Мои цитаты из книг
В последующие годы я очень часто вспоминала эти слова. И чем дольше я над ними думала, тем больше боялась, что стану неправедной женщиной. Иногда я не могла сдвинуться с места, настолько боялась ходить, наклоняться или приседать, как они. Но никто никогда не учил меня, как надо наклоняться, поэтому я знала, что наверняка поступаю неправильно.
У Тары странная семья. Отец готовится к концу света – консервирует персики на случай массового голода и скупает оружие, которым можно уничтожить целую деревню. Мать лечит ожоги и раздробленные кости настойкой лаванды, а братья и сестры не ходят в школу и работают на свалке. Тара знает, как обращаться с винтовкой и управлять строительным краном, но с трудом может читать и писать. Но однажды ее жизнь меняется. Втайне от родителей Тара готовится к поступлению в колледж…
Чтобы обрести позитивную свободу, нужно обрести контроль над собственным разумом, освободиться от иррациональных страхов и убеждений, зависимостей, суеверий и других видов самопринуждения.
У Тары странная семья. Отец готовится к концу света – консервирует персики на случай массового голода и скупает оружие, которым можно уничтожить целую деревню. Мать лечит ожоги и раздробленные кости настойкой лаванды, а братья и сестры не ходят в школу и работают на свалке. Тара знает, как обращаться с винтовкой и управлять строительным краном, но с трудом может читать и писать. Но однажды ее жизнь меняется. Втайне от родителей Тара готовится к поступлению в колледж…
У нервного срыва есть одна особенность: он очевиден для всех вокруг, кроме тебя самой. «Со мной все в порядке, – думаешь ты. – Ну и что, что вчера я смотрела телевизор двадцать четыре часа? Я не больна. Я просто ленива».
У Тары странная семья. Отец готовится к концу света – консервирует персики на случай массового голода и скупает оружие, которым можно уничтожить целую деревню. Мать лечит ожоги и раздробленные кости настойкой лаванды, а братья и сестры не ходят в школу и работают на свалке. Тара знает, как обращаться с винтовкой и управлять строительным краном, но с трудом может читать и писать. Но однажды ее жизнь меняется. Втайне от родителей Тара готовится к поступлению в колледж…
- И что бы я без тебя делала? Я недолго раздымывала над ответом
- Умерли бы с голоду... В темноте.
Неуклонно следовать золотым стандартам Кристи и Конан Дойля – и одновременно смело выворачивать их наизнанку… Невозможно? А вот и нет! Новый самородок британского детектива виртуозно доказывает обратное. Сочетание классической головоломной интриги и потрясающего современного юмора – стихия Кинси. Леди Эмили Хардкасл – эксцентричная вдова с таинственным прошлым. А Флоренс Армстронг – ее горничная, а также мастер восточных единоборств. В 1908 году они переехали из Лондона в провинцию в надежде...
Стиль. Красота. Грациозность. А это очень важно. Если бы кошки были похожи на жаб, мы бы очень быстро поняли, какими мерзкими, жестокими существами она на самом деле являются.
История экстраординарной жизни одного из самых любимых писателей в мире! В мире продано около 100 миллионов экземпляров переведенных на 37 языков романов Терри Пратчетта. Целый легион фанатов из года в год читает и перечитывает книги сэра Терри. Все знают Плоский мир, первый роман о котором вышел в далеком 1983 году. Но он не был первым романом Пратчетта и даже не был первым романом о мире-диске. Никто еще не рассматривал автора и его творчество на протяжении четырех десятилетий, не следил за...
Любой волшебник знает, - объясняет Пратчетт, - что, назвав нечто по имени, ты обретаешь власть над ним.
История экстраординарной жизни одного из самых любимых писателей в мире! В мире продано около 100 миллионов экземпляров переведенных на 37 языков романов Терри Пратчетта. Целый легион фанатов из года в год читает и перечитывает книги сэра Терри. Все знают Плоский мир, первый роман о котором вышел в далеком 1983 году. Но он не был первым романом Пратчетта и даже не был первым романом о мире-диске. Никто еще не рассматривал автора и его творчество на протяжении четырех десятилетий, не следил за...
Тут не скажешь: я не виновата. Не скажешь: я ни при чем. Сказать можно только одно: я не отступлю перед трудностями.
История экстраординарной жизни одного из самых любимых писателей в мире! В мире продано около 100 миллионов экземпляров переведенных на 37 языков романов Терри Пратчетта. Целый легион фанатов из года в год читает и перечитывает книги сэра Терри. Все знают Плоский мир, первый роман о котором вышел в далеком 1983 году. Но он не был первым романом Пратчетта и даже не был первым романом о мире-диске. Никто еще не рассматривал автора и его творчество на протяжении четырех десятилетий, не следил за...
— Эх… толку от тебя…
— И не говори. А еще я тоже не взломщик, замки — не мое.
— Да я сразу поняла, что ты не мужчина моей мечты.
— Вы тут что, все такие остроумные?
— Ты это о чем?
— Да я знал одну. То есть знаю. Она вроде тебя. Мы с ней вначале не поладили. Язык у нее вообще что шпага: длинный и острый, постоянно меня доставала.
— Колкости — часть брони умной женщины.
— Не забудь добавить про скромность пару слов.
— Скромности у меня на два слова не хватит.
— Так мало? Ну, раз такие дела, может, сама соблазнишь охрану? Я покричу им, скажу, что ты, мол, соскучилась по мужской ласке.
— Да у тебя совсем с чувством юмора плохо.
— А я тебе не клоун, да и мы не в цирке.
Цели бывают разные. Некоторые легко даются даже начинающим стрелкам, другие устоят перед самыми опытными, если тем не улыбнется удача. У Читера все прекрасно и с меткостью, и Фортуна на его стороне. У него все задатки победителя, а победители не промахиваются. Однако его главная цель не из тех, где все решает один удачный выстрел. Она где-то далеко на западе, а это плохо, ведь это значит, что ему придется не один раз преодолевать границы между регионами — самые неприятные локации Континента....
И даже умные вороны ничего не опасаются, вовсю пируют на трупах, радуясь бесхозному мясу. Притаись там зараженные, падальщиков не потерпели бы.
Падальщик — тоже еда. Живая еда. Слишком великое искушение, чтобы игнорировать.
Цели бывают разные. Некоторые легко даются даже начинающим стрелкам, другие устоят перед самыми опытными, если тем не улыбнется удача. У Читера все прекрасно и с меткостью, и Фортуна на его стороне. У него все задатки победителя, а победители не промахиваются. Однако его главная цель не из тех, где все решает один удачный выстрел. Она где-то далеко на западе, а это плохо, ведь это значит, что ему придется не один раз преодолевать границы между регионами — самые неприятные локации Континента....
Не пройдет и пары минут, как выяснят два важных момента: элитник убит только что, и его споровый мешок полон так же, как касса борделя при санатории для импотентов.
Цели бывают разные. Некоторые легко даются даже начинающим стрелкам, другие устоят перед самыми опытными, если тем не улыбнется удача. У Читера все прекрасно и с меткостью, и Фортуна на его стороне. У него все задатки победителя, а победители не промахиваются. Однако его главная цель не из тех, где все решает один удачный выстрел. Она где-то далеко на западе, а это плохо, ведь это значит, что ему придется не один раз преодолевать границы между регионами — самые неприятные локации Континента....