Кими не нравится болтать с незнакомцами. Пустой разговор сажает батарейки общения, и наступает необходимость их перезарядить.
— Испытывать зелья, если не забыл, твоя работа. Тебя за это кормят, поят и начисляют какую-никакую, но все же зарплату. Так что иди сюда.
— Не хочу! Не буду! — Кыш сперва попятился, а затем взмахнул крыльями и тяжело поднялся в воздух. — И вообще, хватит проводить надо мной эксперименты! Я уникальное животное! Говорящая мышь… новое чудо света! Никак не меньшее, чем единственный во всем мире дракон, который уже двадцать лет обитает на заднем дворе университета! А от твоих зелий у меня, между прочим, обмен веществ нарушается!
Не является ли сон этакой маленькой смертью для нашего тела, пока разум бодрствует, путешествуя по другим мирам?
... мы начинаем ненавидеть то, чего на самом деле очень жаждем, но никак не можем получить.
— Невозможно долго испытывать одну и ту же эмоцию одинаковой интенсивности, — пояснила я и в целях безопасности вернулась обратно к столу. — Рано или поздно ощущения притупляются, и то, что казалось когда-то жизненно важным, постепенно отходит на второй план.
Если бы я была принцессой, я бы до сих пор ждала тебя в какой-нибудь замшелой башне, как дура. Но я, к счастью, обычная магичка... Поэтому прилетела сама.
все на свете проконтролировать невозможно и иногда… быть может, имеет смысл отпустить ситуацию и дать ей возможность разрешиться естественным образом...
— Лишнего не пей! — полетело в спину. — А то утром будет голова болеть.
Нет, надо было этой чирикающей птице свернуть шею!
Самой революционной оказалась книжка, где говорилось, что если каждый день в четыре утра бегать по семь верст, то богатство буквально упадет тебе на голову во время этой самой пробежки. Я не решилась попробовать. Вдруг оно свалится с такой силой, что сломает мне позвоночник?
Лицо чернокнижника неожиданно озарилось приветливой улыбкой, как у психотерапевта, наконец придумавшего способ надеть смирительную рубашку на буйнопомешанного.