Потеряв всех родных, всех до единого, я будто заново родился, – рассказывал Инатими Ричарду своим неизменно тихим голосом. – Я стал новым человеком, потому что некому было напоминать мне, кем я был до сих пор
В бункере, играя на влажной земле, кишевшей муравьями и сверчками, малыш сказал, как его зовут. Наверное, Чидиебеле — это имя чаще встречается. Теперь имя звучало как насмешка. Чидиебеле: «Бог милостив».
Дедушка говорил: если хуже некуда, дальше будет только лучше.
Смерть-абсолютное знание, но страшно не представлять заранее, что именно тебе откроется.
Как вышло, что все они чужие люди и связывает их только общая фамилия?
Потеряв всех родных, всех до единого, я будто заново родился, – рассказывал Инатими Ричарду своим неизменно тихим голосом. – Я стал новым человеком, потому что некому было напоминать мне, кем я был до сих пор
В бункере, играя на влажной земле, кишевшей муравьями и сверчками, малыш сказал, как его зовут. Наверное, Чидиебеле — это имя чаще встречается. Теперь имя звучало как насмешка. Чидиебеле: «Бог милостив».
Дедушка говорил: если хуже некуда, дальше будет только лучше.
Смерть-абсолютное знание, но страшно не представлять заранее, что именно тебе откроется.
Как вышло, что все они чужие люди и связывает их только общая фамилия?