Цитаты
282692
Что лучше: бессонница или кошмары? Теперь он спит, но чуть что – просыпается, „ты будешь виновата, если мальчик не поймет наконец, что мужчины не плачут, мужчины сдерживаются, но не плачут“, говорит Берто всякий раз, как мы плачем, „а ты, рева, послушай отца, чтоб я больше не видел твоих слез“, и он прав, ведь они с Эктором сдерживаются, я плачу потому, что мы, женщины, – слабые существа, а Того плачет потому, что он еще мальчик. Не помню, плакал ли Эктор, когда умерла его мать, я ему первая об этом сказала, он был еще очень мал, чтобы плакать, на год младше, чем Тото сейчас, но Тото плачет потому, что все понимает, как взрослый.
Мануэль Пуиг — один из ярчайших представителей аргентинской литературы ХХ века, так называемой «новой латиноамериканской литературы». Имя Пуига прочно заняло место рядом с Борхесом, Кортасаром, Сабато, Амаду, Маркесом, Карпентьером, Бенедетти. Его книги переведены на все европейские языки и постоянно переиздаются. «Предательство Риты Хейворт» (Рита Хейворт — легендарная голливудская красавица, звезда экрана) — дебютный роман Пуига, после которого о нем заговорил весь мир. Работая в сложнейшем...
Старая история: если уж существо собралось на землю с целью пострадать - будьте уверены, из великого множества людей оно выберет именно того, кто причинит ему наибольшее количество страданий. О, его не собьёшь с пути истинного, оно растопчет любого хранителя, неосторожно сунувшегося со своими писками насчёт «не ходи туда - сюда ходи»
Героиня романа – Саша Зимина – весьма успешная журналистка (пишет на социальные темы), но сама беззащитна перед жизнью, одинока. У неё есть и любовник, и бывший муж, который всё время маячит где-то рядом, и любимый мужчина… Но весь этот «мужской мир» толкает её к ещё большей душевной неустроенности. «Смерть это все мужчины» – история болезни гордого духа, драматически соединённого с женской природой.
Немцы, они бывают двух видов, есть простые – нy, с ними и надо по-простому, пиво пить да Германию нахваливать, а есть немцы секретные, у тех надо нащупать их секрет и намекнуть, что, мол, знаю, но никому не скажу. А там, в секрете, обязательно мечтания какие-нибудь, потому что нация-то мечтательная, а мечтать-то ей и запрещено. А у них тайком, в глуши их провинциальной, уже горы намечтаны.
Героиня романа – Саша Зимина – весьма успешная журналистка (пишет на социальные темы), но сама беззащитна перед жизнью, одинока. У неё есть и любовник, и бывший муж, который всё время маячит где-то рядом, и любимый мужчина… Но весь этот «мужской мир» толкает её к ещё большей душевной неустроенности. «Смерть это все мужчины» – история болезни гордого духа, драматически соединённого с женской природой.
Какие сейчас могут быть массовые репрессии при таком уровне казнокрадства? Допустим, правительство выделит астрономическую сумму на строительство лагерей. Деньги - если они вообще выйдут из Москвы - доберутся в отдалённые губернии и там осядут крепко и навсегда. Построены будут разве фундаменты. Зэки с конвоем отправятся по железной дороге в эти несуществующие лагеря, конечно, если жэдэ соизволит дать вагоны, а это ещё с какой стати. Вскоре пропадут все: зэки, конвой, оружие, сомневаюсь я также в вагонах и рельсах. рельсы тоже можно приспособить на продажу. Назначат комиссию, комиссия приедет в губернию, проведет там пару приятных дней и уедет писать заключение , что всё в порядке, зэки рубят лес, а на досуге вырезают из особо ценных пород древесины фигурки президента. О чём имеется сюжет местного телевидения...
Героиня романа – Саша Зимина – весьма успешная журналистка (пишет на социальные темы), но сама беззащитна перед жизнью, одинока. У неё есть и любовник, и бывший муж, который всё время маячит где-то рядом, и любимый мужчина… Но весь этот «мужской мир» толкает её к ещё большей душевной неустроенности. «Смерть это все мужчины» – история болезни гордого духа, драматически соединённого с женской природой.
Как опасно иметь надежды. Надежды – те же собаки, их надо кормить, выгуливать, причёсывать, спаривать с другими надеждами, потом хоронить и плакать на их могилках.
Героиня романа – Саша Зимина – весьма успешная журналистка (пишет на социальные темы), но сама беззащитна перед жизнью, одинока. У неё есть и любовник, и бывший муж, который всё время маячит где-то рядом, и любимый мужчина… Но весь этот «мужской мир» толкает её к ещё большей душевной неустроенности. «Смерть это все мужчины» – история болезни гордого духа, драматически соединённого с женской природой.
Странные вещи творятся в полнолуние. Люди будто с ума сходят.
В городе Лондоне есть обычный трехэтажный дом. На первом этаже живут два приятеля — Ральф и Смит, они вместе смотрят телевизор, пьют пиво и болтают ни о чем. На этом их сходство заканчивается. Работящий Смит успешно делает карьеру, а ленивый Ральф успешно зарывает свой талант художника в землю. На втором этаже живет благополучная пара, Шиобан и Карл. Карл — популярный ди-джей, а Шиобан выгуливает их любимую собачку. А на третьем этаже обитает Шери, девушка-вамп, профессиональная пожирательница...
— И часто ты приглашаешь незнакомцев в свою квартиру? — спросил Ральф.
Пит фыркнул.
— Всегда, приятель. Какой толк от жизни, если людям не доверять? Ни удовольствия, ни приключений. Я пашу как вол, зато и развлекаюсь по полной, а если завтра отдам концы, то по крайней мере буду знать, что прожил не как мой папаша. Вот он перемен не терпит, нудит, когда витрины в универсаме меняют или если «Обратный отсчет» пустят на пять минут позже. Никому не верит, думает, все под него яму копают. В Лондон за всю жизнь не выбрался, чего уж говорить про заграницу. А лично я вот как мыслю: кого-то тянет по свету бродить. Таиланд и Африка им требуются. Рвань какую-нибудь нацепят, за спину — мешок, и топают на поиски приключений. — Пит покачал головой и скорчил презрительную мину. — Не, это не по мне. Приключений и тут предостаточно, если к жизни относиться как надо. Ну сами поглядите — где мы живем? Великий город… кого тут только нет. Бедняки в полном дерьме, богачи на машинах ценой с хороший дом… артисты, банкиры, звезды, наркодилеры, уроды всех мастей, красавицы, камбоджийцы, шведы, евреи, ганцы, португальцы. Сходи на Стэмфорд-Хилл, посмотри на хасидов — чем не приключение? А американские денежные воротилы в Сент-Джонс-Вуд? Японцы в Финчли-Сентрал? Арабы на Эджвер-роуд? Ирландцы в Килберне? Киприоты в Финсбери-парк? Турки на Тернпай-лейн? Или португальцы в Вест-бурн-парк? Да взять хоть мой Чайна-таун. Людей шумнее, грубее и нахальнее в жизни не видел. Но мне здесь нравится, потому что я открыт всему, что мне может предложить этот город.
В городе Лондоне есть обычный трехэтажный дом. На первом этаже живут два приятеля — Ральф и Смит, они вместе смотрят телевизор, пьют пиво и болтают ни о чем. На этом их сходство заканчивается. Работящий Смит успешно делает карьеру, а ленивый Ральф успешно зарывает свой талант художника в землю. На втором этаже живет благополучная пара, Шиобан и Карл. Карл — популярный ди-джей, а Шиобан выгуливает их любимую собачку. А на третьем этаже обитает Шери, девушка-вамп, профессиональная пожирательница...
-...Не, ребята, жизнь слишком коротка, чтобы жить в Бекенхэме, возвращаться с работы на семичасовой электричке и запираться в четырех стенах, чтобы, упаси боже, не впустить чужаков на порог. Взять вас, к примеру. Держу пари, вы и помыслить не могли, что с водяной кровати в Чайна-тауне будете глазеть, как наряжается какой-то мясник из супермаркета.
В городе Лондоне есть обычный трехэтажный дом. На первом этаже живут два приятеля — Ральф и Смит, они вместе смотрят телевизор, пьют пиво и болтают ни о чем. На этом их сходство заканчивается. Работящий Смит успешно делает карьеру, а ленивый Ральф успешно зарывает свой талант художника в землю. На втором этаже живет благополучная пара, Шиобан и Карл. Карл — популярный ди-джей, а Шиобан выгуливает их любимую собачку. А на третьем этаже обитает Шери, девушка-вамп, профессиональная пожирательница...
Кто из нас не помнит наивную юность, когда, не имея ни машины, ни работы, ни собственной квартиры, ни громкого имени, мы записывали друг для друга музыку и песни кричали: "Вот он я, вот все, то я люблю, и хочу, чтобы и вы об этом знали и любили!"
В городе Лондоне есть обычный трехэтажный дом. На первом этаже живут два приятеля — Ральф и Смит, они вместе смотрят телевизор, пьют пиво и болтают ни о чем. На этом их сходство заканчивается. Работящий Смит успешно делает карьеру, а ленивый Ральф успешно зарывает свой талант художника в землю. На втором этаже живет благополучная пара, Шиобан и Карл. Карл — популярный ди-джей, а Шиобан выгуливает их любимую собачку. А на третьем этаже обитает Шери, девушка-вамп, профессиональная пожирательница...
"Cамое важное — не останавливать фильм жизни, какой бы конец ему ни был уготован".
В городе Лондоне есть обычный трехэтажный дом. На первом этаже живут два приятеля — Ральф и Смит, они вместе смотрят телевизор, пьют пиво и болтают ни о чем. На этом их сходство заканчивается. Работящий Смит успешно делает карьеру, а ленивый Ральф успешно зарывает свой талант художника в землю. На втором этаже живет благополучная пара, Шиобан и Карл. Карл — популярный ди-джей, а Шиобан выгуливает их любимую собачку. А на третьем этаже обитает Шери, девушка-вамп, профессиональная пожирательница...
"Вот идешь ты по улице мимо телефонной будки. А там — бац — телефон зазвонил. Люди пополам делятся — на тех, кто ни за что не остановится, чтобы не связываться, и на тех, кто полюбопытствует и снимет трубку. Скорее всего, звонящий ошибся номером. Но ведь остается шанс, что тебя пригласят на тайную встречу, любовное свидание… да мало ли куда".
В городе Лондоне есть обычный трехэтажный дом. На первом этаже живут два приятеля — Ральф и Смит, они вместе смотрят телевизор, пьют пиво и болтают ни о чем. На этом их сходство заканчивается. Работящий Смит успешно делает карьеру, а ленивый Ральф успешно зарывает свой талант художника в землю. На втором этаже живет благополучная пара, Шиобан и Карл. Карл — популярный ди-джей, а Шиобан выгуливает их любимую собачку. А на третьем этаже обитает Шери, девушка-вамп, профессиональная пожирательница...
Забавно, что «исключительный» стало синонимом «шикарного», «модного», «избранного», в то время как по сути это слово значит, что для тебя вход закрыт, ты «исключен».
В городе Лондоне есть обычный трехэтажный дом. На первом этаже живут два приятеля — Ральф и Смит, они вместе смотрят телевизор, пьют пиво и болтают ни о чем. На этом их сходство заканчивается. Работящий Смит успешно делает карьеру, а ленивый Ральф успешно зарывает свой талант художника в землю. На втором этаже живет благополучная пара, Шиобан и Карл. Карл — популярный ди-джей, а Шиобан выгуливает их любимую собачку. А на третьем этаже обитает Шери, девушка-вамп, профессиональная пожирательница...
"Жизнь вынуждает нас взять пару конфеток по своему вкусу из коробки ассорти, а остальные, с клубничной, сливочной и ореховой начинкой, оставить кому-нибудь другому".
В городе Лондоне есть обычный трехэтажный дом. На первом этаже живут два приятеля — Ральф и Смит, они вместе смотрят телевизор, пьют пиво и болтают ни о чем. На этом их сходство заканчивается. Работящий Смит успешно делает карьеру, а ленивый Ральф успешно зарывает свой талант художника в землю. На втором этаже живет благополучная пара, Шиобан и Карл. Карл — популярный ди-джей, а Шиобан выгуливает их любимую собачку. А на третьем этаже обитает Шери, девушка-вамп, профессиональная пожирательница...
"Друзья далеко не всегда развлечение, это еще и забота. Ты получаешь их вместе с проблемами, капризами, комплексами, надеждами, и ради настоящей дружбы тебе приходится прикладывать усилия, чтобы справиться со всеми этими негативными сторонами".
В городе Лондоне есть обычный трехэтажный дом. На первом этаже живут два приятеля — Ральф и Смит, они вместе смотрят телевизор, пьют пиво и болтают ни о чем. На этом их сходство заканчивается. Работящий Смит успешно делает карьеру, а ленивый Ральф успешно зарывает свой талант художника в землю. На втором этаже живет благополучная пара, Шиобан и Карл. Карл — популярный ди-джей, а Шиобан выгуливает их любимую собачку. А на третьем этаже обитает Шери, девушка-вамп, профессиональная пожирательница...
"С тобой так бывает: заходишь в метро или идешь по улице, видишь, как встречаются приятели, слышишь их разговоры и чувствуешь, насколько они близки, как много пережили вместе? Тебя в этот момент не колет зависть или хоть жалость, что ты что-то упустил? Почему, к примеру, их дороги пересеклись, а моя прошла стороной? Может быть, они классные ребята, но мне их никогда не узнать. Я для них — всего лишь чужое лицо на улице, у меня свои друзья, которых им никогда не узнать. Грустно. Ты понимаешь? На свете столько людей, и по закону больших чисел за жизнь мы можем познакомиться лишь с крохотным процентом живущих на земле. А наш собственный страх здорово сокращает эту цифру. Почему мы так боимся друг друга? Коллега приглашает в ресторан — ты в ужасе; сталкиваешься в электричке с одноклассником, он предлагает посидеть, выпить, вспомнить старые времена — ты суешь ему номер телефона и надеешься, что он никогда не позвонит. У тебя узкий круг друзей — кто для вторника, кто для четверга; вечер понедельника ты проводишь дома, в среду идешь в фитнес-зал. Где взять время для новых знакомств, куда их втиснуть? Разве таков был Божий план? Разве это правильно? Да мы проживаем ноль целых одну миллионную потенциала, данного нам Всевышним".
В городе Лондоне есть обычный трехэтажный дом. На первом этаже живут два приятеля — Ральф и Смит, они вместе смотрят телевизор, пьют пиво и болтают ни о чем. На этом их сходство заканчивается. Работящий Смит успешно делает карьеру, а ленивый Ральф успешно зарывает свой талант художника в землю. На втором этаже живет благополучная пара, Шиобан и Карл. Карл — популярный ди-джей, а Шиобан выгуливает их любимую собачку. А на третьем этаже обитает Шери, девушка-вамп, профессиональная пожирательница...
Нина заметила, что уровень сознания у животных проверяют, показывая в зеркале их самих. И только крупная человекообразная обезьяна узнает себя.
– Не просто видит напротив другую обезьяну, а сознает, что это ее собственное изображение, – уточнила она.
– Интересно, она сама рассказала ученым? – поинтересовался я.
– Практически. Ей ставят метку на лбу белой краской, и она, глядя в зеркало, пытается стереть метку не отражению, а самой себе, на собственном лбу.
– Потрясающе. Большинство людей на протяжении жизни пытается стереть отметку на зеркале.
«Эта сладкая голая сволочь» – роман-трэш. В нем много крови и любви. Эротические скрепы прочно стягивают конструкцию, заложенную в СССР совместными усилиями КГБ, западных спецслужб и их не в меру сентиментальных сотрудников. Виртуозное (порой до виртуальности) владение крепежными и смазочными материалами позволило автору с пользой для читателя преодолеть время – от середины 70-х до начала третьего тысячелетия, и пространство – от Москвы до Парижа, от Лондона до Валлетты, от Лиссабона до......
Если люди готовы читать все, что угодно, я готов писать для них что угодно.
Я не носитель культуры – я ее разносчик и подносчик.
«Эта сладкая голая сволочь» – роман-трэш. В нем много крови и любви. Эротические скрепы прочно стягивают конструкцию, заложенную в СССР совместными усилиями КГБ, западных спецслужб и их не в меру сентиментальных сотрудников. Виртуозное (порой до виртуальности) владение крепежными и смазочными материалами позволило автору с пользой для читателя преодолеть время – от середины 70-х до начала третьего тысячелетия, и пространство – от Москвы до Парижа, от Лондона до Валлетты, от Лиссабона до......
Мои мысли о смерти заканчиваются одним – я представляю себя в гробу, со смиренно сложенными на груди руками и наконец-то с умным выражением лица.
«Эта сладкая голая сволочь» – роман-трэш. В нем много крови и любви. Эротические скрепы прочно стягивают конструкцию, заложенную в СССР совместными усилиями КГБ, западных спецслужб и их не в меру сентиментальных сотрудников. Виртуозное (порой до виртуальности) владение крепежными и смазочными материалами позволило автору с пользой для читателя преодолеть время – от середины 70-х до начала третьего тысячелетия, и пространство – от Москвы до Парижа, от Лондона до Валлетты, от Лиссабона до......
...Если и есть в людях что-то бессмертное, так это смертные грехи.
«Эта сладкая голая сволочь» – роман-трэш. В нем много крови и любви. Эротические скрепы прочно стягивают конструкцию, заложенную в СССР совместными усилиями КГБ, западных спецслужб и их не в меру сентиментальных сотрудников. Виртуозное (порой до виртуальности) владение крепежными и смазочными материалами позволило автору с пользой для читателя преодолеть время – от середины 70-х до начала третьего тысячелетия, и пространство – от Москвы до Парижа, от Лондона до Валлетты, от Лиссабона до......
Я часто не знаю, что делать со своим временем. Зато время точно знает, что делать с такими, как я...
«Эта сладкая голая сволочь» – роман-трэш. В нем много крови и любви. Эротические скрепы прочно стягивают конструкцию, заложенную в СССР совместными усилиями КГБ, западных спецслужб и их не в меру сентиментальных сотрудников. Виртуозное (порой до виртуальности) владение крепежными и смазочными материалами позволило автору с пользой для читателя преодолеть время – от середины 70-х до начала третьего тысячелетия, и пространство – от Москвы до Парижа, от Лондона до Валлетты, от Лиссабона до......
Между моей любовью к тебе и твоей ко мне такая же разница, как между любовью к котам и к пирожкам с кошатиной.
«Эта сладкая голая сволочь» – роман-трэш. В нем много крови и любви. Эротические скрепы прочно стягивают конструкцию, заложенную в СССР совместными усилиями КГБ, западных спецслужб и их не в меру сентиментальных сотрудников. Виртуозное (порой до виртуальности) владение крепежными и смазочными материалами позволило автору с пользой для читателя преодолеть время – от середины 70-х до начала третьего тысячелетия, и пространство – от Москвы до Парижа, от Лондона до Валлетты, от Лиссабона до......
– Третий? Женщина... Была же у него до меня Майя. Он же бабник. Даже на письменном столе женская туфелька красуется.
– «Вот мысль, которой весь я предан! Итог всего, что ум скопил», – продекламировала Сонечка из «Фауста». Цитаты оттуда у нее имелись на все случаи жизни. – Дура ты! Зациклилась... Над столом твоего папеньки висел портрет Эйнштейна с высунутым языком – это не значит, что он с ним спал!
«Эта сладкая голая сволочь» – роман-трэш. В нем много крови и любви. Эротические скрепы прочно стягивают конструкцию, заложенную в СССР совместными усилиями КГБ, западных спецслужб и их не в меру сентиментальных сотрудников. Виртуозное (порой до виртуальности) владение крепежными и смазочными материалами позволило автору с пользой для читателя преодолеть время – от середины 70-х до начала третьего тысячелетия, и пространство – от Москвы до Парижа, от Лондона до Валлетты, от Лиссабона до......
У Бога потом добавки не попросишь.
«Эта сладкая голая сволочь» – роман-трэш. В нем много крови и любви. Эротические скрепы прочно стягивают конструкцию, заложенную в СССР совместными усилиями КГБ, западных спецслужб и их не в меру сентиментальных сотрудников. Виртуозное (порой до виртуальности) владение крепежными и смазочными материалами позволило автору с пользой для читателя преодолеть время – от середины 70-х до начала третьего тысячелетия, и пространство – от Москвы до Парижа, от Лондона до Валлетты, от Лиссабона до......
Автор утверждает, что «каждая интеллигентная женщина должна мастурбировать». То, что интеллигентный мужчина, к которым этот графоман себя однозначно относит, должен делать то же самое, само собой разумеется. Теперь я знаю точное понятие и четкий критерий интеллигентности, которой даже академик Лихачев затруднялся дать определение.
– Это гениально, – согласился я. – Теперь моим первым вопросом при знакомстве с дамой будет: «Простите, вы мастурбируете?» – чтобы сразу было понятно, с кем имеешь дело. А то «что делать?» да «кто виноват?»... Тем более, что сейчас у интеллигенции вопрос «сколько?» гораздо актуальнее.
«Эта сладкая голая сволочь» – роман-трэш. В нем много крови и любви. Эротические скрепы прочно стягивают конструкцию, заложенную в СССР совместными усилиями КГБ, западных спецслужб и их не в меру сентиментальных сотрудников. Виртуозное (порой до виртуальности) владение крепежными и смазочными материалами позволило автору с пользой для читателя преодолеть время – от середины 70-х до начала третьего тысячелетия, и пространство – от Москвы до Парижа, от Лондона до Валлетты, от Лиссабона до......
Люди – пародия на человечество.
«Эта сладкая голая сволочь» – роман-трэш. В нем много крови и любви. Эротические скрепы прочно стягивают конструкцию, заложенную в СССР совместными усилиями КГБ, западных спецслужб и их не в меру сентиментальных сотрудников. Виртуозное (порой до виртуальности) владение крепежными и смазочными материалами позволило автору с пользой для читателя преодолеть время – от середины 70-х до начала третьего тысячелетия, и пространство – от Москвы до Парижа, от Лондона до Валлетты, от Лиссабона до......