Женщины болеют иначе – они изнашиваются. Что неудивительно, если учесть, сколько через них проходит инородных тел. Тампоны и гинекологические зеркала. Пенисы, пальцы, вибраторы и прочее – между ног, в заднее отверстие, в рот. Мужчины ведь любят вставлять в женщин разные вещи? Огурцы, бананы, бутылки, бусы, фломастер, кулак.
– Дети иногда жестоки оттого, что сами несчастны.
- Иногда, позволяя людям что-то делать с собой, ты на самом деле делаешь это с ними сама, - сказала Эмма, вытаскивая из кармана ещё один леденец на палочке. Вишневый. - Знаешь, что я хочу сказать? Если кто-то хочет сделать тебе гадость, пусть делает, ему же и будет хуже. Ты потом сможешь им управлять. Если будешь думать головой.
Соперничать с мертвыми невозможно.
Одна из причин, по которым я ненавижу тех, кто читает книги в электронном виде, - это тот факт, что книжные полки могут рассказать о своих владельцах очень много.
Так приятно слышать, что кто-то познакомился не через Интернет. Мы с Лоренсом познакомились до того, как все помешались на сайтах знакомств. И слава богу. Лихорадочно просматривать изображения всех этих случайных лиц - по-моему, безрадостный способ проводить время.
Я всегда считала, что, если у тебя при себе есть хорошая книга, ты обедаешь не одна.
Я ухожу на перерыв. Если кому-нибудь понадоблюсь, скажи, чтобы затаили дыхание и занялись обратным счётом от миллиарда до нуля.
Мы сидели в красных креслах-мешках. Обшарпанные, с жидковатой набивкой, они были куда удобнее, чем большинство тех стоящих по тысяче долларов кожаных кресел, в которых мне доводилось сидеть. Над нами, доходя до потолка, возвышались, успокаивая и ободряя, книжные стеллажи, комфортные, надежные, как стены исповедальни. Даже воздух здесь пах замечательно. Бумага с типографской краской, материал переплетов... Внешний мир, казалось, отодвинулся далеко-далеко, и это было прекрасно. Я вспомнила скептицизм Ганна: неужели людям все еще нужны книжные магазины? Для меня, сидящей сейчас среди книжных стеллажей, ответ был здесь, вокруг нас с Зои. Это было все равно как спрашивать рыболова с удочкой, стоящего по колено в прозрачной воде небольшой речки, почему он вместо этого просто не едет в супермаркет, чтобы купить там искусственно выращенную тилапию.
В этом и состояла загвоздка с воспоминаниями - они могли быть чересчур навязчивыми. Поднявшись из глубин сознания, они отнюдь не всегда уходят прочь по твоей команде.