Мои цитаты из книг
В конце концов, я сделал для себя один весьма важный вывод: какой бы грех вы ни совершили, держитесь как можно невозмутимее, и окружающим останется только примириться со случившимся.
Какая связь между сожженной на костре в XVII веке неграмотной знахаркой из затерянной в горах шотландской деревни и молодой женщиной-нейрохирургом, спасающей жизни в одной из самых современных клиник Сан-Франциско? Между энергичной красавицей – владелицей плантации на экзотическом острове Сан-Доминго – и несчастной полубезумной калекой, много лет не покидающей стен старого особняка в Новом Орлеане? Ответ может шокировать! Все эти женщины принадлежат к одному клану, и имя им – Мэйфейрские...
Ах, Стефан, приведи ко мне мужчину или женщину, на счету которых тысяча или больше книг, и ты подаришь мне интересного собеседника. Но приведи ко мне того, кто за свою жизнь едва ли прочел более трех, и у меня , без преувеличения, появится опасный враг.
Какая связь между сожженной на костре в XVII веке неграмотной знахаркой из затерянной в горах шотландской деревни и молодой женщиной-нейрохирургом, спасающей жизни в одной из самых современных клиник Сан-Франциско? Между энергичной красавицей – владелицей плантации на экзотическом острове Сан-Доминго – и несчастной полубезумной калекой, много лет не покидающей стен старого особняка в Новом Орлеане? Ответ может шокировать! Все эти женщины принадлежат к одному клану, и имя им – Мэйфейрские...
Мы становимся мудрее, когда допускаем возможность перемен...
Какая связь между сожженной на костре в XVII веке неграмотной знахаркой из затерянной в горах шотландской деревни и молодой женщиной-нейрохирургом, спасающей жизни в одной из самых современных клиник Сан-Франциско? Между энергичной красавицей – владелицей плантации на экзотическом острове Сан-Доминго – и несчастной полубезумной калекой, много лет не покидающей стен старого особняка в Новом Орлеане? Ответ может шокировать! Все эти женщины принадлежат к одному клану, и имя им – Мэйфейрские...
Не стоит вспоминать о том, что случилось. Пусть картины прошлого рассеются.
Какая связь между сожженной на костре в XVII веке неграмотной знахаркой из затерянной в горах шотландской деревни и молодой женщиной-нейрохирургом, спасающей жизни в одной из самых современных клиник Сан-Франциско? Между энергичной красавицей – владелицей плантации на экзотическом острове Сан-Доминго – и несчастной полубезумной калекой, много лет не покидающей стен старого особняка в Новом Орлеане? Ответ может шокировать! Все эти женщины принадлежат к одному клану, и имя им – Мэйфейрские...
Некоторым людям не нравится жить. Но странно ли это? Они просто не выносят саму жизнь и воспринимают ее как какое- то ужасное заболевание.
Какая связь между сожженной на костре в XVII веке неграмотной знахаркой из затерянной в горах шотландской деревни и молодой женщиной-нейрохирургом, спасающей жизни в одной из самых современных клиник Сан-Франциско? Между энергичной красавицей – владелицей плантации на экзотическом острове Сан-Доминго – и несчастной полубезумной калекой, много лет не покидающей стен старого особняка в Новом Орлеане? Ответ может шокировать! Все эти женщины принадлежат к одному клану, и имя им – Мэйфейрские...
Когда в школе нужно было выучить что-нибудь вроде периодической таблицы, отец объяснял, что для выполнения скучного задания нужно думать не о том, что ты делаешь, а спрашивать себя, почему ты это делаешь.
«Продажная тварь» — провокационный роман о расизме, политкорректности и двойных стандартах. Кем можно вырасти в гетто, если твой отец — жестокий человек и социолог неортодоксальных взглядов, который все эксперименты ставит над тобой? Например, продавцом арбузов и знатоком человеческих душ, как герой этой книги. И что делать, если твой родной город с литературным именем Диккенс внезапно исчезает с карты Калифорнии? Например, попытаться вернуть город самостоятельно, размечая границы. Но все, что...
говорят, каждая выкуренная сигарета сокращает жизнь на три минуты, но хороший гашиш дает ощущение, что смерть — где-то очень далеко.
«Продажная тварь» — провокационный роман о расизме, политкорректности и двойных стандартах. Кем можно вырасти в гетто, если твой отец — жестокий человек и социолог неортодоксальных взглядов, который все эксперименты ставит над тобой? Например, продавцом арбузов и знатоком человеческих душ, как герой этой книги. И что делать, если твой родной город с литературным именем Диккенс внезапно исчезает с карты Калифорнии? Например, попытаться вернуть город самостоятельно, размечая границы. Но все, что...
Если снять одну кроссовку и поднести к уху как раковину, можно услышать гул океана потогонного труда.
«Продажная тварь» — провокационный роман о расизме, политкорректности и двойных стандартах. Кем можно вырасти в гетто, если твой отец — жестокий человек и социолог неортодоксальных взглядов, который все эксперименты ставит над тобой? Например, продавцом арбузов и знатоком человеческих душ, как герой этой книги. И что делать, если твой родной город с литературным именем Диккенс внезапно исчезает с карты Калифорнии? Например, попытаться вернуть город самостоятельно, размечая границы. Но все, что...
Один маленький черный мальчик сидит на кухне с мамой и смотрит, как она жарит курицу. Видит миску с мукой и посыпает ею лицо. «Мама, посмотри, я белый!» «Что ты говоришь?» - переспрашивает мама, и мальчик повторяет: «Мама, гляди, я белый!». И тут – БАМС! – он получает затрещину! «Никогда так больше не говори!» - говорит она и отправляет сына к отцу. Рыдая как Ниагарский водопад, мальчик идет к папе. «Что случилось, сынок?» - «Мама дала мне затрещину». – «Да, и за что же?» - спрашивает отец. «П-потому что я с-сказал, что я б-белый». – «Что?!» И тут отец – БАМС! – лепит ему затрещину, да еще звонче предыдущей. «Иди к бабушке и расскажи, что ты натворил! Пусть она тебя поучит уму-разуму!» Ну, мальчик плачет, дрожит, весь в расстройстве. Приходит он к бабушке. «Что такое, мой хороший, почему плачешь?» - спрашивает бабушка. «Папа с мамой влепили мне по затрещине». – «Как? За что?» И мальчик рассказывает с самого начала, а когда замолчал – БАБАХ! – бабушка как вдарит ему, чуть с ног не сбила. «Никогда так больше не говори, - возмущается бабушка. – А теперь отвечай, что ты понял». Мальчик потирает кулаком лоб и отвечает: «Я поняла, что всего десять минут побыл белым, и уже страсть как вас, ниггеров, ненавижу!».
«Продажная тварь» — провокационный роман о расизме, политкорректности и двойных стандартах. Кем можно вырасти в гетто, если твой отец — жестокий человек и социолог неортодоксальных взглядов, который все эксперименты ставит над тобой? Например, продавцом арбузов и знатоком человеческих душ, как герой этой книги. И что делать, если твой родной город с литературным именем Диккенс внезапно исчезает с карты Калифорнии? Например, попытаться вернуть город самостоятельно, размечая границы. Но все, что...
История - это память, а память - это время, эмоции и песня. История - это то, что навсегда остаётся с тобой.
«Продажная тварь» — провокационный роман о расизме, политкорректности и двойных стандартах. Кем можно вырасти в гетто, если твой отец — жестокий человек и социолог неортодоксальных взглядов, который все эксперименты ставит над тобой? Например, продавцом арбузов и знатоком человеческих душ, как герой этой книги. И что делать, если твой родной город с литературным именем Диккенс внезапно исчезает с карты Калифорнии? Например, попытаться вернуть город самостоятельно, размечая границы. Но все, что...