Похоже, неприязнь у них вполне взаимная. Вот она, гармония отношений!
Я в раю - не кантовать.
– Я рада. Я очень рада тому, какой ты у меня лояльный! – От души поцеловав своего «не тирана», я подхватила пакеты и поторопилась наверх одеваться. Уже когда я почти поднялась, мне в спину тихо пробормотали:
– Я не лояльный… Я просто не самоубийца.
– Ты тиран.
– Я в курсе.
– Деспот.
– Да, ребята мне говорили.
– Я имею право на свое мнение!
– А я разве утверждаю иное? – Фэрри уже откровенно потешался надо мной, но лично для меня это были далеко не шутки.
Можно зациклиться и впасть в уныние от невозможности изменить реальность, а можно перелистнуть страницу и начать новый жизненный этап. Я предпочту второе, потому что меня это устраивает намного больше, чем первое.
"Ой, заботливый ты мой. Может ещё накосячить?"
Пусть я буду тощей и чумазой голодранкой, но я буду свободной! Ни одно сытое рабство не стоит запаха свободы.
– Дурак! Я дам столько денег, что не только тебе, но и твоим внукам не нужно будет работать!
– Не дай Всевидящий, – попятился Верис. – Не хватало ещё бездельников растить! Праздность до добра не доводит, а что легко даётся, то не ценится. Нет, ваше величество, не нужно мне столько денег, чтобы не работать! Я без дела и недели не выдержу...
Тряпка вы после этого, а не следователь! Никогда не осмеливался бранить вас, а теперь бы меня вынуждаете! Тряпка! Халат!
Жизнь слишком коротка, чтобы оглядываться назад. Вы только сбиваетесь с пути, спотыкаетесь и терпите неудачи.
«Что ты делаешь сегодня вечером?» — спросил он в первый раз, когда они встретились. Она ответила: «Ничего». «Я тоже. Давай вместе ничего не делать».
Клянусь вам честью, я начинаю веровать в свою гениальность.
Да пейте же, чёрт вас возьми. Разбудили, так пейте. <…> Любовь, водка и закуска!
Дело ведь какое! Дело-то!... Роман, а не дело!
Что может иногда сделать человек, изгнанный из семинарии и начитавшийся Габорио, так уму непостижимо! С сегодняшнего дня начинаю уважать себя!
Она, староверка, убила его из фанатизма! Мало того, что она убила плевел, развратника, она освободила мир от антихриста - и в этом, мнит она, ее заслуга, ее религиозный подвиг! О, вы не знаете этих старых дев, староверок! Прочитайте-ка Достоевского! А что пишут Лесков, Печерский!.. Она и она, хоть зарежьте! Она душила! О, ехидная баба!
А вам непременно подавай топор, окровавленные простыни!.. Юристы!
Распутство не доводит до добра!
Мы к вам с просьбой. Вы, конечно, уже слышали... Существует подозрение, что ваш братец, некоторым образом, убит. Божья воля, знаете ли... Смерти не миновать никому, ни царям, ни пахарям. Не можете ли вы помочь нам каким-либо указанием, разъяснением...
— Мы и сами умеем трудные дела разбирать, — сказал он. — А ваше дело не лезть, куда не следует. Пишите себе под диктовку, когда вам диктуют, — вот ваше дело!
Эдит пальцами проверила ее волосы. На ощупь они были мягкие и шелковистые, и на нее нахлынул исходящий от них аромат духов. «Баленсиага», — подумала Эдит и поглубже втянула в себя воздух.
Но что значит вся логика против факта, что он ошибался?
Самый страшный в мире дом с привидениями пугал ее меньше, чем одиночество.
Самый страшный в мире дом с привидениями пугал ее меньше, чем одиночество.
Наука — это не просто совокупность фактов. Прежде всего это метод исследования, и нет никакой вразумительной причины, почему бы парапсихические явления не исследовать по этому методу, поскольку парапсихология, так же как физика и химия,— естественная наука.А значит, это интеллектуальный барьер, который человек неизбежно должен преодолеть. Как только парапсихология будет классифицирована как философская концепция. Это биологическая реальность, и наука не может постоянно избегать этого факта. И так уже потеряно слишком много времени у дальних границ этого неопровержимо существующего царства. Теперь нужно войти, изучить его и исследовать. Морселли выразил это так: «Пришло время положить конец этому демонстративному, негативному отношению, этому постоянному наведению тени сомнения улыбкой или сарказмом. Печальным проклятием нашего времени является то, что эти слова были опубликованы шестьдесят лет назад,— потому что негативное отношение, о котором писал Морселли, по-прежнему преобладает. В самом деле...