Мои цитаты из книг
Время в Белграде измеряется лицами. Мне достаточно было недели, чтобы узнать их. Через год я буду узнавать здесь всех. Обретая лицо, человек обретает время. И часы уже можно носить в качестве украшения, ибо стрелки всегда принимают произвольное положение относительно душевного состояния их владельца. Оставаясь на улице, я не боюсь никуда опоздать – время переселилось на лица манифестантов. Достаточно взглянуть на кого-нибудь, и ты знаешь: время идет. Но не стоит спешить на свидание: ни один из вас на него не поспеет, но зато вы встретитесь в другом месте, где не встретились бы, если бы отправились туда, где условились встретиться. Астрономическое время больше не властвует над Белградом. Люди смотрят друг другу в глаза. Осыпаемые дождем конфетти, кружатся на фантастической карусели. Цепная реакция лиц в сработавшем взрывном механизме. Лицо белградца – горючий, легко вступающий в реакцию материал. Стать невидимкой здесь невозможно. Толпа в Белграде не обезличена. Одно из любых двух лиц – всегда ты. Белградцы весело прощаются с прошлым, охваченные всеобщим порывом бесчинства и озорства. Дудеть-пердеть-свистеть-горлопанить! Рядом со мной блажит во все горло пожилая дама. Она знает, что это можно. Часы стали отставать от истории. Долой безликое время!
Петер Зилахи родился в 1970 году в Будапеште. В университете изучал английскую филологию, антропологию культуры и философию. В литературе дебютировал сборником стихов (1993), но подлинную известность получил после публикации романа «Последний окножираф» (1998), переведенного с тех пор на 14 языков. Использовав форму иллюстрированного детского лексикона, Петер Зилахи создал исполненную иронии и черного юмора энциклопедию Балкан и, шире, Восточной Европы — этой «свалки народов», в очередной раз...
Как выяснилось в средней школе, историю пишут постфтактум, и от этого стало не по себе. Мы почувствовали себя неуверенно - в любой момент с прошлым может случиться все, что угодно, и мы ничего не сможем поделать. Мир безумно вращается вместе с нами. Связь времен – как бы нас не утешали – распалась. Историю нужно писать. А это требует времени. Прошлое вступило в полосу перемен, и история с каждым днем делается все лучше, нужно только подождать, Рим не сразу строился! Меня это не убеждало. В десятом классе прошлое менялось уже так быстро, что учебники приходилось выбрасывать. И типографии не поспевали печатать новые. Единственное, что мы знали про историю, что все в ней было не так и что она работает на нас. Когда она нас нагонит, нам будет что рассказать. Правда, нам не сказали, как бы об этом узнаем. Как мы поймем, что эта вот – наконец настоящая? Постучит однажды в окошко? А, это вы! Заходите! Как дела, дорогая история, рассказывайте… Если вообще историю существует. Или мы должны ее выдумать?
Петер Зилахи родился в 1970 году в Будапеште. В университете изучал английскую филологию, антропологию культуры и философию. В литературе дебютировал сборником стихов (1993), но подлинную известность получил после публикации романа «Последний окножираф» (1998), переведенного с тех пор на 14 языков. Использовав форму иллюстрированного детского лексикона, Петер Зилахи создал исполненную иронии и черного юмора энциклопедию Балкан и, шире, Восточной Европы — этой «свалки народов», в очередной раз...
Вот говорят, что хуже дурака — только дурак с инициативой... Но я вам так скажу: ещё страшнее дурак с возможностью её реализации.
Вопрос: что будет, если похитить темную фею? Юную и нежную, как бритва, прекрасную, как сотня барракуд, и безобидную, как ядовитая змея. И не просто похитить, а украсть в ту самую священную ночь, когда радостная, ожидающая уже год этого момента девушка должна познать мужчину. А потом закинуть ее в Лабиринт темных эльфов… Фейки — существа пакостные, а злые фейки — пакостны вдвойне. Устоит ли Лабиринт и выживут ли темные эльфы?
Плыть по течению всегда проще и приятнее, чем решать самой. Хотя бы потому, что, когда карты у нас на руках, возникают сомнения. А раз нет вариантов – значит, нет вариантов.
Вопрос: что будет, если похитить темную фею? Юную и нежную, как бритва, прекрасную, как сотня барракуд, и безобидную, как ядовитая змея. И не просто похитить, а украсть в ту самую священную ночь, когда радостная, ожидающая уже год этого момента девушка должна познать мужчину. А потом закинуть ее в Лабиринт темных эльфов… Фейки — существа пакостные, а злые фейки — пакостны вдвойне. Устоит ли Лабиринт и выживут ли темные эльфы?
Не любо — не слушай, а материться не мешай!
Вопрос: что будет, если похитить темную фею? Юную и нежную, как бритва, прекрасную, как сотня барракуд, и безобидную, как ядовитая змея. И не просто похитить, а украсть в ту самую священную ночь, когда радостная, ожидающая уже год этого момента девушка должна познать мужчину. А потом закинуть ее в Лабиринт темных эльфов… Фейки — существа пакостные, а злые фейки — пакостны вдвойне. Устоит ли Лабиринт и выживут ли темные эльфы?
Когда на столе почти ничего не осталось, дроу окинул меня усталым взглядом и поведал:
— Я тебя не хочу.
— Выпей зелья, — посоветовала я.
— Не поможет, — неожиданно признался он. — Ты над совершенством надругалась!
— А ничего, что ты меня украл?! — возмутилась я. — Я тут, может быть, уже настроилась, и зелье наконец подействовало, а он «не хочу»!
— Ну, ты поприставай, а я подумаю, — выдал совсем офонаревший насильник.
— Не получится.
— Странно. Я в еду еще сыпанул афродизиака. У тебя метаболизм замедленный, что ли?
Я только развела руками.
Вопрос: что будет, если похитить темную фею? Юную и нежную, как бритва, прекрасную, как сотня барракуд, и безобидную, как ядовитая змея. И не просто похитить, а украсть в ту самую священную ночь, когда радостная, ожидающая уже год этого момента девушка должна познать мужчину. А потом закинуть ее в Лабиринт темных эльфов… Фейки — существа пакостные, а злые фейки — пакостны вдвойне. Устоит ли Лабиринт и выживут ли темные эльфы?
Компания такая, что веселее только палач и гробовщик.
Вопрос: что будет, если похитить темную фею? Юную и нежную, как бритва, прекрасную, как сотня барракуд, и безобидную, как ядовитая змея. И не просто похитить, а украсть в ту самую священную ночь, когда радостная, ожидающая уже год этого момента девушка должна познать мужчину. А потом закинуть ее в Лабиринт темных эльфов… Фейки — существа пакостные, а злые фейки — пакостны вдвойне. Устоит ли Лабиринт и выживут ли темные эльфы?
— Сквернословие — не та черта, что идёт нежным девушкам.
— Последовательность действий — вот так черта, что идёт настоящим мужчинам! Это вам так... для справки. Если когда-либо захотите приблизиться к идеалу.
Вопрос: что будет, если похитить темную фею? Юную и нежную, как бритва, прекрасную, как сотня барракуд, и безобидную, как ядовитая змея. И не просто похитить, а украсть в ту самую священную ночь, когда радостная, ожидающая уже год этого момента девушка должна познать мужчину. А потом закинуть ее в Лабиринт темных эльфов… Фейки — существа пакостные, а злые фейки — пакостны вдвойне. Устоит ли Лабиринт и выживут ли темные эльфы?
— Сол, в её девичьих мечтах в этот момент должно быть твоё падение на колено, пафосная речь на тему великой любви и преград, которые ты преодолел на пути к ней. Дальше ты достаёшь букет...
— Откуда? — скептически уточнил жрец.
— Такие мелочи девичьи фантазии не учитывают. По моему мнению, спрятать можно было разве что в за...
— Зар!
— А? Ну ладно. Из ниоткуда, назовём это так. И кольцо! Тоже из за...
— Заррин!
— Из ниоткуда.
Вопрос: что будет, если похитить темную фею? Юную и нежную, как бритва, прекрасную, как сотня барракуд, и безобидную, как ядовитая змея. И не просто похитить, а украсть в ту самую священную ночь, когда радостная, ожидающая уже год этого момента девушка должна познать мужчину. А потом закинуть ее в Лабиринт темных эльфов… Фейки — существа пакостные, а злые фейки — пакостны вдвойне. Устоит ли Лабиринт и выживут ли темные эльфы?
В древние времена было проще. Изловчилась, скинула камень на беспечно идущего мужика – отволокла в пещеру и приручай не спеша! Теперь они стали хитрее!
Вопрос: что будет, если похитить темную фею? Юную и нежную, как бритва, прекрасную, как сотня барракуд, и безобидную, как ядовитая змея. И не просто похитить, а украсть в ту самую священную ночь, когда радостная, ожидающая уже год этого момента девушка должна познать мужчину. А потом закинуть ее в Лабиринт темных эльфов… Фейки — существа пакостные, а злые фейки — пакостны вдвойне. Устоит ли Лабиринт и выживут ли темные эльфы?