Мои цитаты из книг
Люди изначально содержат в себе много несоответствий, которые либо постепенно затухают, либо формируются, оставляя отметины на всей последующей жизни.Нельзя просто так прожить и исчезнуть, шлейфы твоего существования хоть и недолго, но все же будут стелиться, укутывая бывшее окружение.
Наше время. В заброшенной и почти развалившейся деревне живут Грачёвы – Марина, Сергей и их семилетний Павлик. Однажды отец ушел и не вернулся, а мать, серьёзно заболев, умерла, оставив сыну своё стокилограммовое тело. Лишь полностью исследовав жизнь каждого члена этого семейства, можно найти ответы на вопросы: «Как они попали в эту деревню?», «Куда пропал Сергей?», «Из-за чего умерла Марина?» и «Как проведёт Павлик своё седьмое лето?»"
Ухаживал как топором махал — активно, настойчиво, стремительно и ни с какого боку не поэтично.
Наше время. В заброшенной и почти развалившейся деревне живут Грачёвы – Марина, Сергей и их семилетний Павлик. Однажды отец ушел и не вернулся, а мать, серьёзно заболев, умерла, оставив сыну своё стокилограммовое тело. Лишь полностью исследовав жизнь каждого члена этого семейства, можно найти ответы на вопросы: «Как они попали в эту деревню?», «Куда пропал Сергей?», «Из-за чего умерла Марина?» и «Как проведёт Павлик своё седьмое лето?»"
При первом половом акте, неправильный выбор партнёра, может надолго отбить желание, повторять, в ближайшее время, сакральный процесс. Или же вообще обратит его в обыденность.
Необходима хоть одна, хоть маленькая, хоть прозрачная, капелька индивидуальности.
Бывает, капли создают реку...
Наше время. В заброшенной и почти развалившейся деревне живут Грачёвы – Марина, Сергей и их семилетний Павлик. Однажды отец ушел и не вернулся, а мать, серьёзно заболев, умерла, оставив сыну своё стокилограммовое тело. Лишь полностью исследовав жизнь каждого члена этого семейства, можно найти ответы на вопросы: «Как они попали в эту деревню?», «Куда пропал Сергей?», «Из-за чего умерла Марина?» и «Как проведёт Павлик своё седьмое лето?»"
Всё с чего-то да начинается.
Театр - с вешалки, алкоголизм – с первой рюмки, развод – с ссоры, путь – с первого шага, изнасилование – с отказа, начало – с буквы «Н», Родина – так до конца и не определено.
Наше время. В заброшенной и почти развалившейся деревне живут Грачёвы – Марина, Сергей и их семилетний Павлик. Однажды отец ушел и не вернулся, а мать, серьёзно заболев, умерла, оставив сыну своё стокилограммовое тело. Лишь полностью исследовав жизнь каждого члена этого семейства, можно найти ответы на вопросы: «Как они попали в эту деревню?», «Куда пропал Сергей?», «Из-за чего умерла Марина?» и «Как проведёт Павлик своё седьмое лето?»"
... где есть недобор, обязательно найдется и перебор.
Наше время. В заброшенной и почти развалившейся деревне живут Грачёвы – Марина, Сергей и их семилетний Павлик. Однажды отец ушел и не вернулся, а мать, серьёзно заболев, умерла, оставив сыну своё стокилограммовое тело. Лишь полностью исследовав жизнь каждого члена этого семейства, можно найти ответы на вопросы: «Как они попали в эту деревню?», «Куда пропал Сергей?», «Из-за чего умерла Марина?» и «Как проведёт Павлик своё седьмое лето?»"
Время-деньги, а деньги-упущенное время. Все банально и просто.
Наше время. В заброшенной и почти развалившейся деревне живут Грачёвы – Марина, Сергей и их семилетний Павлик. Однажды отец ушел и не вернулся, а мать, серьёзно заболев, умерла, оставив сыну своё стокилограммовое тело. Лишь полностью исследовав жизнь каждого члена этого семейства, можно найти ответы на вопросы: «Как они попали в эту деревню?», «Куда пропал Сергей?», «Из-за чего умерла Марина?» и «Как проведёт Павлик своё седьмое лето?»"
для меня моя жизнь - это вечность.
Автор книги, Евгения Федорова, хотела стать детской писательницей, но оказалась в сталинских лагерях. В результате литературные плоды ее жизни связаны с очень взрослыми и страшными темами тоталитарного общества. Она пережила на себе все ужасы ГУЛАГа, и поэтому ее рассказ о неумолимой адской политической машине, перемалывающей судьбы людей, заставляющей предавать близких, разлучающей матерей с детьми, столь яркий и искренний. Эта книга – подлинная история людей, которые столкнулись с неумолимой...
Философия ее была простой и ясной: дети растут в иное время, в иной обстановке и им виднее, что к чему и как надо жить.
Автор книги, Евгения Федорова, хотела стать детской писательницей, но оказалась в сталинских лагерях. В результате литературные плоды ее жизни связаны с очень взрослыми и страшными темами тоталитарного общества. Она пережила на себе все ужасы ГУЛАГа, и поэтому ее рассказ о неумолимой адской политической машине, перемалывающей судьбы людей, заставляющей предавать близких, разлучающей матерей с детьми, столь яркий и искренний. Эта книга – подлинная история людей, которые столкнулись с неумолимой...
– Вот что, – сказал Димка, ковыряясь в светодиодном фонарике китайского производства. – Оставайтесь вы сегодня у меня. Переночуем, перекантуемся, а утром на свежую голову во всем разберемся. Если это действительно нашествие зомби, что ж… – Димка хохотнул, давая понять, что его слова не нужно воспринимать всерьез. – Тогда будем вести себя соответственно. Как в кино.
– Это как же? – спросила молчавшая весь вечер Таня. – Начнем искать печенье «Твинки»?
Россия. Наши дни… Компания друзей – Дима, Минтай, Катя, Таня и Оля – весело проводят выходные. Выпивка, закуска, потанцульки, флирт разной степени тяжести. И никому нет дела до того, что происходит во внешнем мире. Они, конечно, замечают некоторые странности. Какие-то типы, похожие на обкурившихся бомжей, топчутся на опустевшей детской площадке. На улице пробка – машины стоят плотно и даже не пытаются тронуться с места. А в топе новостных порталов крутят ролик, в котором какой-то наркоман заживо...
Поравнявшись с балконом пятого этажа, я, и без того напуганный высотой, едва не попал в руки зомби. Я даже не понял, откуда он там взялся, успев заметить только жуткую морду с раскрытыми челюстями. Я практически выпустил веревку из рук и пролетел, наверное, метров пять, прежде чем сообразил, что падаю. Остановившись ценой ободранных до крови ладоней <...> А потом зомби, от которого я ускользнул, перегнулся через ограждение балкона, взялся за веревку и пристально на меня посмотрел. Я был уверен, что он собирается подтащить меня к себе – так поднимают ведро из колодца. Я сполз еще на два метра, не чувствуя боли в ладонях, не смея отводить взгляд от жутких глаз чудища. Едкая вонючая слюна капнула мне на щеку. Глядящий на меня зомби медленно перевалился через перила и, раскинув руки, полетел вниз.
Это чудо, что он не сумел в меня вцепиться, а только скользнул по плечу, царапнул куртку и едва не сорвал с моей ноги ботинок. Я слышал, как зомби шлепнулся, – звук был мерзкий. Изогнувшись, я посмотрел вниз – он лежал в метре от корзины с нашим барахлом.
Я не мог знать, убило его падение или просто оглушило, но мне почему-то казалось, что мы успеем проскочить мимо него прежде, чем он очухается – балкон второго этажа был совсем рядом, высунувшийся чуть ли не по пояс Димка бешено махал руками и орал, что пора мне из сосиски опять превратиться в человека.
Где-то чуть выше и правее со звоном вылетело стекло. Я дернулся, повернул голову на шум и увидел в разбитом окне еще одну жуткую морду. Этот зомби не мог меня достать, но он все равно ко мне тянулся – я видел, как острые стеклянные зубья, торчащие в раме, режут его голое, покрытое серой пылью тело. Потеряв равновесие, он вывалился из окна – я не стал смотреть, как и куда он падает.
Опасаясь, что из окна рядом появится еще кто-нибудь, я быстро пополз вниз, дико страдая от боли в обожженных и ободранных ладонях. Наконец-то подобравшись к остекленному балкону, я долго и безуспешно пытался влезть внутрь и не понимал, почему Димка, который, вроде бы, должен был мне помочь, отпихивает меня и раздраженно кричит. Лишь когда вставшая рядом Оля спокойно со мной заговорила, я понял, чего они от меня добиваются, – мне незачем было лезть на балкон, я должен был спускаться ниже – на землю.
Не вытерпев пытки болью, оглушенный адреналином, я отпустил веревку, когда до земли оставалось два метра. Упал тяжело и неловко, завалился набок и не сразу сумел встать. Оля уже спускалась, когда я поднялся на ноги, и она замечательно обошлась без моей помощи.
– Вещи собирай! – орал на меня Димка. – Не теряй время!
Я горящими пальцами наскреб с просевшего сугробика горсть грязного снега, растер им лицо. Это чуть привело меня в чувство.
Снизу все выглядело совсем не так, как с высоты. Мертвого Серегу было почти не найти – он практически утонул в клумбе. Выпавший из окна зомби лежал много дальше, чем я ожидал, а его сородич, свалившийся с балкона, был похож на обычного пьянчугу, уснувшего в грязи лицом вниз.
Россия. Наши дни… Компания друзей – Дима, Минтай, Катя, Таня и Оля – весело проводят выходные. Выпивка, закуска, потанцульки, флирт разной степени тяжести. И никому нет дела до того, что происходит во внешнем мире. Они, конечно, замечают некоторые странности. Какие-то типы, похожие на обкурившихся бомжей, топчутся на опустевшей детской площадке. На улице пробка – машины стоят плотно и даже не пытаются тронуться с места. А в топе новостных порталов крутят ролик, в котором какой-то наркоман заживо...