Цитаты

Смерть – это личное дело каждого, и она порождает печаль, отчаяние, жгучие муки или холодную философию.

Квартал Тортилья-Флэт

Джон Стейнбек

Вниманию читателей предлагается книга «Квартал Тортилья-Флэт», принадлежащая перу выдающегося американского писателя, лауреата Нобелевской премии по литературе (1962) Джона Стейнбека. Действие разворачивается в калифорнийском городке Монтерей, в среде пайсано — потомков испанцев, индейцев и мексиканцев; ее герои — очаровательные плуты и бездельники Дэнни, Пилон, Пабло и другие — промышляют аферами и воровством, то и дело оказываясь за решеткой. Однако грубость нравов сочетается у них с...

Сперва ему немного докучали клопы, но когда они привыкли к его вкусу, а он свыкся с их укусами, недоразумения между ними прекратились.

Квартал Тортилья-Флэт

Джон Стейнбек

Вниманию читателей предлагается книга «Квартал Тортилья-Флэт», принадлежащая перу выдающегося американского писателя, лауреата Нобелевской премии по литературе (1962) Джона Стейнбека. Действие разворачивается в калифорнийском городке Монтерей, в среде пайсано — потомков испанцев, индейцев и мексиканцев; ее герои — очаровательные плуты и бездельники Дэнни, Пилон, Пабло и другие — промышляют аферами и воровством, то и дело оказываясь за решеткой. Однако грубость нравов сочетается у них с...

Одинокие удильщики, которые верят в то, что рыба клюет только во время прилива, покинули свои скалы, и их места заняли те, кто убежден, что рыба клюет только во время отлива.

Квартал Тортилья-Флэт

Джон Стейнбек

Вниманию читателей предлагается книга «Квартал Тортилья-Флэт», принадлежащая перу выдающегося американского писателя, лауреата Нобелевской премии по литературе (1962) Джона Стейнбека. Действие разворачивается в калифорнийском городке Монтерей, в среде пайсано — потомков испанцев, индейцев и мексиканцев; ее герои — очаровательные плуты и бездельники Дэнни, Пилон, Пабло и другие — промышляют аферами и воровством, то и дело оказываясь за решеткой. Однако грубость нравов сочетается у них с...

Какой толк в наказании, ели оно ничему не учит?

Квартал Тортилья-Флэт

Джон Стейнбек

Вниманию читателей предлагается книга «Квартал Тортилья-Флэт», принадлежащая перу выдающегося американского писателя, лауреата Нобелевской премии по литературе (1962) Джона Стейнбека. Действие разворачивается в калифорнийском городке Монтерей, в среде пайсано — потомков испанцев, индейцев и мексиканцев; ее герои — очаровательные плуты и бездельники Дэнни, Пилон, Пабло и другие — промышляют аферами и воровством, то и дело оказываясь за решеткой. Однако грубость нравов сочетается у них с...

Этой даме было лет сорок пять, и она уже давно и небезуспешно вдовела.

Квартал Тортилья-Флэт

Джон Стейнбек

Вниманию читателей предлагается книга «Квартал Тортилья-Флэт», принадлежащая перу выдающегося американского писателя, лауреата Нобелевской премии по литературе (1962) Джона Стейнбека. Действие разворачивается в калифорнийском городке Монтерей, в среде пайсано — потомков испанцев, индейцев и мексиканцев; ее герои — очаровательные плуты и бездельники Дэнни, Пилон, Пабло и другие — промышляют аферами и воровством, то и дело оказываясь за решеткой. Однако грубость нравов сочетается у них с...

Вечер приближался так же незаметно, как приближается старость к счастливому человеку. К солнечному сиянию добавилось немножко больше золота. Залив стал чуть синей, и по нему побежали морщинки от берегового ветра. Одинокие удильщики, которые верят в то, что рыба клюет только во время прилива, покинули свои скалы, и их места заняли те, кто убежден, что рыба клюет только во время отлива.В три часа ветер переменился и легонько подул с моря, принося с собой бодрящие запахи всевозможных водорослей. Чинившие сети на пустырях Монтерея отложили свои иглы и свернули сигареты. Жирные дамы с глазами, скучающими и мудрыми, как глаза свиней, ехали по улицам города в пыхтящих автомобилях к отелю «Дель Монте», где их ждали чай и джин с содовой. На улице Альварадо Гуго Мачадо, портной, повесил на дверь своей мастерской записку: «Буду через пять минут» и ушел домой, чтобы больше в этот день не возвращаться.

Квартал Тортилья-Флэт

Джон Стейнбек

Вниманию читателей предлагается книга «Квартал Тортилья-Флэт», принадлежащая перу выдающегося американского писателя, лауреата Нобелевской премии по литературе (1962) Джона Стейнбека. Действие разворачивается в калифорнийском городке Монтерей, в среде пайсано — потомков испанцев, индейцев и мексиканцев; ее герои — очаровательные плуты и бездельники Дэнни, Пилон, Пабло и другие — промышляют аферами и воровством, то и дело оказываясь за решеткой. Однако грубость нравов сочетается у них с...

Когда они вошли в лес, наступила ночь. Их ноги ступали по ковру из опавшей хвои. И Пилон понял, что ночь эта совершенна. Небо подернулось туманной дымкой. и лунный свет между деревьями колыхался, как легкая газовая ткань. Исчезла четкость форм, которую мы привыкли отождествлять с реальностью. Стволы сосен казались не черными деревянными колоннами, а мягкими полупрозрачными тенями. В неверном свете смутные пятна кустов непрерывно меняли свои очертания. В такую ночь привидения могли смело разгуливать по земле, не страшась людского неверия, ибо это была колдовская ночь и ее чарам не поддался бы лишь самый тупой и нечувствительный человек.

Квартал Тортилья-Флэт

Джон Стейнбек

Вниманию читателей предлагается книга «Квартал Тортилья-Флэт», принадлежащая перу выдающегося американского писателя, лауреата Нобелевской премии по литературе (1962) Джона Стейнбека. Действие разворачивается в калифорнийском городке Монтерей, в среде пайсано — потомков испанцев, индейцев и мексиканцев; ее герои — очаровательные плуты и бездельники Дэнни, Пилон, Пабло и другие — промышляют аферами и воровством, то и дело оказываясь за решеткой. Однако грубость нравов сочетается у них с...

…Я ещё не видел такого путаного, пёстрого, лёгкого и великолепного города, как Тифлис.

Бросок на юг

Константин Паустовский

В первый том произведений Константина Георгиевича Паустовского вошли повести «Время больших ожиданий» и «Бросок на юг» из цикла «Повесть о жизни». «Бросок на юг» приводит К. Паустовского на «трехпогибельный Кавказ». Патриархальная Абхазия, Батум эпохи «порто-франко», фантастический Тифлис художников и поэтов… Повести сопровождаются неизвестными широкому читателю дневниковыми записями Паустовского и письмами людям, ставшим прообразами героев его произведений. Сын писателя, Вадим Константинович...

Те, кто не был в Одессе, могут представить эти греческие дворы с чужих слов, но никогда не поймут, в чём их прелесть. Надо увидеть такой двор или пожить в нём хоть несколько дней, чтобы это понять… Это прямоугольные внутренние дворы, окружённые со всех сторон старым двухэтажным домом. Единственный выход из этих дворов — подворотня на улицу. Все комнаты и квартиры из обоих этажей выходят на старые деревянные террасы и такие же деревянные лестницы.
Террасы тянутся вдоль стен дома, шатаются и скрипят. Они служат прямым и самым оживлённым продолжением комнат и квартир. На террасах жарят на керосинках скумбрию, готовят икру из «синеньких», купают детей, ссорятся всем домом, стирают бельё в пышной пене, гладят, а ночью даже спят «в холодке».«Встреча с Олешей»

Бросок на юг

Константин Паустовский

В первый том произведений Константина Георгиевича Паустовского вошли повести «Время больших ожиданий» и «Бросок на юг» из цикла «Повесть о жизни». «Бросок на юг» приводит К. Паустовского на «трехпогибельный Кавказ». Патриархальная Абхазия, Батум эпохи «порто-франко», фантастический Тифлис художников и поэтов… Повести сопровождаются неизвестными широкому читателю дневниковыми записями Паустовского и письмами людям, ставшим прообразами героев его произведений. Сын писателя, Вадим Константинович...

Всё было сказано без слов. И тоска — острая и неистребимая — завладевала сердцем всё сильнее.

Бросок на юг

Константин Паустовский

В первый том произведений Константина Георгиевича Паустовского вошли повести «Время больших ожиданий» и «Бросок на юг» из цикла «Повесть о жизни». «Бросок на юг» приводит К. Паустовского на «трехпогибельный Кавказ». Патриархальная Абхазия, Батум эпохи «порто-франко», фантастический Тифлис художников и поэтов… Повести сопровождаются неизвестными широкому читателю дневниковыми записями Паустовского и письмами людям, ставшим прообразами героев его произведений. Сын писателя, Вадим Константинович...

Каждые полчаса, а то и чаще где-то падала и разбивалась посуда. На место происшествия тотчас спешила хромая такса и долго лаяла на виновника этого события.

Бросок на юг

Константин Паустовский

В первый том произведений Константина Георгиевича Паустовского вошли повести «Время больших ожиданий» и «Бросок на юг» из цикла «Повесть о жизни». «Бросок на юг» приводит К. Паустовского на «трехпогибельный Кавказ». Патриархальная Абхазия, Батум эпохи «порто-франко», фантастический Тифлис художников и поэтов… Повести сопровождаются неизвестными широкому читателю дневниковыми записями Паустовского и письмами людям, ставшим прообразами героев его произведений. Сын писателя, Вадим Константинович...

Чернявский был удивительным разговорщиком. Ему было совершенно всё равно, чем занимается его собеседник, лишь бы он его слушал. Когда Мария прибирала комнаты, он ходил следом за ней, натыкаясь на мебель, и не переставал говорить. Или торчал на кухне, когда Валентина Кирилловна готовила свой знаменитый плов, и, внезапно прерывая поток речей о живописи или грузинском правописании, давал ей ценные кулинарные советы.

Бросок на юг

Константин Паустовский

В первый том произведений Константина Георгиевича Паустовского вошли повести «Время больших ожиданий» и «Бросок на юг» из цикла «Повесть о жизни». «Бросок на юг» приводит К. Паустовского на «трехпогибельный Кавказ». Патриархальная Абхазия, Батум эпохи «порто-франко», фантастический Тифлис художников и поэтов… Повести сопровождаются неизвестными широкому читателю дневниковыми записями Паустовского и письмами людям, ставшим прообразами героев его произведений. Сын писателя, Вадим Константинович...

Иногда мне хочется встретить собеседника, с которым можно, не стесняясь, поговорить о таких вещах, как эдельвейсы или запах кипарисовых шишек.К сожалению, таких собеседников в обыденной жизни я не встречал. Они попадались только в книгах. Пожалуй, самым внимательным и веселым собеседником по этим предметам был наш несколько болезненный друг Генрих Гейне.

Бросок на юг

Константин Паустовский

В первый том произведений Константина Георгиевича Паустовского вошли повести «Время больших ожиданий» и «Бросок на юг» из цикла «Повесть о жизни». «Бросок на юг» приводит К. Паустовского на «трехпогибельный Кавказ». Патриархальная Абхазия, Батум эпохи «порто-франко», фантастический Тифлис художников и поэтов… Повести сопровождаются неизвестными широкому читателю дневниковыми записями Паустовского и письмами людям, ставшим прообразами героев его произведений. Сын писателя, Вадим Константинович...

Проза, как сама жизнь, велика и разнообразна. Иногда бывает нужно вырвать из старой прозы целые куски и вставить их в новую прозу, чтобы придать ей полную жизненность и силу.

Бросок на юг

Константин Паустовский

В первый том произведений Константина Георгиевича Паустовского вошли повести «Время больших ожиданий» и «Бросок на юг» из цикла «Повесть о жизни». «Бросок на юг» приводит К. Паустовского на «трехпогибельный Кавказ». Патриархальная Абхазия, Батум эпохи «порто-франко», фантастический Тифлис художников и поэтов… Повести сопровождаются неизвестными широкому читателю дневниковыми записями Паустовского и письмами людям, ставшим прообразами героев его произведений. Сын писателя, Вадим Константинович...

Меня всегда удивляет одно обстоятельство: мы ходим по жизни и совершенно не знаем и даже не можем себе представить, сколько величайших трагедий, прекрасных человеческих поступков, сколько горя, героизма, подлости и отчаяния происходило и происходит на любом клочке земли, где мы живем. Мы просто не подозреваем об этом.А между тем знакомство с каждым таким клочком земли может ввести нас в мир людей и событий, достойных занять свое место в истории человечества или в анналах великой, немеркнущей литературы.

Бросок на юг

Константин Паустовский

В первый том произведений Константина Георгиевича Паустовского вошли повести «Время больших ожиданий» и «Бросок на юг» из цикла «Повесть о жизни». «Бросок на юг» приводит К. Паустовского на «трехпогибельный Кавказ». Патриархальная Абхазия, Батум эпохи «порто-франко», фантастический Тифлис художников и поэтов… Повести сопровождаются неизвестными широкому читателю дневниковыми записями Паустовского и письмами людям, ставшим прообразами героев его произведений. Сын писателя, Вадим Константинович...

Мы долго простояли около одного парохода, стараясь догадаться, на каком языке пели матросы.

Бросок на юг

Константин Паустовский

В первый том произведений Константина Георгиевича Паустовского вошли повести «Время больших ожиданий» и «Бросок на юг» из цикла «Повесть о жизни». «Бросок на юг» приводит К. Паустовского на «трехпогибельный Кавказ». Патриархальная Абхазия, Батум эпохи «порто-франко», фантастический Тифлис художников и поэтов… Повести сопровождаются неизвестными широкому читателю дневниковыми записями Паустовского и письмами людям, ставшим прообразами героев его произведений. Сын писателя, Вадим Константинович...

Искусство всегда берет человека за сердце и чуть сжимает его. И человек никогда не забудет этого явного прикосновения прекрасного.Человек не забудет того состояния душевной полноты и крылатости, которое иногда дает ему одна – только одна! – строчка великолепных стихов или картина, пережившая несколько столетий для того, чтобы донести до нас свою красоту.

Бросок на юг

Константин Паустовский

В первый том произведений Константина Георгиевича Паустовского вошли повести «Время больших ожиданий» и «Бросок на юг» из цикла «Повесть о жизни». «Бросок на юг» приводит К. Паустовского на «трехпогибельный Кавказ». Патриархальная Абхазия, Батум эпохи «порто-франко», фантастический Тифлис художников и поэтов… Повести сопровождаются неизвестными широкому читателю дневниковыми записями Паустовского и письмами людям, ставшим прообразами героев его произведений. Сын писателя, Вадим Константинович...

Правда в том, что лучше делать ничтожно мало, чем не делать ничего.

С таких тихих, очищающих слез начинается процесс выздоровления человеческой души - древнее и необъяснимо таинственное чудо, как сама жизнь.

Отсрочка - это самая убийственная форма отказа.

Похоже на старую историю - существует два вида правосудия в зависимости от того, кто ты и кто твои знакомые.

Бороться с бюрократией в наши дни все равно что бороться с морем грязи, когда стоишь в нем по самые подмышки.

Люди думают, что человек властен над настоящим и будущим, но на самом деле это не так.

Люди словно лемминги, которые сначала чрезмерно размножаются, а потом взбираются на скалу, чтобы совершить самоубийство. Только люди делают это более изощренно.

Ты - сложный человек, а сложные люди самые интересные.