Цитаты

Хомяк — животное милое. И пушистое. Жрет, гадит, размножается. Но если тебе хочется в доме хомяка — так его и заводи. А замуж-то зачем за него выходить? Даже если он человекообразный?

Ремонт… Как много в этом слове! Других подтекстов. В основном — матерных.

После завтрака мы дождались, когда база у меня полностью загрузится, и отправились в медсектор для стандартной проверки. Лидия шла рядом и на ходу щупала себе живот.
- Бабуль, кажется, у меня этот, как его - аппендицит! - сказала она, когда мы стали подниматься по лестнице.
- Он с другой стороны, - мельком глянув на неё, ответила бабушка. - Пирожные меньше есть надо.
Что-то бурча, сестренка продолжала топать рядом. Ей жуть как хотелось оказаться на моём месте.

Я - выживу

Владимир Поселягин

Валентин Азенштейн после крушения самолета очнулся пятилетним мальчишкой в далеком будущем на одной из планет Диких миров. Теперь у него новая семья и планы на будущее, один из них — найти Землю или то, что от нее осталось. Однако все планы пошли прахом после нападения на деревню банды традов. И вот главный герой, прихватив в охапку младших сестричек и бабушку, прячется в тайном убежище с полными складами гражданской обороны, чтобы позже вернуться и отомстить.

Все страдания, которые по разным поводам приходится переносить человеку в течение всей его жизни, относительны, и подлинную их глубину можно понять лишь в сравнении.

Блокада. Роман-эпопея в одном томе

Александр Чаковский

Роман А. Чаковского БЛОКАДА посвящен подвигу советских людей в Великой Отечественной войне. Роман-эпопея повествует о событиях, предшествовавших началу войны, и о первых месяцах героического сопротивления на подступах к Ленинграду, и о наиболее напряженном периоде в войне - осени 1941 года, когда враг блокировал город Ленина и стоял на подступах к Москве. Заключительная книга романа-эпопеи БЛОКАДА, охватывающая период с конца ноября 1941 года по январь 1943 года, рассказывает о создании...

Пройдет много лет, и те из них, которым удастся избежать нюрнбергской петли, бросятся в архивы, станут лихорадочно листать свои дневники, выискивая в них доказательства разногласий с Гитлером еще на ранней стадии войны.
Эти генералы начнут рисовать Гитлера диктатором, единолично ответственным как за то, что война вообще разразилась, так и за ее ведение. И это будет одним из самых разительных примеров фальсификации истории, какие знало человечество.

Блокада. Роман-эпопея в одном томе

Александр Чаковский

Роман А. Чаковского БЛОКАДА посвящен подвигу советских людей в Великой Отечественной войне. Роман-эпопея повествует о событиях, предшествовавших началу войны, и о первых месяцах героического сопротивления на подступах к Ленинграду, и о наиболее напряженном периоде в войне - осени 1941 года, когда враг блокировал город Ленина и стоял на подступах к Москве. Заключительная книга романа-эпопеи БЛОКАДА, охватывающая период с конца ноября 1941 года по январь 1943 года, рассказывает о создании...

аро

Делай ставки, которые делают деньги. Стратегии ставок на спорт

Алексей Шалин

Ставки на спорт могут принести много денег, но каждый раз это большой риск. Нужно постоянно работать над своим умением делать ставки – вот ключ к успеху. Эта книга рассказывает о том, как перестать проигрывать и начать стабильно получать прибыль. В книге шесть частей с заданиями для закрепления полученных знаний. Каждую часть можно освоить за один день, затем отработать ее на практике и перейти к новой. В итоге вы научитесь всегда выходить в плюс!

--Слухи — очень ненадежная вещь.
— Ну это смотря сколько они стоили.
— Тогда я бы отнесла это в разряд «сведения».

Разная доля нас ожидает

Александра Черчень

Путь от принцессы до Императрицы почти закончен. Испытание минуло, помолвка с любимым заключена, и даже назначена дата коронации. Но так ли все легко и просто в этом мире, как кажется? Чего будет стоить Александре стать правительницей в полном смысле этого слова? Ведь люди предполагают, а стихии располагают и… вмешиваются в судьбы.

Меня одевали две фрейлины, остальных послала… за новыми нитками для вышивания. Судя по их взглядам, они прекрасно поняли, что я их просто послала.

Разная доля нас ожидает

Александра Черчень

Путь от принцессы до Императрицы почти закончен. Испытание минуло, помолвка с любимым заключена, и даже назначена дата коронации. Но так ли все легко и просто в этом мире, как кажется? Чего будет стоить Александре стать правительницей в полном смысле этого слова? Ведь люди предполагают, а стихии располагают и… вмешиваются в судьбы.

Ну а мне очень хотелось послушать! Видимо, «синдром сплетниц» у женского рода неистребим! Как, впрочем, и у мужского. Они те еще болтуны!

Разная доля нас ожидает

Александра Черчень

Путь от принцессы до Императрицы почти закончен. Испытание минуло, помолвка с любимым заключена, и даже назначена дата коронации. Но так ли все легко и просто в этом мире, как кажется? Чего будет стоить Александре стать правительницей в полном смысле этого слова? Ведь люди предполагают, а стихии располагают и… вмешиваются в судьбы.

Однако это жизненная необходимость- бежать от боли и холода чтобы отогреться, залечить раны и выжить! Прости тех,кто от тебя убегал. Ты была не права, они были не правы.

Слова, которые нам не говорили родители

Вячеслав Прах

Молчание вместо поддержки, строгие отповеди вместо объятий, сложные отношения как норма жизни. Однажды привыкнув к такому, трудно представить, что можно как-то иначе относиться к своим возлюбленным, к своим детям, к своим родителям… что можно иначе относиться к самим себе. Тем, кому посвящена эта книга, предстоит многое узнать и переосмыслить, чтобы не просто выжить в этом мире, но наслаждаться им. Любовь делает нас абсолютно свободными. Любя – мы живем. Не любя – мы тоже живем. Если мы...

Я желаю тебе, мой дорогой, найти себя и быть собой до конца. Любить свое дело, как самую восхитительную женщину, в объятиях которой хотелось бы встретить старость.

Слова, которые нам не говорили родители

Вячеслав Прах

Молчание вместо поддержки, строгие отповеди вместо объятий, сложные отношения как норма жизни. Однажды привыкнув к такому, трудно представить, что можно как-то иначе относиться к своим возлюбленным, к своим детям, к своим родителям… что можно иначе относиться к самим себе. Тем, кому посвящена эта книга, предстоит многое узнать и переосмыслить, чтобы не просто выжить в этом мире, но наслаждаться им. Любовь делает нас абсолютно свободными. Любя – мы живем. Не любя – мы тоже живем. Если мы...

Мы порой годами собираем уважение к себе чайными ложками, а из-за одного поступка выливаем его ведрами.

Слова, которые нам не говорили родители

Вячеслав Прах

Молчание вместо поддержки, строгие отповеди вместо объятий, сложные отношения как норма жизни. Однажды привыкнув к такому, трудно представить, что можно как-то иначе относиться к своим возлюбленным, к своим детям, к своим родителям… что можно иначе относиться к самим себе. Тем, кому посвящена эта книга, предстоит многое узнать и переосмыслить, чтобы не просто выжить в этом мире, но наслаждаться им. Любовь делает нас абсолютно свободными. Любя – мы живем. Не любя – мы тоже живем. Если мы...

Каждый новый день- это повод быть счастливым. Пока наши близкие люди живы и здоровы - мы просто должны быть счастливым, несмотря ни на что.

Слова, которые нам не говорили родители

Вячеслав Прах

Молчание вместо поддержки, строгие отповеди вместо объятий, сложные отношения как норма жизни. Однажды привыкнув к такому, трудно представить, что можно как-то иначе относиться к своим возлюбленным, к своим детям, к своим родителям… что можно иначе относиться к самим себе. Тем, кому посвящена эта книга, предстоит многое узнать и переосмыслить, чтобы не просто выжить в этом мире, но наслаждаться им. Любовь делает нас абсолютно свободными. Любя – мы живем. Не любя – мы тоже живем. Если мы...

"На свете так много женщин, с которыми можно спать, и так мало женщин, с которыми можно поговорить" Хемингуэй

Слова, которые нам не говорили родители

Вячеслав Прах

Молчание вместо поддержки, строгие отповеди вместо объятий, сложные отношения как норма жизни. Однажды привыкнув к такому, трудно представить, что можно как-то иначе относиться к своим возлюбленным, к своим детям, к своим родителям… что можно иначе относиться к самим себе. Тем, кому посвящена эта книга, предстоит многое узнать и переосмыслить, чтобы не просто выжить в этом мире, но наслаждаться им. Любовь делает нас абсолютно свободными. Любя – мы живем. Не любя – мы тоже живем. Если мы...

Светлые боги! Разве миссия «развод», начавшаяся встречей с бывшим женихом и его новой пассией, могла продолжиться по-человечески, а не через то самое место, которое нормальные люди пристраивают на стулья? Или только я на это место вечно нахожу приключения?

– Но зачем ты пришла в пустые покои? – наконец нашлась я. – Было интересно, как вы тут поживаете. И обнаружила, что здесь только одна кровать. – Она поднялась и ткнула в нашу сторону пальцем: – Вы спите вместе. – Что вы, эсса Хилберт, мы спим по очереди.

– Утром мама уедет! – Ты в это веришь? – с изрядной долей скепсиса уточнил Доар. – Нет, но говорят, если повторить желание десять раз, то оно обязательно сбудется.

Вoзьми себя в руки, Аделис, пусть они и трясутся, как у припадочной. Ты все еще приличная холодная эсса. Нельзя сдаваться только на вторую ночь, надо продержаться хотя бы до следующей седмицы!

— Доар! — рявкнула я. — Заморозь паршивку, — с почти неприличным спокойствием приказал он. — Ты о маме?! — возмущенно охнула я. — О горгулье. — Если бы он являлся девицей,то точно манерно закатил бы глаза.

— Я убью эту женщину. У тебя точно нет снотворных капель? — проскрипел Доар. — Для тебя? — проблеяла я. — Для тещи! — Только успокоительные. —Успокоительные капли уже не помешают мне, — буркнул он.

- Как ты относишься к конькам?
- Сдержанно, - настороженно отозвалась я, следя за тем, как он приближается.
- Зато я люблю с детства.
- Пруды ещё не замёрзли, - отозвалась я.
- Разве это проблема? - ухмыльнулся Доар.
- Если я заморожу пруд в городе, то расстрою рыбаков. Они, может, ещё ходят с удочками и это... Добывают пропитание.
- В восточной долине пропитание добывают разве что городские голуби, - ухмыльнулся Доар.
- Вот! - чопорно кивнула я. - Не будем расстраивать голубей.
- На прудах живут утки, - заметил он. - И они уже улетели в Сафрий.
Проклятье! Утки, что с вами? Было сложно подождать?

Некоторое время в абсолютном молчании мы не сводили друг с друга глаз. - Что ты здесь делаешь? - наконец вымолвил он. - Ну как же? - издевательски развела руками я. - В письме ты послал меня... - В задницу, - услужливо напомнил Доар. - Именно! - быстро улыбнулась. - Так вот я здесь.

— Πриятного аппетита, риаты, — едва заметно улыбнулась я. — Πозвольте вас покинуть, что-то голова разболелась. Восславься та женщина, которая первой придумала спихивать закидоны на головную боль! Подозреваю, что дамочке с мигренью простят любые причуды, лишь бы не корчила физиономию,изображая смертельные муки.

– Желаешь разделить со мной ложе? – Рехнулся? Я желаю разделить с тобой развод!

Объяснения отнимают у вещей всю прелесть.