Мои цитаты из книг
Жихарь. – Ай ю про кинга аскаю! Как хи там ливствует, здоров ли?
Милорд недоуменно прокашлялся и сказал:
– Подданный далеко не всегда властен над поступками своих монархов и не всегда может спросить, каких людей те понимают, какие партии приближают к себе. Так пусть они не нарушают конституцию, пусть они правят по закону, чтобы тот, кто им служит, не был замешан ни в одном противозаконном действии и чтобы от него не требовали ничего не совместимого с правами и законами его страны…
– Оставь его в покое, – посоветовал Колобок. – Речи его вполне разумны; жаль только, что он не всегда отвечает впопад. Так уж их в ихнем парламенте учат. По этому Милорду гадать хорошо, а разговаривать с ним толку нет.
Обиделась как-то смерть на многоборских людишек, да и ушла. Казалось бы, живи, не хочу! Но обывателю все не ладно. Была смертушка — плохо. Ушла — стало еще хуже. Судили-рядили именитые жители Многоборья: как быть, кого за смертью посылать? Знамо — Жихаря! Он и богатырь, и герой, и вообще — парень хоть куда… Ну и послали… как за смертью…
– А вот неспанский бальзам, хвалит себя сам на языке, понятном всяким волосам!
– Кому черного «мерседеса» из Брынского леса? В обращенье несложен, к тому же растаможен!
– Продаю мыльный порошок, стирает хорошо: сама тетя Ася еле убереглася!
– Продается пихало дубовое, совсем новое, к труду и обороне готовое! Пихал бы сам, да уступаю вам!
– Зубы береги, пройти мимо не моги! Есть «Орбит» без сахара – сама жевала да ахала!
– Твой «Орбит» все зубы сгорбит! Жуйте «Джуси Фрут» – от него мухи мрут, а сам кариес на елку залез!
Обиделась как-то смерть на многоборских людишек, да и ушла. Казалось бы, живи, не хочу! Но обывателю все не ладно. Была смертушка — плохо. Ушла — стало еще хуже. Судили-рядили именитые жители Многоборья: как быть, кого за смертью посылать? Знамо — Жихаря! Он и богатырь, и герой, и вообще — парень хоть куда… Ну и послали… как за смертью…
Мутило же на торжище чувствовал себя не хуже, чем в родимой воде. Он хватал всякий товар руками, пробовал на зуб, на язык, на сжатие и на разрыв, на линючесть, на горючесть, на всхожесть, на свежесть, на вшивость, на яйца глист, на просвет, на всякий случай, на здоровье, на добрую память. На всякое слово продавца он отвечал десятью, торговался до пены из ушей, цену сбивал до полной ничтожности, а потом вдруг отказывался от покупки.
Обиделась как-то смерть на многоборских людишек, да и ушла. Казалось бы, живи, не хочу! Но обывателю все не ладно. Была смертушка — плохо. Ушла — стало еще хуже. Судили-рядили именитые жители Многоборья: как быть, кого за смертью посылать? Знамо — Жихаря! Он и богатырь, и герой, и вообще — парень хоть куда… Ну и послали… как за смертью…
Вот всегда так: обязательно найдется, кому развеять нечаянную радость, бросить в ковшик с душистой медовухой лесного клопа!
Обиделась как-то смерть на многоборских людишек, да и ушла. Казалось бы, живи, не хочу! Но обывателю все не ладно. Была смертушка — плохо. Ушла — стало еще хуже. Судили-рядили именитые жители Многоборья: как быть, кого за смертью посылать? Знамо — Жихаря! Он и богатырь, и герой, и вообще — парень хоть куда… Ну и послали… как за смертью…
Колобок понял свою вину, похлопал Жихаря по пузу и, желая подвеселить товарищество, затянул песню:
Жил отважный Капитал,
В древних банках обитал,
И не раз он попирал
Идеал,
Но однажды дед седой,
Потрясая бородой,
Написал, что Капитал – совсем худой!
Что в труде
И в бою
Он присваивает долю не свою…Услыхав песню, Кот и Дрозд, которые тряслись позади через два воза, внезапно грянули припев:
Капитал, Капитал, улыбнися
И судьбу свою достойно прими!
Капитал, Капитал, поделися
Между всеми, всеми добрыми людьми!Оказывается, это была старая разбойничья песня.Хоть давно народным стал
Этот самый Капитал,
Люди гибнут, как всегда, за металл…
Обиделась как-то смерть на многоборских людишек, да и ушла. Казалось бы, живи, не хочу! Но обывателю все не ладно. Была смертушка — плохо. Ушла — стало еще хуже. Судили-рядили именитые жители Многоборья: как быть, кого за смертью посылать? Знамо — Жихаря! Он и богатырь, и герой, и вообще — парень хоть куда… Ну и послали… как за смертью…
– Полноте, – сказал из сумы Колобок. В перечислении смертоносных примет они с Мутилой и Жихарем не участвовали. – Чего испугались? Всякой курице рано или поздно соломина ко хвосту пристанет. Всякий человек рано или поздно помрет. Всякие повторяющиеся события рано или поздно совпадут. Тому нас и Юнг премудрый учит в книге «Синхронистичность»...
Обиделась как-то смерть на многоборских людишек, да и ушла. Казалось бы, живи, не хочу! Но обывателю все не ладно. Была смертушка — плохо. Ушла — стало еще хуже. Судили-рядили именитые жители Многоборья: как быть, кого за смертью посылать? Знамо — Жихаря! Он и богатырь, и герой, и вообще — парень хоть куда… Ну и послали… как за смертью…
– На ярмарки уже затем ходить надобно, чтобы понять – как много на свете вещей, без которых человек вполне может обойтись!
Обиделась как-то смерть на многоборских людишек, да и ушла. Казалось бы, живи, не хочу! Но обывателю все не ладно. Была смертушка — плохо. Ушла — стало еще хуже. Судили-рядили именитые жители Многоборья: как быть, кого за смертью посылать? Знамо — Жихаря! Он и богатырь, и герой, и вообще — парень хоть куда… Ну и послали… как за смертью…
– Он не честный, – вздохнул Колобок. – Он принципиальный.
– Это как?
– А вот так. Принципиальность – это та же честность, только себе на выгоду. Понял разницу?
Обиделась как-то смерть на многоборских людишек, да и ушла. Казалось бы, живи, не хочу! Но обывателю все не ладно. Была смертушка — плохо. Ушла — стало еще хуже. Судили-рядили именитые жители Многоборья: как быть, кого за смертью посылать? Знамо — Жихаря! Он и богатырь, и герой, и вообще — парень хоть куда… Ну и послали… как за смертью…
— Смотри, цветы! — указал он на лужайку, где яркие желтые первоцветы рассыпались солнечными зайчиками. — А там белка! — воскликнул, задирая голову.
— У меня такое чувство, будто я завела щеночка, — съязвила Тиль.
— Я милый, энергичный и норовлю тебя облизать, — ухмыльнулся Ланс. — Все сходится.
Наглый, упертый и рыжий… бесит! Матильда случайно откопала его в прямом смысле слова полтора года назад и теперь не знает, куда от него деваться. А рыжий колдун, проведший больше века в гробу, твердо намерен отблагодарить свою спасительницу и не дает сделать без него ни шагу. Орден отправляет их на задание – узнать, почему над пансионом для девочек, расположенным в глуши, выпал рыбный дождь. Но колдуна куда больше интересуют тайны Матильды, которые она не намерена раскрывать.
То, что не убивает, делает нас обозленными на мир, сломанными и, в итоге, одинокими.
Наглый, упертый и рыжий… бесит! Матильда случайно откопала его в прямом смысле слова полтора года назад и теперь не знает, куда от него деваться. А рыжий колдун, проведший больше века в гробу, твердо намерен отблагодарить свою спасительницу и не дает сделать без него ни шагу. Орден отправляет их на задание – узнать, почему над пансионом для девочек, расположенным в глуши, выпал рыбный дождь. Но колдуна куда больше интересуют тайны Матильды, которые она не намерена раскрывать.