Вот серебро, — говорил Саид. — Давайте разделим его на три части и понесем. Лучше быть богатым, чем бедным.
— Поклянись! — закричал какой то старик.Максимов усмехнулся и произнес на память клятву из корана:— «Клянусь горою, клянусь писанием, начертанным на развернутом свитке, клянусь населенным домом, клянусь высоким небесным сводом, клянусь взволнованным морем: действительно казнь от господа твоего поразит, и никто её не предотвратит».— Правильно! — сказал пораженный старик.— Он действительно шайтан! Шайтан! — раздались испуганные голоса. — Откуда русскому знать коран?
Люби свою веру, но не осуждай другие
Грезы идут от дьявола
Счастливый человек – это богатый человек
Слово – это дым
не мусульманский ли обычай прощать врага, если он доказал подарками и делом свою преданность?
Пусть я умру, если не напьюсь вашей крови
Уметь обращаться с оружием, молодой человек, – значит выстрелить не позже одной секунды после того, как вы решили стрелять
"З щастя та з горя скувалася доля"
- Лєрмонтова! Лєрмонтова! - запорощила вона. - Як я люблю того Лєрмонтова! Страх люблю! А за життя його, кажуть, не любили. Дурнi! От якби вiн тепер був живий?!
- То тепер би ще й насмiялися з нього, - увернув Довбня.
- От не зберуся та й не зберуся нiяк до неї! - То через те, що довго збираєтесь.
- Важко, панiйко, самiй, - не дивлячись на неї, таки зiбралася з силою вимовити Христя.
- Та то воно тiльки здається тобi так… А як дiла збереться багато, то й я тобi допоможу: уже ж i в мене двi руки.
Христя нiчого на те не одказала, тiльки подумала: двi-то руки в тебе, та чиїми прийдеться жар загрiбати?
- Стiйте! Стiйте, добрi люди! - гукнув вiн. - Я вам усе по правдi скажу. Не вiрте ви нiчому, усе то брехня! Як давно колись крали, так i тепер крадуть i будуть красти… Поки в одного добра бiльше, а в другого менше, крадiжка не переведеться! Оце я вам по правдi сказав.
"...не така стара як застарена молодиця"
Життя, що довга нива - поки перейдеш, і поколешся, і поріжежся на гострій стерні.
«Нащо господь бог так дав, що кому землi i не треба - в нього землi несходиме, а в кого її жменя, на ту жменю сотня ротiв роззявилася.»
«Люди не чули того, що було на судi. Вони знали одно - чим суд кiнчився, i по тому судили.»
«Кожна наймичка - люба, поки здорова… Здоров'я - усьому голова».
"За дурною головою та й ногам лихо!"
... Всё сидит в своей комнате.
– Что же он делает? – спросил Кныш.
– Пишет, читает.
– Дурак, видно! – решил Селезнев.
Колесник засмеялся, а за ним и Кныш.
– Само собой – дурак!
«Всюди своє лихо, — думалося Прісьці, — та чужим людям воно за смішки».
- Та й недобра ж таки Марина, - обiзвалася вона до Мар'ї, - он до яких слiз панича довела!
- Молодець Марина! - вiдказала та. - Зяає собi цiну. Так їм i треба. Дури їх, поки молода та здорова! П'ють вони нашi сльози - хай же своїх покуштують!
"Прошу і остерігаю тебе: не люби нікого ніколи, коли тобі хто кинеться в вічі - одвернися та тікай мерщій! Коли що ворухнеться у серці - задави, залий отрутою його, тільки не давай йому волі! Хай ніхто так не мучиться, як я мучусь!"
"Ти ще не знаєш, що то за втіха ті книжки! Там цілий мир, вищий, кращий від сього, у якому ми барахтаємося мов свині в барлозі"