Предающий Родину должен всегда помнить, что, будь он чудом из чудес, придет все равно пора, когда надобность в нем у
врага минует. И тут же встанет вопрос: как поступят с ним? Чем преданнее служил он хозяевам, чем успешнее выполнял их задания, чем ближе они подпускали его к себе и к своим тайнам, тем безжалостнее будет приговор.
Первую скрипку мы узнали сразу. Да и нельзя было ее не узнать: она была единственной.
Женщин пропускаю всегда вперед. Кроме жены… Жена не в счет, она свой человек.
Ну почему люди не могут быть такими же милыми, как пейзажи, и не создавать проблем?
Мы нужны этому миру такие, какие есть, — неидеальные, неправильные, особенные. Мы и наши необычные дети. Честное слово. Не слушай никого, кто попытается убедить тебя в другом. Просто люди боятся тех, кого нельзя засунуть в их тесные рамки. Просто мало кто может позволить себе такую роскошь — быть неидеальным, быть живым. Разреши себе это. Я не знаю, сколько ты и твой сын будете бродить в этой ледяной пустыне, — выход из неё у каждого свой. Но вот мои две руки: одна — тебе, другая — ему. Держитесь. Будем искать выход вместе. Вы не одни. Смелее, открывай глаза, это не так страшно, это не так долго, как тебе казалось.
Это такая странная борьба, в которой главное — не победить, а не сдаться.
И только в дороге она осознала, что для движения необходимо единственное условие. К сожалению или к счастью, но нужно всего-то переставлять ноги топ-топ, одну за другой. Это была мысль, которой невозможно поделиться. Любой человек, услышав подобное откровение, его не оценит, только пожмёт плечами. И разве что сделает вежливое лицо, из сострадания к свихнувшемуся собеседнику.
И вдруг Дора выяснила, что пройти двадцать миль можно лишь одним способом: выйти с утра на дорогу и не останавливаться, пока не стемнеет. Спастись от дождя и ветра - только если завернуться в дождевик или свить кокон из большого куска полиэтилена. Остаться здоровой - если заботиться о сухости вещей, разжигать костёр, кипятить воду, дополнять унылый паёк концентратов горячей пищей. Это нелегко, зато можно обойтись без чудес, хватит и постоянных физических усилий. Если подумать, то человек в обычной своей жизни не так часто способен существовать за счёт простой честной работы, он более зависит от других людей, своего статуса, удачи и ещё множества условий. И это постепенно отучает его от упорного труда, который по-прежнему необходим, чтобы день за днём учиться жонглировать пятью шариками, накачать пресс или дойти до океана. Господи, да это звучит так тухло, что даже думать скучно, но другого способа всё равно нет.
Нам нравится хотеть — настолько, что иногда мы не способны отделить ощущение влечения от ощущения симпатии.
— Что было бы, если бы вы за ужином с лучшими друзьями сказали бы: «Я сегодня чувствую себя такой красавицей!»?
Студентки смеются.
— Нет, правда, что было бы?
— Так не делают.
— Хорошо… а как часто вы, встретившись с друзьями, говорите: «Я сегодня чувствую себя такой толстой»?
— Да без конца.