Все-таки быть невестой влиятельного мужчины иногда очень приятно. А фиктивной, пожалуй, еще приятнее — беременеть не надо.
- Доброе утро, - вежливо поздоровались со мной.
- А... а что вы здесь делаете?
- Живу.
Логично. Он тут живёт. Тогда что здесь делаю я?
- А ты спишь, - словно подслушав мои мысли, продолжил Ильмир. - Но тебе недолго осталось.
- Жить? - сдавленно просипела я.
- Спать. Рабочий день начинается.
Все дарийские жёны красовались в новых нарядах. Пока я болтала с мерзкой стервой Адрианой, они умудрились купить себе не только платья и косметику, но и совершенно новые туалеты для прогулок. Теперь на разноцветных птичках красовались строгие и лаконичные шляпы, по виду напоминающие мужские. Из декора можно было увидеть лишь пару цветов или блестящие брошки.
- А они эволюционируют, - тихо отметил Ильмир.
- Ага, скоро в человека превратятся.
- В одного большого?
- Хелми, прекратите мне выкать, мы же помолвлены.
- А я из старомодной семьи, там вообще до свадьбы не разговаривают!
- Вчера вечером шейх и курят... в смысле, гарем устроили бурный праздник и с утра отсыпаются. Как сообщил мне доверенный источник, жёнам разрешили немного выпить, и жёны выпили чуть побольше.
- Что за доверенный источник?
- Да шейх с утра пришёл опохмеляться.
Посмотрел бы на книгу у нее в руках.
- Что читаешь? - спросил бы он.
Элизавет оказала бы обложку.
- «Дивный новый мир», - сказала бы она.
- А, это старье, - сказал бы он.
- Мне в новинку, - сказала бы она.
- Привет, - сказал он. - Что читаешь?
Элизавет показала пустые руки.
- Разве не видно, что я ничего не читаю? - сказала она.
- Всегда читай что-нибудь, - сказал он. - Даже если не читаешь физически. Как иначе познать мир?
Настало время, когда люди говорят что-то друг другу, но, как ни странно, их разговор никогда не становится диалогом.
- Я буду художником.
- Женщины не бывают художниками, - сказала Берил.
- А я буду. Серьезным художником. Я хочу стать живописцем.
Они задумывались о постоянных отношениях. Говорили о браке, ипотеке.