— Если разглагольствуешь в церкви, это еще не значит, что ты хороший человек, — говорила она.
Спал я крепко, пуще водки любил я спать, — за сны любил. Что такое сон, до сего времени не понимаю. И с чего бы это такое странное привидеться может?
Галки не боятся мёртвых.
– Видишь ли, голубушка, твоей маме заказали нарисовать для журнала Радость Жизни. И вот она злится и бесится оттого, что знать не знает, как эта Радость должна выглядеть, – объяснил дед. – Более злобного творца радости днем с огнем не сыщешь.
Оська был храбр и стоек. В доказательство этого он каждую минуту говорил, что ему совсем не страшно, а, наоборот, даже уютно. Когда ему в шестой раз стало уютно, он провалился…
– Конь… Как же еще? У лошадев не бывает фамилиев.
Мама у нас служит модератором (глушителем) в слишком бравурных папиных разговорах.
В другой раз одолевали мы слово "сапоги". - Сы и а - са, - карабкалась по слогам Анюта, - пы и о - по, значит - сапо... Теперь гы и и - ги... - Ну, что вместе получается? - спросил я. - Валенки, - сказала Анюта.
Я сидел на лавке подсудимых, красивый и стройный.
Он тогда редактировал покровскую газету «Волжский Буревестник» и прославился тем, что на первой странице рождественского номера огромными буквами поздравил «всех уважаемых читателей с 1917-м днем рождения социалиста И. Христа…» Через день газету поздравили с новым редактором.