Мои цитаты из книг
Любовь, как птица, думает она, взмахнет и рылом и улетит, как прилетела когда-то.
Индия. Смита относится к касте неприкасаемых, ее жизнь невыносима, как была невыносима жизнь ее матери и бабушки. И для дочери Смиты уготовлена та же судьба – унизительный адский труд до конца дней. Сицилия. Джулия работает в семейной мастерской. Когда с ее отцом происходит несчастный случай, ей приходится взять управление в свои руки. И в этот момент она обнаруживает, что предприятие практически разорено. Канада. Сара – блестящий адвокат, мать троих детей, которая мастерски совмещает работу и...
Здесь, по сторонам этой дороги, в этом хаосе без названия - вся Индия, в которой смешались древность и современность, священное и мирское, грязь и чистота.
Индия. Смита относится к касте неприкасаемых, ее жизнь невыносима, как была невыносима жизнь ее матери и бабушки. И для дочери Смиты уготовлена та же судьба – унизительный адский труд до конца дней. Сицилия. Джулия работает в семейной мастерской. Когда с ее отцом происходит несчастный случай, ей приходится взять управление в свои руки. И в этот момент она обнаруживает, что предприятие практически разорено. Канада. Сара – блестящий адвокат, мать троих детей, которая мастерски совмещает работу и...
Пока о проблеме не говоришь, она как бы и не существует.
Индия. Смита относится к касте неприкасаемых, ее жизнь невыносима, как была невыносима жизнь ее матери и бабушки. И для дочери Смиты уготовлена та же судьба – унизительный адский труд до конца дней. Сицилия. Джулия работает в семейной мастерской. Когда с ее отцом происходит несчастный случай, ей приходится взять управление в свои руки. И в этот момент она обнаруживает, что предприятие практически разорено. Канада. Сара – блестящий адвокат, мать троих детей, которая мастерски совмещает работу и...
Вот он ты, в Москве… Давай! Бросай там всё – и сюда… Там – жопа, старина!.. А тут? Тут – полная жопа!
Роман называется «Театр отчаяния. Отчаянный театр». Эта объёмная книга написана как биографическая история, но главным героем романа является не человек, или не столько человек, как призвание, движущее и ведущее человека к непонятой человеку цели. Евгений Гришковец
Жизнь мешает чтению.
Роман называется «Театр отчаяния. Отчаянный театр». Эта объёмная книга написана как биографическая история, но главным героем романа является не человек, или не столько человек, как призвание, движущее и ведущее человека к непонятой человеку цели. Евгений Гришковец
Все, что входило в школьную программу, следовало презирать, высмеивать и игнорировать. Все! От Деда Мазая с Муму, замученных некрасовских мужиков и вплоть до Достоевского.
Роман называется «Театр отчаяния. Отчаянный театр». Эта объёмная книга написана как биографическая история, но главным героем романа является не человек, или не столько человек, как призвание, движущее и ведущее человека к непонятой человеку цели. Евгений Гришковец
Я ел мороженое, гулял по парку под названием Комсомольский в надежде найти хорошую скамейку, чтобы почитать. Хороших скамеек в том парке мне не попадалось. Все либо были сломаны, либо грязны, либо заняты. Честно говоря, я так и не научился читать в парках, на пляже, на балконе... Не смог. Все меня отвлекало, да и теперь отвлекает... Жизнь мешает чтению.
Роман называется «Театр отчаяния. Отчаянный театр». Эта объёмная книга написана как биографическая история, но главным героем романа является не человек, или не столько человек, как призвание, движущее и ведущее человека к непонятой человеку цели. Евгений Гришковец
В стране, из которой я ушёл служить на три года на флот, многие люди, которые уезжали в Израиль или в Америку, могли продать свои домашние библиотеки и на вырученные деньги осуществить переезд, сделать на новом месте ремонт и купить машину.
Роман называется «Театр отчаяния. Отчаянный театр». Эта объёмная книга написана как биографическая история, но главным героем романа является не человек, или не столько человек, как призвание, движущее и ведущее человека к непонятой человеку цели. Евгений Гришковец
Я не знал тогда, что времени может не хватать и что придет такая жизнь, что его не будет хватать постоянно.
Роман называется «Театр отчаяния. Отчаянный театр». Эта объёмная книга написана как биографическая история, но главным героем романа является не человек, или не столько человек, как призвание, движущее и ведущее человека к непонятой человеку цели. Евгений Гришковец
Я не верил глазам, увидев такое книжное изобилие. Сам я лично впервые в 16 лет прочитал «Мастера и Маргариту» Булгакова и его же «Белую гвардию» только потому, что знакомые мне доверили на неделю обе эти книги, отснятые на фотопленку. Так что я запомнил текст «Белой гвардии», как строки белых букв на чёрном фоне негатива, проецированного на стену при помощи фильмоскопа.
Роман называется «Театр отчаяния. Отчаянный театр». Эта объёмная книга написана как биографическая история, но главным героем романа является не человек, или не столько человек, как призвание, движущее и ведущее человека к непонятой человеку цели. Евгений Гришковец