Сделай ей сюрприз. Девчонкам такая хрень нравится. Чем больше ты их удивляешь, тем меньше они способны думать. То есть мозг у них отказывает, и соображать им приходится уже совсем другим местом.
посуди сама: у тебя в мозгу происходит какая-то химическая реакция, и ты начинаешь на полном серьезе думать, что испытываешь к какому-то человеку самые глубокие чувства. На самом деле ты этот процесс не контролируешь, и в этом-то и кроется подвох. Стоит ослабить бдительность, и какая-нибудь хрень тут как тут. И каждый раз — на те же грабли.
Черт его знает, может быть, и вправду искусство рано или поздно изменит этот мир.
Долго пытался до тебя дозвониться, но потом вдруг сообразил, что у меня и номера-то твоего нет.
В России же, которая, как известно, Третий Рим, заново открыли великое правило Суллы Счастливого, развитое впоследствии Августом: если убить тех, кому должен, и отобрать их деньги, то можно и рыбку съесть, и на ... не сесть. Так Россия вырвалась из великого круговорота банковских ссуд – угодив, правда, в не менее базисный круговорот красного, белого и серобуромалинового террора.
Вы же, Ингве, любите истину? А истина обыкновенно дурна с лица и неважно попахивает.
Порой, перечитывая людские летописи, удивляешься: как это один и тот же герой, чистокровный альв или полукровка, ухитрился и здесь покняжить, и там все разорить, и тому он был сыном, и этому, да еще и обзавестись не менее героическим потомством, причем до собственного рождения? Объяснение простое: бессмертным долгая память ни к чему. Это люди способны перебирать мгновенья, бережно низать из них четки, как из самых драгоценных бусин. Похоже, это им возмещение за слишком короткий век.
- Хрен свой засунь Вотану в глазницу. Чтобы оттуда, значит, ясень Иггдрассиль возрос.
Чего миротворцы не заметили, так это мудрости, содержащейся в предупреждении Гете: «Если мы принимаем человека таким, какой он есть, мы делаем его хуже; если мы принимаем его таким, каким он должен быть, мы помогаем ему стать таковым».
Смысл, который бытие должно реализовывать, представляет собой нечто превосходящее его, смысл никогда не является самим бытием. Только если эта дистанция сохраняется, смысл может оказывать влияние на бытие. Только смысл, который является не только выражением бытия как такового, является истинным вызовом. Вы помните библейскую историю: когда израильтяне странствовали в пустыне, слава Господа предстала перед ними в форме облака; только так израильтяне могли быть ведомы Богом. Представьте с другой стороны, что могло бы произойти, если бы присутствие Господа, облако, оказалось посреди израильтян: вместо того чтобы указать им правильный путь, это облако клубилось бы повсюду вокруг и израильтяне могли сбиться с пути. Другими словами, смысл не должен совпадать с бытием; смысл должен быть впереди бытия. Смысл задает темп для бытия. Бытие неполноценно и неустойчиво, если не несет в себе стремление к чему-то находящемуся за его пределами.
Точно так же человек, совершивший недостойный поступок, не может изменить того, что произошло, но, раскаявшись, может изменить себя
Даже в престарелые годы он не станет завидовать молодости. Чему завидовать? Возможностям, которые есть у молодого человека, или его будущему? Нет, вместо возможностей в будущем зрелый человек обладает действительными достижениями в прошлом — проделанной работой, настоящей любовью и перенесенными страданиями. Последним надо гордиться больше всего.
Что имеет значение, так это наше отношение к фактам — оно больше, чем сами факты.
Чем больше человек старается достичь удовольствия, тем меньше он его получает.
Рассматривая бумеранг, я вдруг понял, что, в сущности, это символ человеческого существования. Считается, что бумеранг возвращается к охотнику; на самом деле мне в Австралии сказали, что бумеранг возвращается к охотнику только тогда, когда пролетает мимо намеченной цели или добычи. Так же и человек — возвращается к себе самому только тогда, когда, будучи слишком увлечен самим собой, не понимает своей задачи и терпит неудачу в поиске смысла жизни.
Жизнь можно сделать осмысленной:
1) тем, что мы даем миру своим созиданием
2) тем, что мы берем от мира в нашем восприятии
3) той позицией, которую мы занимаем в отношении мира, что включает в себя определенное выбираемое нами отношение к страданию.
Только когда человек выходит за пределы себя самого и перестает концентрировать свой интерес, свое внимание исключительно на себе самом, он достигает аутентичного бытия.
Понять другого человека как неповторимого — значит полюбить его.
Ты как карлик, который считает, что он высокий, когда ему удалось далеко плюнуть.
Еще любить тебя - я не могу. Жить с тобой - я не хочу.
Она, следуя обычаю женщин и кошек, которые не идут, когда их зовут, и приходят, когда их не звали, остановилась передо мной и заговорила.
... она, по обыкновению женщин и кошек, которые не идут, когда их зовут, и приходят, когда их не зовут, остановилась передо мной и вступила в разговор.
- Куманек, - сказала она мне по андалузской манере, - а ты не подаришь мне свою цепочку, чтобы мне носить ключи от сундука?
- Она мне нужна, чтобы прицеплять мою спицу для затравки, - отвечал ей я.
- Твою спицу! - воскликнула она, смеясь. - А, господин плетет кружева: ему нужны спицы!
Все бывшие около стали смеяться, и я, чувствуя, как краснею, не находил что ей ответить.
- Так вот, радость моя, - продолжала она, - свяжи мне семь аршин кружев на мантилью, кружевник моей души!
И, взяв цветок акации, который она держала во рту, она бросила мне его движением пальца прямо промеж глаз.
— Берегись, — отвечала она. — Когда меня дразнят, я делаю назло.
Они чувствуют свое умственное превосходство и открыто презирают народ, оказавший им гостеприимство.
Чтобы женщина была красива, надо, говорят испанцы, чтобы она совмещала тридцать "если" или, если угодно, чтобы ее можно было определить при помощи десяти прилагательных, применимых каждое к трем частям ее особы. Так, три вещи у нее должны быть черные: глаза, веки и брови; три - тонкие: пальцы, губы, волосы, и т. д.
— Знаешь, — сказала она мне, — с тех пор как ты стал моим ромом по-настоящему, я люблю тебя меньше, чем когда ты был моим минчорро. Я не хочу, чтобы меня мучили, а главное, не хочу, чтобы мной командовали. Чего я хочу, так это быть свободной и делать, что мне вздумается. Смотри не выводи меня из терпения. Если ты мне надоешь, я сыщу какого-нибудь молодчика, который поступит с тобой так же, как ты поступил с Кривым.
Мне надоело убивать твоих любовников; я убью тебя.
— Я буду с тобою до смерти, да, но жить с тобой я не буду.
— Я тебя прошу, — сказал я ей, — образумься! Послушай! Все прошлое позабыто. А между тем ты же знаешь, что ты меня погубила; ради тебя я стал вором и убийцей. Кармен! Моя Кармен! Дай мне спасти тебя и самому спастись с тобой.
...перестал верить в разбойников, постоянно про них слыша и никогда с ними не сталкиваясь.
- Ты дьявол, - говорил я ей. - Да, - отвечала она.