Мои чувства сильны, как чувства любой женщины, но мне не хватает слов, чтобы выразить их.
Когда человек наг, его страх обретает особую силу. Неважно, поможет ли одежда в данной ситуации: лен и шерсть никак не защитили бы меня от когтей зверя, бродившего снаружи. Все дело в психологическом эффекте.
Оказаться рядом с драконом – пусть на кратчайший миг, пусть даже рискуя жизнью – этого наслаждения, раз испытав, невозможно забыть никогда.
- Вопрос, - сказал он, - в том, настолько ли важна эта тревога, чтобы из-за нее гарантированно сделать собственную жену несчастной.
Овцы питаются травой, волки - оленями, а драконы - всеми, кто не успеет убежать.
Угрозы естественного, природного происхождения я переношу спокойно. А вот опасности, угрожающие со стороны людей, толкают меня на самые несусветные глупости.
Мне ненавистна была даже мысль об уничтожении знаний - но что, если альтернатива еще более невыносима?
Впоследствии я не раз сталкивалась с тем, что материи, казавшиеся ужасно важными в первые дни путешествия (что скажут люди?), с течением времени превращались в сущие пустяки. Как следствие, возникал вопрос, насколько все эти материи действительно важны – этим и объясняется мое поведение, со временем становившееся все более экстравагантным.
Я взирала на него, как дикарь на мелкого языческого божка - искренне стремясь заслужить его благоволение, но не вполне понимая, чем его умилостивить.
Близость сводит людей. Двое одиноких соседей, «Нетфликс», пара собак, бутылка белого вина. По-моему, это прекрасно.