Мои цитаты из книг

Когда мы строим из себя что-то, носим маски,начинаем волноваться, как вести себя и что надеть,атмосфера хюгге теряется. Хюгге-это открытость, доброта к окружающим и к самим себе.
В современном мире мы постоянно куда-то бежим, мы перегружены информацией. Не кажется ли вам, что вы проживаете дни, продираясь сквозь рутину? Это самая первая книга о хюгге, с которой началось мировое стремление к счастью по-датски. Проживите 30 дней по хюгге, пользуясь подсказками автора. Цель этой книги – помочь вам “замедлиться”, увидеть радость в мелочах и вспомнить о действительно важном. Научившись ценить простые вещи, вы откроете для себя новую философию жизни и станете по-настоящему...
Письмо Винсента к Тео, 15 ноября 1878 г.
"Как много в искусстве прекрасного! Кто помнит всё, что видел, тот никогда не останется без пищи для размышлений, никогда не будет по-настоящему одинок."
Русские читатели познакомились с этим автором, когда Ж.-М. Генассия опубликовал свою первую книгу «Клуб неисправимых оптимистов», которой французские лицеисты присудили свою Гонкуровскую премию. За «Клубом…» последовали «Удивительная жизнь Эрнесто Че» и «Обмани-Смерть», укрепившие его репутацию великолепного рассказчика. Новый роман писателя «Вальс деревьев и неба» посвящен последним дням жизни Винсента Ван Гога, когда были созданы потрясающие, взрывающие пространство и сознание картины. Что на...
...именно вещи, которые не выбираешь, и делают нас тем, что мы есть.
Русские читатели познакомились с этим автором, когда Ж.-М. Генассия опубликовал свою первую книгу «Клуб неисправимых оптимистов», которой французские лицеисты присудили свою Гонкуровскую премию. За «Клубом…» последовали «Удивительная жизнь Эрнесто Че» и «Обмани-Смерть», укрепившие его репутацию великолепного рассказчика. Новый роман писателя «Вальс деревьев и неба» посвящен последним дням жизни Винсента Ван Гога, когда были созданы потрясающие, взрывающие пространство и сознание картины. Что на...
Приходит момент, когда следует осознать, что жизнь либо двинется вперед, либо остановится; нет ничего хуже, чем барахтаться в болоте существования, лишенного души, и чтобы не продлевать эту бесцветную обыденность, нужно рискнуть и взлететь над бездной. Когда воздух, который вы вдыхаете, становится невыносимым, когда вы убеждены, что похоронены заживо и для вас не осталось ни лазейки, ни горизонта, тогда соберите немного мужества, попробуйте разрушить стены, которые вас сдавили, и надейтесь, что их падение освободит вас. Какую бы цену ни пришлось заплатить, она будет менее тяжела, чем эта медленная смерть.
Русские читатели познакомились с этим автором, когда Ж.-М. Генассия опубликовал свою первую книгу «Клуб неисправимых оптимистов», которой французские лицеисты присудили свою Гонкуровскую премию. За «Клубом…» последовали «Удивительная жизнь Эрнесто Че» и «Обмани-Смерть», укрепившие его репутацию великолепного рассказчика. Новый роман писателя «Вальс деревьев и неба» посвящен последним дням жизни Винсента Ван Гога, когда были созданы потрясающие, взрывающие пространство и сознание картины. Что на...
... пиши не то, что видишь, а то, что чувствуешь. А если ничего не чувствуешь, то не пиши.
Русские читатели познакомились с этим автором, когда Ж.-М. Генассия опубликовал свою первую книгу «Клуб неисправимых оптимистов», которой французские лицеисты присудили свою Гонкуровскую премию. За «Клубом…» последовали «Удивительная жизнь Эрнесто Че» и «Обмани-Смерть», укрепившие его репутацию великолепного рассказчика. Новый роман писателя «Вальс деревьев и неба» посвящен последним дням жизни Винсента Ван Гога, когда были созданы потрясающие, взрывающие пространство и сознание картины. Что на...
Знаешь, бывают в жизни моменты, когда всё, и мы сами тоже, суть мир и гармония, а вся жизнь предстаёт дорогой через вересковую пустошь.
Русские читатели познакомились с этим автором, когда Ж.-М. Генассия опубликовал свою первую книгу «Клуб неисправимых оптимистов», которой французские лицеисты присудили свою Гонкуровскую премию. За «Клубом…» последовали «Удивительная жизнь Эрнесто Че» и «Обмани-Смерть», укрепившие его репутацию великолепного рассказчика. Новый роман писателя «Вальс деревьев и неба» посвящен последним дням жизни Винсента Ван Гога, когда были созданы потрясающие, взрывающие пространство и сознание картины. Что на...
Картиной обладает тот, кто на нее смотрит.
Русские читатели познакомились с этим автором, когда Ж.-М. Генассия опубликовал свою первую книгу «Клуб неисправимых оптимистов», которой французские лицеисты присудили свою Гонкуровскую премию. За «Клубом…» последовали «Удивительная жизнь Эрнесто Че» и «Обмани-Смерть», укрепившие его репутацию великолепного рассказчика. Новый роман писателя «Вальс деревьев и неба» посвящен последним дням жизни Винсента Ван Гога, когда были созданы потрясающие, взрывающие пространство и сознание картины. Что на...
Вы существуете не благодаря тому, что делаете, а благодаря тому месту, которое занимаете в обществе.
Русские читатели познакомились с этим автором, когда Ж.-М. Генассия опубликовал свою первую книгу «Клуб неисправимых оптимистов», которой французские лицеисты присудили свою Гонкуровскую премию. За «Клубом…» последовали «Удивительная жизнь Эрнесто Че» и «Обмани-Смерть», укрепившие его репутацию великолепного рассказчика. Новый роман писателя «Вальс деревьев и неба» посвящен последним дням жизни Винсента Ван Гога, когда были созданы потрясающие, взрывающие пространство и сознание картины. Что на...
"Никто не умеет загнивать всем коллективом незаметнее разведчиков"
Это не автобиография, а коллаж из воспоминаний, мастерски составленный корифеем детективного жанра. Джон Ле Карре в «Голубином туннеле» рассказывает не историю своей жизни, а истории из своей жизни, и их у него немало. Германия начала шестидесятых, Россия начала девяностых, беседы с Маргарет Тэтчер и Ясиром Арафатом, попытки работать со Стэнли Кубриком и Фрэнсисом Фордом Копполой, встречи со знаменитыми разведчиками и шпионами и воспоминания о родителях — об ушедшей из семьи матери и об...
admin добавил цитату из книги «Ритуал» 6 лет назад
Он всегда тщательно анализировал все плохое, что случалось с ним в жизни. Возможно, эта позиция мешала ему, разрушая любую возможность реального и стабильного счастья. Его неприятие самообмана. Но здесь не было места ни для безумного оптимизма, ни для отрицания фактов, какими бы нелепыми они ни были.