— Поступим следующим образом — темных воспитаем, заодно и драконов тоже, чтобы не расслаблялись, магию вернем, войну спровоцируем и таким образом заставим «золотой слиток» начать игру по нашим правилам. — Золотой слиток? — не поняла вампирша. — Отстань, я план составляю, — шикнул на нее магистр. — И вот когда детей…
О плохом не думай. Авось, все образуется. Главное – верь и надейся. А вот ежели себя начнешь изнутри выедать, да мыслям черным волю давать – долго не протянешь.
- У вас внешность странная, - начала она, - волосы как у северянина, а те гордые и свою кровь ни с кем не смешивают, цвет глаз характерен для жителей степей, они в связях неразборчивы, это факт, но нос - горбинка отличительный признак горцев, опять же закрытые кланы и сохранность чистоты крови. Согласитесь - это странно.…
— Найри — крепкий орешек. Я оставила высказывание без внимания. Ведьма добавила: — Ничего, и не таких раскалывали. Удивленно посмотрела на Благодать Никаноровну. — Вы мне сейчас Дару с леди Верис напомнили, — произнесла леди Тьер. Передернув плечом, ведьма с усмешкой ответила: — Поверь, Дэя, оборотню и возрожденному духу…
— Поступим следующим образом — темных воспитаем, заодно и драконов тоже, чтобы не расслаблялись, магию вернем, войну спровоцируем и таким образом заставим «золотой слиток» начать игру по нашим правилам. — Золотой слиток? — не поняла вампирша. — Отстань, я план составляю, — шикнул на нее магистр. — И вот когда детей…
"Если идет война и ты молод, ты обязан сражаться на этой войне."
— Но ты ведь никогда не хотел этого. Бракосочетания. Бедная твоя матушка совсем отчаялась, так что представляю, сколько прекрасных девушек прошло перед твоим придирчивым взглядом. — Такой как ты не было. Она вздернула бровь и скептически хмыкнула: — Никто не находил трупы раньше тебя?
Crimes, big or little, are so useless. Whatever profits they may bring are always temporary.
"Стена" научила меня тому, что мир - это сложная связная вещь, и его осмысление возможно лишь тогда, когда ты получаешь опыт и преобразуешь его. А поэзия и есть работа опыта и осмысления. Поэзия всегда живет в связке с памятью и забвением: с тех самых пор, когда Гомер начал перечислять корабли, а Симонид назвал имена…
Нет смысла решать завтрашние проблемы сегодня, правда?