Дал мне бог судьбу какую. Дик я, зол и бессердечен, Если плачу и тоскую.
Человек, лишенный сердца, По своим живет законам. Сердце в муках умирает, Вслед за сердцем гаснет ум. Человек, ума лишенный, Своеволен и угрюм.
Если изгнать саксов, Британия все равно останется недужной, ибо мы рискуем утратить своих богов. Христианство распространяется быстрее, чем саксы, а для богов христиане ненавистнее любого захватчика. Если новую веру не остановить, боги покинут нас навсегда, а что Британия без них? Однако если мы обуздаем богов и вернем их в Британию, и саксы, и христиане рассеются сами собой. Мы боремся не с той болезнью, Дерфель.
Как странно, подумалось мне: церковь, проповедующая бедность, никогда не прощает должников.
Самое время, говорит мне Игрейна, писать о былом. Она принесла новую стопку телячьих кож, бутылочку свежеприготовленных чернил и пучок перьев. Расскажи мне об Артуре, просит она, о нашей лучшей и последней надежде, о короле, который никогда не был королем, о враге Божьем и биче саксов. Расскажи об Артуре.
- Даже призналась: она не хочет этого брака. - А с какой стати ей хотеть? Она никогда не видела Ланселота. Мне не нужно ее желание, мне нужна лишь покорность.
И если Кайнвин не будет моей, какая разница, кого взять в жены.
Она никогда не поднимется высоко, но никогда и не падет низко. Она будет счастлива.
Магия не всегда удается, но я в нее верил.
Порою боги выбирают себе самых нелепых любимчиков.
Мы те, кто мы есть, а не те, кто были раньше. Нельзя обратить время вспять.
Оглянитесь вокруг себя сколь немногие сохраняют до старости привязанность тех, с кем дружба соединила их еще в молодости! Источники наших общих радостей иссякают, чем дольше мы странствуем по земной юдоли, и мы высекаем для себя новые водоемы, к которым не допускаются первые спутники наших скитаний, — ревность, соперничество, зависть своим вмешательством отделяют их от нас, и под конец остаются лишь те, кто связан с нами более привычкой, нежели склонностью, более узами крови, нежели расположением, люди, лишь затем проводящие время со стариком, пока он жив, чтобы он не забыл о них, умирая.
Кто вредит или стремится тебе вредить? Только твой необузданный нрав! Каким опасностям бросаешь ты вызов? Только тем, которые сам на себя накликаешь.
Артур, бич саксов, владыка Британии, человек, которого любовь ранила сильнее, нежели меч и копье.
- Ему нужна жена. - Или просто женщина. - Нет. Артур не из таких. Он не может переспать с женщиной и уйти восвояси как ни в чем не бывало. Он не видит разницы между желанием и любовью. Когда Артур вручает душу, он отдает всего себя - по мелочам он себя не разменивает.
Я отказываюсь править в Британии, где детей убивают того ради, чтобы спасти жизнь взрослым. Я хочу, чтобы меня запомнили как человека справедливого, - промолвил Артур, - на руках моих и без того довольно крови.
Мужчины, когда им больно, ведут себя безрассудно.
Тот, кто мстит, иногда жалеет о совершенном, тот, кто прощает, никогда не жалеет об этом.
...несчастные нередко уповают на самое невероятное и, подобно жертвам кораблекрушения, хватаются за плывущую щепку.
Если важно знать, где находятся друзья, то еще важнее знать, где враги!
Иной раз развязка опрокидывает самые блестящие ожидания.
Тот, кто мстит, иногда жалеет о совершенном, тот, кто прощает, никогда не жалеет об этом.
...несчастные нередко уповают на самое невероятное и, подобно жертвам кораблекрушения, хватаются за плывущую щепку.
Если важно знать, где находятся друзья, то еще важнее знать, где враги!
Иной раз развязка опрокидывает самые блестящие ожидания.