— Что ты, какие обиды. Я тебе только руку сломаю, и все забудем.
Ремарк впервые встретился с Марлен в сентябре 1937 года.
- Когда вы написали свой шедевр "На Западном фронте без перемен"? - просила она.
- Ровно семь лет назад, в 1930 году.
- Удивительное совпадение: тридцатый год счастливый для меня - он принес "Голубого ангела"
О Ремарке:Они полюбили друг друга с первого взгляда - другого начала Марлен тогда не признавала. В успешном дебюте и его, и её в последствии обнаружилось нечто тревожное.
Трудно сказать, почему Марлен в своих мемуарах, уделяя внимание случайным в её жизни людям, так мало пишет о Ремарке. Он не был эпизодом, прошел рядом с ней почти всю жизнь. Правда, не всегда по её желанию.
Хемингуэй о Дитрих:Если бы у неё не было ничего другого, кроме голоса, все равно одним этим она могла бы разбивать ваши сердца. Но она обладает еще таким прекрасным телом и таким бесконечным очарованием лица... Марлен устанавливала свои собственные жизненные правила, и они не менее строги, чем те, которые в десяти заповедях. И вот что, вероятно, составляет её тайну. Редко когда человек такой красоты и таланта способен столь на многое, ведя себя в абсолютном соответствии со своими понятиями о добре и зле, имея достаточно ума и смелости предписывать себе собственные правила поведения.
Хемингуэй дал мой портрет, и многие считают абсолютно точный, в "Островах на океане". Его героиня там даже актриса, мать детей рассказчика, и многие друзья со смехом спрашивали меня, как я сумела так быстро забеременеть, скрыв это от них!
Эдит Пиаф принесла ноты новой песни из своего репертуара "Жизнь в розовом цвете" и, сияя от счастья, сказала:
- Эта песня - сегодняшнее ваше достояние.
О песне "Лили Марлен":Американский классик Джон Стейнбэк назвал её самой прекрасной песней всех времен и народов. Геббельс, как только Германия стала терпеть на Востоке удар за ударом, запретил её, назвав пессимистической.
Марлен замолчала, сделала несколько глотков шампанского и затем закурила.
- Вы любите книги Хемингуэя? - прервал я паузу. - Расскажите о своих литературных пристрастиях.
- Вот теперь я действительно чувствую, что я в России, - засмеялась Марлен. - За свою жизнь я давала сотни интервью и, поверьте, меня ни разу не спросили, каким книгам я отдаю предпочтение, да и вообще, умею ли я читать. Во всем мире журналистов интересует все, только не это.
- Люблю поэзию Рильке, Бодлера. Прозу Ремарка, Хемингуэя, Бёлля.
- А русскую? - спросил я.
- Прозу Константина Паустовского! - ответила Марлен неожиданно. - Его рассказ "Телеграмма" - гениальный!
С одержимостью любовника я отношусь к книге и её характерам, как будто они являются моей собственностью и рождены моей фантазией.
У всякого безумия есть своя логика. Шекспир
Внезапно его посетило довольно неприятное чувство. Он задумался, а нормально ли для восьмилетнего ребенка беспокоиться, красивый он или нет.
И сказал Бог: “С членом не познаешь наслаждения”, и женщины не познавали наслаждения.
После родов она почти сразу поняла одну вещь: дети – это вечные проблемы.
Первый раз в жизни девушка сказала, что любит его. Быть может, вообще первый раз в жизни человеческое существо произносило в его адрес эти слова, которые все вокруг считают заурядными, пошлыми, лживыми. Кажется, Марианна однажды вечером сказала ему что-то подобное, когда перепилась, но алкоголь превращал ее в психопатку с диссоциативным расстройством, а потом, с приятелями это не совсем считается. Он не помнил, чтобы мать когда-нибудь говорила, что любит его. Хотя такое наверняка случалось, но тонуло в море попреков. “Ты мой сын, и я тебя люблю, но я не потерплю, чтобы ты разговаривал со мной в таком тоне, чтобы ты разбрасывал свою обувь по всему коридору, чтобы ты не выносил мусор, чтобы ты не звонил дедушке”. Всякое “я тебя люблю” оборачивалось отрицанием, служило лишь прелюдией к обвинительным речам. Это было родительское “я тебя люблю”, родители обязаны любить своих детей или, по крайней мере, говорить, что любят. Но до сегодняшнего вечера никто и никогда не говорил ему “я тебя люблю”, чтобы сказать: “Я люблю тебя таким, какой ты есть”.
Он вдруг понял, что первый раз в жизни беспокоится о будущем – верный признак старения.
Интернет стал Америкой для социальных инвалидов.
Каждый человек печатает в своем собственном, только ему присущем ритме, у каждого своя манера нажимать на клавиши, создающая неповторимую, сугубо личную музыку.
Главная проблема дорогих вещей: они заставляют вас менять свои привычки.
Но Женщина – не живой человек. Она идеал. Пусть грешница, пусть искусительница, она и в своих недостатках и пороках представала чем-то возвышенным.
Я стала нечувствительной к собственному несчастью.
Наш мир одновременно везде и нигде, но не там, где живут наши тела.
Жизнь – не басня Лафонтена и не “Вопросы для чемпиона”. Тут нет какого-то одного правильного или неправильного ответа. Каждый выбирает для себя.
большинство людей считает интернет виртуальным пространством, тогда как он едва ли не реальнее самой жизни. Виртуален не web, виртуальным стал реальный мир.
Она могла бы, к примеру, стать редактором-фрилансером в рекламном агентстве. Но реклама – это смерть. В самом прямом смысле. Вихрь, высасывающий из человека все его содержание и заменяющий его совокупностью фантасмагорических образов.