Носить маску, стараться соблюдать приличия, обманывать. У меня для этого и на два года не хватило терпения; подумать только, что другие люди, такие же люди, как я, терпят до самой смерти, – вероятно, им помогает природная способность приноравливаться к обстоятельствам, усыпляющая сила привычки, и в конце концов они тупеют…
– Сейчас в шары играют по меньшей мере полдюжины подходящих джентльменов, – строгим голосом сказала Лилиан. – И играть с ними гораздо полезнее, чем читать в одиночестве. – Я ничего в этой игре не понимаю. – И прекрасно. Попроси их научить тебя. Ничто мужчины так не любят, как учить женщин.
Некоторое время с зачарованным видом мужчины смотрели на летающие в воздухе огоньки. Абсолютно все и даже вареный омар понимали, что романтическая обстановка лишняя.
Воцарись вокруг полный и абсолютный хаос, этот человек стоял бы в самую грозу на вершине холма, одетый в мокрую медную кольчугу, и орал "Все боги - сволочи!".
...Кадеты продолжали верить, что в их замке живет, а иногда ночами является призрак. Это было общее убеждение, которое равномерно держалось у кадетов младших и старших, с тою, впрочем, разницею, что младшие просто слепо верили в привидение, а старшие иногда сами устраивали его появление. Одно другому, однако, не мешало, и…
Откуда у этих подростков ностальгия по тому времени? Многие из них тогда были учениками начальной школы, а некоторые — так и вовсе ходили в детский сад. Это слепое поклонение эпохе, которую не застал, — что это?
В каком-то смысле мы все уже наполовину обрели бессмертие: по крайней мере, до тех пор, пока наши профили остаются «в друзьях» у наших друзей.
Это крайняя степень маразма - говорить о том, что чей-то уход, в каком бы смысле он ни случился, способен чему-то научить. Но в момент, когда после временной пустоты ты опять даешь себе команду что-то почувствовать, становится ясно, что жить дальше можно. Что, может быть, еще через какое-то время ты будешь счастливее,…
Почему именно побег от всего называется свободой?
Гегель где-то отмечает, что все великие всемирно-исторические события и личности появляются, так сказать, дважды. Он забыл прибавить: первый раз в виде трагедии, второй раз в виде фарса.