С людьми он говорил на английском, с котами - на французском, а с птицами - на латыни. Однажды он даже чуть не убился, попытавшись читать на скаку.
Мамам отдаешь свое сердце. Мамы всегда дают возможность остановиться и перевести дух.
Что ты сейчас читаешь, то с тобой и останется. Книги открывают тебе весь мир.
Мамы стоят того, чтобы за ними охотиться.
Виктория закрепила символическую связь между «невестой» и «королевой», и с того времени сформировалось представление о свадьбе как о «коронации обычной женщины» – так Холли Брубек писала в The New Yorker в 1989 году.
Но Интернет все делает личным. Интернет заставляет нас считать, что, поддерживая кого-то, мы лично разделяем его опыт – то есть солидарность становится вопросом идентичности, а не политики или морали, и это является причиной огромной взаимной уязвимости в повседневной жизни.
Литисай не сомневался, что Румра Пляшущая Кошка из Семейства Гашхар могла устроить загадочное «это самое» любому десятнику – хоть своему, хоть вражескому.
Зимней дороге не спрятаться под снегом. Пусть укроет ее сообщница-вьюга – выдадут прянувшие прочь кусты, выдадут раздавшиеся в стороны стволы сосен. И обоз найдет дорогу, проложит по ней новую, зимнюю, звонкую колею. Утопчут дорогу копыта и сапоги, смирится дорога, перестанет таиться – разве что вздохнет про себя о спокойных осенних денечках, когда никто не решался ступить в ее непролазную грязь. И по-прежнему будет свысока поглядывать на бегущую над обрывом реку.
– Здравствуй, Кринаш, сто лет жизни тебе и кучу денег! Уж приветь, обогрей бездомную старушку… не спустишь собаку, а?
Она так и сказала: «Я тебя своей любовью на свете держу. Пока я жива, ты человек среди людей. А когда умру, вода над кровью верх возьмет. Найди, сынок, себе реку или озеро, не то по земле растечешься, туманом растаешь, в облака уйдешь…»