Мои цитаты из книг
..человек, родившийся, допустим, в Азербайджане в 1915 г., к 1995-му успел пожить при четырех «алфавитных режимах»: арабском, советском латинском, кириллическом и турецком латинском.
С лингвистической точки зрения Европа – это языковой пирог, который состоит из нескольких больших кусков, множества мелких и горстки крошек. Устное и письменное многообразие языков нашего континента выглядит впечатляюще и невероятно увлекательно. «Лингво» – это языковой пейзаж нашего континента, живописные лингвистические реалии которого достойны пристального внимания, огромного интереса и искреннего восхищения.
Двое глухих, владеющих двумя разными жестовыми языками, смогут быстрее и эффективнее объясниться между собой, чем двое слышащих, говорящих на разных языках, но в основном потому, что владеющий языком жестов обычно хорошо умеет жестикулировать экспромтом. Пока они обсуждают конкретные вещи, они – при наличии доброй воли – всегда смогут объясниться. Но как только разговор перейдет на абстрактные материи вроде необходимости более жесткого регулирования финансового сектора, они будут так же беспомощны, как и все мы.
С лингвистической точки зрения Европа – это языковой пирог, который состоит из нескольких больших кусков, множества мелких и горстки крошек. Устное и письменное многообразие языков нашего континента выглядит впечатляюще и невероятно увлекательно. «Лингво» – это языковой пейзаж нашего континента, живописные лингвистические реалии которого достойны пристального внимания, огромного интереса и искреннего восхищения.
..сейчас Мальта – католический остров с семитским (а следовательно, афразийским) языком, в котором используется латинский алфавит (в отличие от всех остальных семитских языков) и который похож на итальянский, если не считать непривычных ż и ћ, типичных для польского и сербского соответственно. (Сходство с итальянским так сильно, что Муссолини считал мальтийский итальянским диалектом.) В довершение всего мальтийцы так хорошо говорят по-английски, что сюда со всего мира стекаются иностранные студенты, предпочитая оттачивать английский под голубым небом Ла-Валетты, а не под серым – Лондона. С такой запутанной родословной неудивительно, что мальтийский – один из немногих европейских языков, в котором помимо единственного и множественного числа есть еще и двойственное, доставшееся ему в наследство от арабского: sena – один год, sentejn – два года, а snin – больше двух лет.
С лингвистической точки зрения Европа – это языковой пирог, который состоит из нескольких больших кусков, множества мелких и горстки крошек. Устное и письменное многообразие языков нашего континента выглядит впечатляюще и невероятно увлекательно. «Лингво» – это языковой пейзаж нашего континента, живописные лингвистические реалии которого достойны пристального внимания, огромного интереса и искреннего восхищения.
..другое дело с гласными – основной трудностью для большинства иностранцев, осваивающих английское произношение ... Главный недостаток английских гласных – их изобилие ... А что, если в вашем родном языке гласных мало? ... У говорящих на таких языках сразу две проблемы: их рот не умеет произносить многочисленные английские гласные, а уши не различают ...
..если осилить китайские тоны нам помогает их сходство с интонацией, на которую мы привыкли обращать внимание, то при штудировании английских гласных иностранцам опереться не на что.
С лингвистической точки зрения Европа – это языковой пирог, который состоит из нескольких больших кусков, множества мелких и горстки крошек. Устное и письменное многообразие языков нашего континента выглядит впечатляюще и невероятно увлекательно. «Лингво» – это языковой пейзаж нашего континента, живописные лингвистические реалии которого достойны пристального внимания, огромного интереса и искреннего восхищения.
..победное шествие английского по миру объясняется вовсе не его простотой. Латынь завоевала много стран, но при этом была гораздо сложнее английского по части родов, падежей и склонений. Арамейский, греческий и арабский – еще три языка, имевшие в свое время огромное распространение, – грамматически такие же изощренные, как латынь. Их успех объяснялся историческими и политическими причинами, а отнюдь не особыми лингвистическими достоинствами. И с английским так. Если английский и проще этих четырех языков, то это всего лишь счастливый случай.
С лингвистической точки зрения Европа – это языковой пирог, который состоит из нескольких больших кусков, множества мелких и горстки крошек. Устное и письменное многообразие языков нашего континента выглядит впечатляюще и невероятно увлекательно. «Лингво» – это языковой пейзаж нашего континента, живописные лингвистические реалии которого достойны пристального внимания, огромного интереса и искреннего восхищения.
В качестве мирового языка английский не только очень похож на китайский, но и может быть им вытеснен. Немало политических экспертов считают, что «азиатский гигант» станет следующей сверхдержавой в экономическом, политическом и военном смысле. А тогда неудивительно, если и в языковой сфере он станет играть весьма активную роль. Это может обрадовать многие народы из Африки, Восточной и Юго-Восточной Азии, поскольку для них китайский может оказаться не труднее, а то и проще английского. (Хотя реформа китайской орфографии все равно многим была бы на руку.) Зато европейцы, включая славян, окажутся в проигрыше.
Впрочем, у страха глаза велики. В конце концов, в воображаемом мире, где китайский доминирует, мы бы сталкивались с устным и письменным китайским гораздо чаще, чем сейчас. И если миллионы неславян – татары, чеченцы, калмыки, венгры и румыны – овладели русским как вторым языком, а миллионы уйгуров, тибетцев, монголов и представителей других народов освоили китайский, то, конечно, и мы с вами сможем если уж не выучить китайский, то хотя бы заставить это сделать своих детей.
С лингвистической точки зрения Европа – это языковой пирог, который состоит из нескольких больших кусков, множества мелких и горстки крошек. Устное и письменное многообразие языков нашего континента выглядит впечатляюще и невероятно увлекательно. «Лингво» – это языковой пейзаж нашего континента, живописные лингвистические реалии которого достойны пристального внимания, огромного интереса и искреннего восхищения.
Смена лексики во избежание неловкости - типичное человеческое поведение.
С лингвистической точки зрения Европа – это языковой пирог, который состоит из нескольких больших кусков, множества мелких и горстки крошек. Устное и письменное многообразие языков нашего континента выглядит впечатляюще и невероятно увлекательно. «Лингво» – это языковой пейзаж нашего континента, живописные лингвистические реалии которого достойны пристального внимания, огромного интереса и искреннего восхищения.
Фарерский не только бесполезен, но и труден.
С лингвистической точки зрения Европа – это языковой пирог, который состоит из нескольких больших кусков, множества мелких и горстки крошек. Устное и письменное многообразие языков нашего континента выглядит впечатляюще и невероятно увлекательно. «Лингво» – это языковой пейзаж нашего континента, живописные лингвистические реалии которого достойны пристального внимания, огромного интереса и искреннего восхищения.
И нет глагола иметь - финн скажет не я имею кота, а minulla on kissa, у меня есть кот (и в данном случае это очень верно - ведь понятно, что главное действующее лицо тут кот, а не я).
С лингвистической точки зрения Европа – это языковой пирог, который состоит из нескольких больших кусков, множества мелких и горстки крошек. Устное и письменное многообразие языков нашего континента выглядит впечатляюще и невероятно увлекательно. «Лингво» – это языковой пейзаж нашего континента, живописные лингвистические реалии которого достойны пристального внимания, огромного интереса и искреннего восхищения.
Столетия миграции, торговли и творческой деятельности сделали немецкий широко распространенным и крайне влиятельным языком. Первая мировая война значительно пошатнула престиж всего немецкого, но еще более серьезный ущерб нанес Третий рейх с его манией величия и чудовищными зверствами. Можно сказать, что немецкий язык пострадал от войны, развязанной его носителями.
С лингвистической точки зрения Европа – это языковой пирог, который состоит из нескольких больших кусков, множества мелких и горстки крошек. Устное и письменное многообразие языков нашего континента выглядит впечатляюще и невероятно увлекательно. «Лингво» – это языковой пейзаж нашего континента, живописные лингвистические реалии которого достойны пристального внимания, огромного интереса и искреннего восхищения.