Был канун Рождества, когда в подарок наши родители получили смерть, а мы превратились в объект охоты. Когда нас стали бояться и заклеймили особым знаком ― крысой. Когда мы ушли.
Да, на миг мне показалось, что я могу тебя потерять. И да, я испугалась. И нет, я скорее сейчас прыгну в ближайшую канаву вместе со всей чертовой картошкой, батонами и ветчиной, чем скажу об этом.
Странно...но сейчас я не ощущала того, что писали во всех этих книгах, которые я в детстве читала тайком от мамы и папы. Сердце не стучало в бешеном ритме, в животе не порхали бабочки, и румянец на моих щеках был вызван только резкими порывами ветра, похожими на рваные удары кнута. Наверное, за день я просто слишком замерзла и устала. Думать так было проще, чем бояться, что я еще и разучилась к кому-то привязываться.
Ни один человек не может быть полностью свободным. Возможно, вся наша пресловутая свобода – физическая и духовная – всегда достигается за счет кого-то или чего-то другого.
Оглядевшись вокруг, я неожиданно осознала, что практически каждый человек несет на себе жестокий отпечаток любви. Любви, которую мы потеряли, которую у нас отняли и которую кто-то другой унес с собой в могилу.
Разводиться?! Луиза, я добрая католичка. А католички не разводятся. Они просто заставляют своих мужей страдать до скончания века.
Это нормально-быть грустным.Или потерянным.Или сердитым.Нормально ощущать весь спектр эмоций,быть может не всегда понятных другим.И нередко в течение долгого времени.Каждый из нас должен пройти свой собственный путь.И мы не вправе никого осуждать.
Иногда, чтобы просто пережить очередной день, нужно приложить нечеловеческие усилия.
"Мы идем вперед, бережно неся воспоминания о тех, кого потеряли."
- А тебе часто приходится подбирать людей, упавших с крыши? - Мне приходится подбирать только куски.