Мне иногда кажется, что это все, что, в конце концов, останется от каждого из нас: штрихи обличий, какие-то пустяки, несколько более живучие, чем другие отпечатанные мельканием тел.
Человеческие существа - это ничто иное, как стадо овец. Я был в этом стаде, но убежал из него, поэтому неудивительно, что все остальные так называемые нормальные люди считают меня сумасшедшим или, по крайней мере, ненормальным. А я думаю то же самое о них. И только кто-то один из нас может быть прав
Среди профессиональных революционеров босяков не встречалось. Их папы были губернаторами, фабрикантами или штатскими генералами.
Страх как одна из основных эмоций человека зависит от многих внешних и внутренних, врождённых и приобретённых причин. Ими зачастую бывают: чувство одиночества, отверженность в обществе, ощущение неминуемого провала в каком- то деле.
«Запомни детка, не только мужчина должен оказывать девушке внимание и бороться за ее любовь, но и девушка, если любит, должна отвечать ему тем же. Истинно любящие пронесут свою любовь через века».
Как называется мать-одиночка, которой надо вставать рано утром? Десятиклассницей.
Мир искусства - это не только философский дискурс, но и тонко настроенный бизнес-механизм, который крутит стрелки на циферблате вечности. В нем у каждого своя роль и свое предназначение. Его можно сравнить с айсбергом в Атлантическом океане: с его верхушки нам улыбается Мона Лиза.
"Нету больше трикотажных кофточек, – сказал себе Бабкин с грустью. – Есть худи, пуловер, джемпер, толстовка, бомбер, лонгслив, свитшот и, господи прости, худлон. А кофточек нету. Зайди в магазин, спроси у консультанта: есть у вас кофточки? Погонят прочь веником и плюнут вслед".
Ты показываешь им, что перемены возможны. Ты, фактически, становишься непрошенным советом: если я могу стать лучше, то можешь и ты.
С цивилизацией — как с наследственностью. Можно ненавидеть своего отца, но невозможно сделать так, чтобы не унаследовать его гены, не повторить его черты. А потому надо заставить себя уважать его, ибо презирать его означает презирать себя. Нет, невозможно сделать так, чтобы мы перестали походить самым существенным образом…