов прилетел на остров вовсе не отдыхать. Пришлось любительнице частного сыска заняться привычным делом и проследить за подозрительным торговцем антиквариатом Геной. А он подлым образом заманил Дашу в лавку,...
- Любовь - это игра, а в игре можно жульничать.
Такого еще не бывало! За Дашей Васильевой ухаживают сразу три кавалера. Но ни один из них не покорил ее сердце. Что же делать? Даша решила сбежать куда подальше и, недолго думая, купила путевку на экзотический остров. Однако отвлечься от проблем не удалось и там! Оказывается, кое-кто из туристов прилетел на остров вовсе не отдыхать. Пришлось любительнице частного сыска заняться привычным делом и проследить за подозрительным торговцем антиквариатом Геной. А он подлым образом заманил Дашу в лавку,...