"У него случались романы, но так как никого и никогда он не любил, кобелировал из спортивного интереса, то из семьи никуда уходить не хотел, всякий раз благостно возвращался к Машкиным пирогам и заботам".
"– Вы ведь, верно, в советские времена антирелигиозную пропаганду разворачивали – ну, или, по крайней мере, должны были вести – с тем же самым жаром, с каким сейчас религиозный дурман сеете. А теперь вы ведь, пожалуй, и в церковь ходите? Лоб истово на купола крестите?"
«Одна». Я вдруг пожалела, что не вырезала это слово, – просто удивительно, почему оно до сих пор не украшало мое тело.
«Я перевожу взгляд с Лаклана на Цзюнь Бэй и обратно, не в силах пошевелиться или заговорить. Тело дрожит, а перед глазами то все расплывается, то вновь приобретает очертания. Человек, которого я считала своим отцом – которого любила, – говорит обо мне так, словно я всего лишь пустышка, которую можно использовать в своих целях и выбросить.
– Она – личность! – срываясь, кричит Цзюнь Бэй. – Как ты можешь так говорить?
– Она убожество, – указывая на меня, кричит Лаклан. – Ты должна ненавидеть ее, а не защищать. Ее лицо и мысли порождены моей ДНК. Она простое лекарство, которое уже не приносит пользы. Пришло время вернуть то, что принадлежит тебе, и занять свое законное место в этом мире.»
Призрак - Несбё Ю "Идиот сделал, как я велел. Как тупой послушный ученик. "
"Если потеряешь все свои пешки, то получишь шах и мат, и это только вопрос времени, Густо."
"Этот смех говорил: «Ты смешной и симпатичный и наверняка умный и вполне заслуживаешь добродушного смеха»."
"Жизнь — это ресторан, на который у тебя нет денег. Смерть — это счет за еду, которую ты даже не успел съесть. Так что ты заказываешь самые дорогие блюда из меню, все равно же тебе придется умереть, и, может быть, ты успеешь хотя бы попробовать заказанное."
"По спине у меня потек пот. Я заставил себя посмотреть ему в глаза. Ощущение было такое, словно я вглядывался в хренову Антарктику. Пустота. Холод и хренова пустыня. Но я увидел по меньшей мере две вещи, которые он хотел получить. Номер один — деньги."
"Когда я стал взрослым, я понял, что по-настоящему бескорыстный отец готов пожертвовать собственным ребенком, если это послужит более высокой цели, чем родственные отношения. Потому что такие цели существуют."